Значение слова "БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ" найдено в 93 источниках

БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ

  найдено в  "Философской энциклопедии"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ
— совокупность психических состояний и процессов, которые осуществляются без участия сознания.
Концепция Б. была впервые выражена Г. Лейбницем. Он оценивал Б. как низшую форму душевной деятельности. Определенные психические процессы, считал он, лежат за пределами осознанных представлений, которые возвышаются подобно островкам над океаном темных восприятий. Однако в истории философии можно указать на многих философов, которые высказывали догадки о Б. У Сократа и Платона это учение об амнезисе — знании как припоминании. Б. Спиноза говорил о неосознаваемых причинах, которые определяют желание. И. Кант связывал Б. с проблемой интуиции, т.е. с непосредственным получением знания в форме догадки без доказательств и логики.
Немалый вклад в разработку понятия Б. внесли романтики. Они стремились обнажить темную сторону души, описать интуитивные творческие силы, на которые опирается жизнь. Едва дух оказывается бесконтрольным, он устремляется к жизни с намерением овладеть ею и подчинить ее себе. Рассудок и рациональная воля лишают жизнь ее корней и питательной почвы. А. Шопенгауэр рассматривал Б. как стихийное жизненное начало, многоликое проявление воли в мире. Мировая воля у него — это бессознательное иррациональное начало. Феномен Б. в человеческой душе описан, по сути дела, и Ф. Ницше в его рассуждениях о двух мощных первоначалах антич.культуры — аполлоническом и дионисийском. Последнее и есть символ Б. Экстаз Диониса — это полное погружение в поток мировой жизни. Человек стремится слиться со вселенским трепетом бытия.
В 1869 Э. фон Гартман опубликовал книгу «Философия бессознательного». Автор, ссылаясь на Ф.В.Й. Шеллинга и Шопенгауэра, рассматривал Б. как абсолютное начало жизни во всех ее обнаружениях. Т.о., открытие Б. подготовлено длительным развитием философии. Заслуга же австр. психолога и философа 3. Фрейда состоит в том, что ему удалось дать развернутую картину этого феномена, раскрыть противоречие и конфликт Б. с волей человека и с окружающей его реальностью.
До Фрейда исследователи полагали, что неосознанное содержание человеческой психики кристаллизуется в сознании, а затем вытесняется из него. Фрейду принадлежит приоритет в открытии Б. как автономного, не зависящего от сознания безличного начала человеческой души: «Все вытесненное бессознательно, но не все бессознательное есть вытесненное».
Б. интенсивно вмешивается в человеческую жизнь. По мнению Фрейда, представление о том, что нашими поступками руководит Я, не более чем иллюзия. На самом деле властвует природное безличное начало, которое образует бессознательную основу нашей души, т.е. психики. Разделение психики на сознательное и Б. является основной предпосылкой психоанализа. Благодаря этому определению появляется возможность понять частые и важные патологические процессы психической жизни.
Психоанализ не считает сознательное сутью психики. Он рассматривает сознание как качество психики , которое может присоединяться к др. качествам или отсутствовать вовсе. Б. начало Фрейд называл Оно и подчеркивал, что наше Я есть лишь игрушка в руках этой древней и темной силы. Оно, в понимании Фрейда, имеет чисто природное происхождение. В нем сконцентрированы все первичные влечения человека: во-первых, сексуальные желания, а во-вторых, влечение к смерти, которое, будучи обращено вовне, оказывается устремлением к разрушению. Темная бурлящая бездна Оно скрывается под тонкой пленкой сознания. Приглаженные образы сознания, рафинированная логика скрывают клокочущий хаос.
Человеческое Я, по мысли Фрейда, изо всех сил пытается выжить в мире природы и общества. Однако побуждения индивида наталкиваются на безрассудную силу Оно. Если Я соотносится спринципом реальности, иначе говоря, пытается приспособиться к объективным, действительным условиям жизни, то Оно руководствуется принципом удовольствия. Так рождается непримиримая борьба между Я и Оно: «По отношению к Оно Я подобно всаднику, который должен обуздать превосходящую силу лошади».
Если Гегель обратил внимание на «хитрость разума», то Фрейд — «на хитрость бессознательного», т.е. на способность глубин психики реализовать собственные влечения, придавая им видимость сознательного выбора. Восприятие для Я играет ту же роль, какую в Оно занимает инстинкт. Я представляет то, что можно назвать рассудком и осмотрительностью.
Понятие Б. родилось в результате обработки опыта, в котором особую роль играет психическая динамика. Многие сильные психические процессы не осознаются. Представления не могут быть осознаны, когда этому противится сила Б. Между тем в психоаналитической технике нашлись средства, которыми можно прекратить действие сопротивляющейся силы и сделать бессознательные представления сознательными. Состояние, в котором они находились до их осознания, Фрейд называет «вытеснением». Сила же, которая привела к вытеснению и его поддерживала, ощущается во время аналитической работы как сопротивление.
Во фрейдизме Б., ведущее борьбу с сознательным, рассматривается как основной регулятор, внутренняя пружина всей деятельности человека. Как Б. характеризуются непроизвольные воспоминания, неожиданное появление новых идей, интуиция, автоматическое действие, патологические состояния и т.п.
Иную трактовку Б. дает К.Г. Юнг. Б. уже не рассматривается как чисто природный феномен; оно родилось у истоков человеческой истории в коллективном психическом опыте, так что можно говорить о культурном генезисе Б. Юнг определяет Б. как понятие исключительно психологическое. Оно покрывает все те психические содержания или процессы, которые не осознаются, т.е. не отнесены воспринимаемым образом к нашему Я.
В современной глубинной психологии Б. не считается больше результатом вытесняющей деятельности сознания, как полагал Фрейд. Юнг представляет Б. как нечто специфическое и творческое, как некую психическую перводействительность, главный источник свойственных всем людям основных мотивов и архетипов переживания, как источник творческой фантазии духа.
Б. представляет собой совершенно самостоятельную, независимую сферу человеческой психики, хотя и непрерывно взаимодействующую с сознанием. При этом индивидуальное сознание человека не имеет в своем распоряжении никаких средств, с помощью которых оно могло бы постичь сущность Б. Оно способно ассимилироваться сознанием лишь в символических формах, т.е. в том виде, в каком оно предстает в сновидениях, фантазиях, творчестве и традиционных мифологических образах.
Феномен Б. изучается также трансперсональной психологией. Оно рассматривается как необъятный материк и неисчерпаемое психологическое пространство. В нем можно обнаружить некие стойкие стандарты, те потоки видений, которые вызывает пациент в своей психике во время экспериментов.

Философия: Энциклопедический словарь. — М.: Гардарики..2004.

БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ
        в широком смысле — совокупность психич. процессов, операций и состояний, не представленных в сознании субъекта. В ряде пси-хологич. теорий Б.— особая сфера психического или система процессов, качественно отличных от явлений сознания. Термин «Б.» используется также для характеристики индивидуального и группового поведения, действит. цели и последствия которого не осознаются.
        Общая идея о Б., восходящая к учению Платона о познании-воспоминании (анамиесисе), оставалась господствующей вплоть до нового времени. Идеи Декарта, утверждавшего тождество сознательного и психического, послужили источником представлений о том, что за пределами сознания может иметь место только чисто физиологич., но не психич. деятельность мозга. Концепция Б. впервые чётко сформулирована Лейбницем («Монадология», 1720), трактовавшим В. как низшую форму душевной деятельности, лежащую за порогом осознанных представлений, возвышающихся, подобно островкам, над океаном тёмных перцепций (восприятий). Первую попытку материалистич. объяснения Б. предпринял Гартли, связавший Б. с деятельностью нервной системы. Кант связывает Б. с проблемой интуиции, вопросом о чувств, познании (бессознат. априорный синтез). Своеобразный культ Б. как глубинного источника творчества характерен для представителей романтизма. Иррационалистич. учение о Б. выдвинул Шопенгауэр, продолжателем крого выступил Э. Гарт-ман, возведший Б. в ранг универсального принципа, основы бытия и причины мирового процесса. В 19 в. началось собственно психологич. изучение Б. (И. Ф. Гербарт, Г. Т. Фехнер, В.Вундт, Т. Липпс). Динамич. характеристику Б. вводит Гербарт (1824), согласно которому несовместимые идеи могут вступать между собой в конфликт, причём более слабые вытесняются из сознания, но продолжают на него воздействовать, не теряя своих динамич. свойств.
        Новый стимул в изучении Б. дали работы в области психопатологии, где в целях терапии стали применять специфич. методы воздействия на Б. (первоначально — гипноз). Исследования, особенно франц. психиатрия, школы (Ж. Шарко и др.), позволили вскрыть отличную от сознательной психич. деятельность патогенного характера, не осознаваемую пациентом. Продолжением этой линии явилась концепция Фрейда, начавшего с установления прямых связей между невротич. симптомами и воспоминаниями травматич. характера, которые не осознаются в силу действия особого защитного механизма — вытеснения. Отказавшись от физиологич. объяснений, Фрейд представил Б. в виде могущественной силы, антагонистичной деятельности сознания, Бес-сознат. влечения, по Фрейду, могут выявляться и ставиться под контроль сознания с помощью техники психоанализа. Юнг, помимо личного Б., ввёл понятие коллективного Б., разные уровни которого идентичны у лиц определ. группы, народа, всего человечества. Учение Фрейда о Б. получило чисто иррационалистич. трактовку в ряде совр. бурж. филос.-психологич. концепций.
        В сов. психологии мпогочисл. аспекты проблемы Б. разрабатываются особенно в связи с теорией установки Д. Н. Узнадзе. Психофизиологич. аспекты Б., изучавшиеся Сеченовым и Павловым, исследуются в связи с анализом сна и гипнотич. состояний, корковых и подкорковых образований, явлений автоматизма в трудовой и спортивной деятельности и т. д.
        Новые идеи в философии, сб. 15 — Б., СПБ, 1914; Фрейд 3.,Б.,в его кн.: Осн. психологии. теории в психоанализе, пер. с нем., М.—П., 1923; Ч х а ? т и ш в и л и Ш. Н., Проблема Б. в сов. психологии, Тб., 1966; Бассин Ф. П., Проблема Б., М., 1968; Б. Природа, функции, методы исследования, т. 1—4, Тб., 1978; Mac Intyre A.C., The unconscious. A conceptual analysis, L.— ?. ?., 1958.

Философский энциклопедический словарь. — М.: Советская энциклопедия..1983.

БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ
психическая жизнь, совершающаяся без участия сознания. С точки зрения Декарта и развивавшихся под его влиянием философских и психологических теорий периода «послекартезианских столетий», сознание является единственной формой духовной жизни. Философию бессознательного создал Э. Гартман. Новая же психология считает сознательное только островом, окруженным морем «душевного». Абсолютно бессознательным является макрокосмическое (см. Макрокосмос, Микрокосмос). Бессознательное же в психологическом смысле может быть только относительно бессознательным, т.е. бессознательное для нашего Я не является бессознательным для субъекта, включающего это Я, которого можно назвать также «душой» (или, согласно психологическому учению о слоях – см. Учение о слоях, Оно); см. также Коллективное сознание. Как Я представляет собой носитель сознания, точно так же и душа является носителем бессознательного. И действительно, для того чтобы понять феномены бессознательного (особенно память, действие вспоминания и мыслительные процессы), мы должны приписать душе следующие способности: 1) обладать некоторым содержанием, отдельные элементы которого мы можем сознательно переживать только последовательно один за другим; 2) в отношениях между этими элементами должна наблюдаться последовательность, причем отдельные фазы ее входят в наше сознание как результаты (переживания), а прочие остаются (относительно) неосознанными, так что создается впечатление бессознательного процесса; 3) обладать знанием о реальных психофизических связях и об установлении мысленных связей, знанием, которым мы не распоряжаемся сознательно. Для современной глубинной психологии (см. Глубинная психология) и психотерапии бессознательное не является больше результатом вытесняющей деятельности сознания (как это имеет место, напр., у Фрейда и его школы – см. Фрейдизм), а представляет собой нечто особенное и творческое, психическую перводействительность, главный источник свойственных всем людям осн. мотивов и первоформ, архетипов переживаний. Согласно К.Г.Юнгу, бессознательное есть не влекущее, а формирующее; оно является источником творческой фантазии духа и чувства ценности, которое не должно затрагиваться разумом.

Философский энциклопедический словарь.2010.

БЕССОЗНА́ТЕЛЬНОЕ
термин, получивший широкое распространение в философии, психологии, психопатологии, психиатрии, а также в юридич., искусствоведч. и историч. науках. Понятие "Б." не имеет однозначного смысла. Одни придерживаются чисто негативной трактовки этого понятия, разумея под Б. особую сферу психич. деятельности, характеризующуюся отсутствием сознат. регулирования и контроля, непроизвольностью возникновения и течения психич. процессов, безотчетностью и полным исчезновением из памяти (Лейбниц, Бенеке, Лотце, Фехнер, Гёффдинг и др.). Другие видят в Б. основной и первичный регулятор поступков человека, возводят Б. в ранг некоей метафизич. сущности, приписывая ему роль первопричины всего (учение об откровении, напр., Фомы Аквинского), что совершается не только в природе, но и в социальной жизни (Шеллинг, Фихте, Шопенгауэр, Фортлаге, Э. Гартман и др.). Почти все ученые связывают с областью Б. особые состояния, граничащие с патологией или носящие явно патологич. характер (гипнотич. состояние, состояние аффекта, невменяемости и т.д.). К категории бессознат. проявлений относят также привычные и заученные действия, совершающиеся как бы автоматически. Влиянием бессознат. психики объясняют сновидения, интуитивное познание, творч. вдохновение, сопровождающееся якобы "наитием", внезапное "озарение" новой идеей, рождающейся как бы от какого-то толчка изнутри, случаи мгновенного решения задач, долго не поддававшихся сознат. усилиям, непроизвольные воспоминания о том, что казалось как бы прочно забытым, и т.д. Широко пользуется понятием Б. совр. т.н. социальная психология, особенно то ее направление, к-рое прямо или косвенно подчиняется влиянию учения Фрейда. Представители этого крайне реакц. направления (Ранке, Троттер и др.) видят в человеч. массе одни только проявления стадного инстинкта, бессознат. темных влечений и т.п. (В. Троттер, Инстинкты толпы во время мира и войны – W. Trotter, Instincts of the herd in peace and war, 1916). Круг явлений, охватываемых понятием Б., чрезвычайно широк и многообразен как по происхождению, так и по содержанию. Именно это обстоятельство и послужило причиной того, что проблема Б. издавна привлекала внимание представителей самых различных областей знания, а в идеалистич. философии служила отправным пунктом для построения различных теорий Б. Лишь незначит. часть философов и психологов-идеалистов отказывалась признать существование бессознат. психики, исходя из того, что психическое может быть только сознательным. Наиболее полную аргументацию в защиту этой точки зрения развил Декарт, а из психологов 19 в. – Брентано и Вундт, утверждавшие вслед за Декартом тождество психического и сознательного. Большая же часть философов и психологов идеалистич. направления (Кант, Гербарт, Джемс, Липпс и др.) не только признавала существование бессознат. явлений, но и создавала более или менее цельные концепции Б. В этих концепциях отчетливо наметились две тенденции. Корни одной лежат в монадологии Лейбница, строившего учение о Б. на основе принципа непрерывности психич. жизни и на признании существования различных степеней интенсивности сознания. Лейбниц считал, что все явления сознания возникают из бессознат. жизни и что в бодрствующем состоянии наряду с наиболее ярко выступающими сознат. представлениями существуют как бы спящие или угасшие представления – "petite perception". "В нашем уме нет ничего, что уже не дремало бы в виде представления в темной душе", – писал Лейбниц ("Новые опыты о человеческом разуме" – "Nouveaux essais sur l'entendement humain", 1765). Если бы сознат. представлениям не предшествовали бессознательные, то пришлось бы признать, что они возникают из ничего; между тем психич. пустота так же невозможна, как невозможна пустота физическая в мире материальном.
В соответствии с др. тенденцией Б. рассматривается как самостоят. источник психич. деятельности, как явление, качественно отличное от сознания. Наиболее полно эта точка зрения представлена в соч. Э. Гартмана, содержащих также обзор и критику всех господствовавших в 19 веке теорий Б. В трактате "Philosophie des Unbewußten" (1869, рус. пер. – Сущность мирового процесса, или философия бессознательного, 1875) Гартман считал, что Б. – не отрицат. понятие, противоположное понятию "сознательное", а сверхчувств. духовный деятель, основа бытия и причина мирового процесса. По Гартману, в Б. находят примирение противоположности материи и духа, идеального и реального, субъекта и объекта. Противопоставляя свою метафизику Б. как спиритуализму, так и материализму, Гартман частично ввел в свое учение о Б. воззрения Канта (Б. – это априорный синтез, предшествующий сознат. содержанию опыта), Шеллинга (Б. – вечное стремление души вырваться на волю, к постепенно возрастающему сознанию), Гегеля (Б. – это самодвижение понятия и погружение логич. идеи в "инобытие" природы до возвращения ее к себе самой как сознат. духа) и особенно Шопенгауэра (Б. – это воля в природе, источник жизни, стихийное жизненное начало, к-рому противостоит беспомощное сознание). Всемогущество Б., по Гартману, обнаруживается и в растительной и в животной жизни, оно особенно ярко проявляется в инстинктивных и рефлекторных действиях, в целит. силе природы, в явлениях целесообразности, в строении и формировании отд. органов и организма в целом. В духовной жизни человека яркие примеры Б. можно найти в сфере эмоциональной жизни, в художеств. творчестве, в эстетич. восприятии и т.д.
Материалистич. тенденция в трактовке Б. наметилась у Фехнера, выступившего решит. противником широкого толкования Б. и отстаивавшего примат сознательного в психич. жизни, хотя в своих общефилософ. воззрениях он был идеалистом. Фехнер доказывал, что Б. – не что иное, как результат материальных процессов, недостаточных для того, чтобы вызвать реальное ощущение. Фехнер считал, что к сфере Б. относятся процессы, связанные с раздражениями, лежащими ниже определ. порога. Он ввел понятие бессознательных ощущений и выдвинул оправдавшееся в ходе дальнейшего развития экспериментальной психофизиологии положение о том, что суммация бессознат. ощущений приближает их к порогу, за к-рым возникают действит. ощущения. Фехнер материалистически истолковал учение Лейбница о "petite perception". По Фехнеру, прерывность сознания связана с тем, что психич. деятельность в определ. периоды падает ниже порога сознания. Выдающиеся исследования Гельмгольца, посвященные психофизиологии органов чувств, натолкнули его на факты существования таких обобщающих процессов в сфере ощущений и восприятий, к-рые протекают без участия мышления. Для их объяснения Гельмгольц ввел условное понятие "бессознательные умозаключения". Впоследствии благодаря методу условных рефлексов удалось вскрыть физиологич. механизм подобных "умозаключений". В споре о Б. приняли участие видные психологи середины 19 в., в частности Лотце, уделивший этой проблеме спец. главу в "Медицинской психологии" ("Medizinische Psychologie", 1852), в к-рой он противопоставлял понятию Б. понятие творч. самосознания. При всем различии точек зрения на сущность Б. почти все представители эмпирич. психологии все определеннее склонялись к утверждению, что сознание отличается от Б. только интенсивностью, в то время как философы и психологи идеалистич. и метафизич. направления отстаивали взгляд на Б. как на особое качество, связывая Б. с творч. активностью, со стремлениями глубинной души, с волей как первичными и определяющими психич. деятельность факторами.
По мере развития экспериментального направления в психологии проблема Б. стала отходить на задний план. Лишь в конце 19 – нач. 20 вв. интерес к этой проблеме вновь возродился, но на этот раз толчком послужили многочисл. исследования, посвященные психопатологич. явлениям, болезненным состояниям нервно-психич. сферы, внушению и гипнозу. Центр. место Б. занимало в учении Фрейда. Следует отличать в этом учении общую глубоко реакц. теорию Б. от специальной, основанной на клинич. наблюдениях. В общей теории Фрейд трактовал Б. как основу жизнедеятельности, решающий регулятор поведения, внутр. пружину всех человеч. действий и "душевную прародину" сознания. В спец. теории речь идет о психологич. механизмах возникновения и развития бессознат. представлений, образующих латентные состояния душевной жизни и вступающих в определ. связи с сознат. душевными процессами (см. Фрейдизм). Возникновение невротич. заболеваний и симптомов Фрейд объяснял борьбой сознательного с Б., играющим роль своеобразного резервуара, хранящего вытесненные запретные представления и влечения, грозящие нарушить психич. равновесие и вызвать аффективный разряд. В противоречии с своей общей теорией Фрейд как врач считал, что при нормальных условиях система "сознательного" господствует над аффективностью и потеря этого господства в условиях конфликта сознательного с Б. приводит к ряду патологич. или препатологич. состояний.
Водораздел между материалистич. и идеалистич. пониманием Б. лежит не в признании или отрицании Б., а в его трактовке и в придаваемой ему роли в психич. деятельности. Признание бессознат. психич. деятельности ни в малой степени не противоречит принципам материалистич. науки. Еще Сеченов решительно выступал против отождествления психического и сознательного. "...В прежние времена, – писал он, – "психическим" было только "сознательное", т.е. от цельного натурального процесса отрывалось начало (которое относилось психологами для элементарных психических форм в область физиологии) и конец" (Сеченов И. М., Кому и как разрабатывать психологию?, Избр. произв., т. 1, 1952, с. 208). Сеченову принадлежат важные открытия в области изучения темных или смутных ощущений, либо частью сознаваемых, либо вовсе не сознаваемых. В его работах нашли яркое отражение факты, освещающие физиологич. и психич. состояния, характерные для разных ступеней бодрствующего сознания. Сеченов предвидел существование предощущений, ставших лишь в наше время доступными для экспериментального обнаружения (сов. физиолог Гершуни и др.). Совр. материалистич. психофизиология, опирающаяся на учение Павлова, не отрицает бессознат. явлений. В прямую связь с проблемой Б. можно поставить исследования павловской школы, посвященные анализу эмоциональных состояний, сопровождающих т.н. внутр. ощущения (работы К. М. Быкова и др. об интерорецепции). Огромная по своему значению глава физиологии о взаимоотношении коры и подкорки, о влиянии подкорковых импульсов и инстинктивных реакций на корковую деятельность вплотную примыкает к проблеме бессознательного. Павлов не раз останавливался в своих соч. на роли Б. Исходя из того, что психич. жизнь складывается из сознательного и Б., Павлов доказывал, что сознание связано с нервной деятельностью определ. участка больших полушарий, обладающего оптимальной возбудимостью по сравнению с остальными отделами мозга, находящимися в состоянии более или менее пониженной возбудимости. "Деятельность этих отделов есть то, что мы субъективно называем бессознательной, автоматической деятельностью" (Павлов И. П., Полное собр. соч., 2 изд., т. 3, кн. 1, 1951, с. 248). Участок с оптимальной деятельностью постоянно перемещается по всему пространству больших полушарий, в связи с чем изменяется и территория с пониженной возбудимостью. Подтверждение правильности этого взгляда на Б. приносят новейшие электрофизиологич. исследования, выясняющие все с большей точностью связь корковых и подкорковых образований, а также роль т.н. ретикулярной формации в возникновении и развитии различных психич. состояний, обладающих то большей, то меньшей близостью к сознат. и бессознат. процессам. Не менее ценный материал для раскрытия психофизиологич. природы Б. дают совр. исследования сна и сноподобных состояний, а также различных фаз гипнотич. состояния, осуществляемые на основе учения Павлова.
Совр. психофизиология сталкивается с областью Б. или неосознаваемых процессов при изучении явлений автоматизации в трудовой и спортивной деятельности. Установлено, что на последовательных этапах развития и роста навыков и умений происходят сложные динамич. перемещения различных сторон деятельности из центра сознания на его периферию. Освобождение отдельных компонентов деятельности от сознательных усилий таит в себе источник субъективно облегченного и объективно более производительного труда, но в то же время неосознанность нек-рых внутренних приемов работы нередко становится препятствием на пути дальнейшего роста мастерства. Существуют экспериментальные доказательства возможности использования специальных упражнений для введения в поле ясного сознания скрытых сторон деятельности, казалось бы не поддающихся самоконтролю и долго пребывающих в сфере смутных или вовсе неосознаваемых ощущений. С помощью таких упражнений удается вскрыть и мобилизовать резервные возможности для нового творческого роста профессионального мастерства даже на исходном высоком уровне. В свете подобных фактов становятся теоретически объяснимыми противоречивые тенденции процесса овладения мастерством, находящие свое выражение в скачкообразном характере "кривой упражнения", в возникновении "творческих пауз", ошибочно трактуемых как пределы развития, во внутренней реорганизации деятельности, достигаемой путем сознательной расшифровки неосознаваемых рабочих приемов и сопутствуемых им ощущений. Особенно демонстративна практич. эффективность специальных упражнений подобного типа при обучении т.н. скоростным действиям, предполагающим высоко развитое "чувство времени" и умение регулировать действия в пределах латентного времени двигательной реакции. Условием, благоприятствующим превращению смутно осознаваемых ощущений в ощущения отчетливые, является объективация результатов даже молниеносно протекающих действий. Т.о., материалистич. трактовка Б. находит действенное приложение в педагогич. практике – в широком ее понимании.
Лит.: Сеченов И. М., Кому и как разрабатывать психологию?, Избр. произв., т. 1, М., 1952; Πавлов И. П., Объективное изучение высшей нервной деятельности животных, Полн. собр. соч., т. 3, кн. 1, 2 изд., М.–Л., 1951, с. 236–49; Рубинштейн С. Л., Бытие и сознание, М., 1957; Уэлс Г. К., Зигмунд Фрейд и его учение, "Вопр. психологии", 1956, No 6; Εфимов М. Б., Против реакционных домыслов фрейдистов, там же, 1957, No 1; Бассин Ф. В., Фрейдизм в свете современных научных дискуссий, там же, 1958, No 5, 6; Гартманн Э. фон, Современная психология. Критическая история немецкой психологии за вторую половину девятнадцатого века, пер. с нем., М., 1902; Эббинггаус Г., Основы психологии, пер. с нем., СПБ, 1912; Лейбниц Г.-В., Избр. философские соч., пер. [с нем.], М., 1908; Вундт В., Основы физиологической психологии, пер. [с нем.], вып. 1–16, СПБ, [1908–1914]; Циген Т., Физиологическая психология в 15 лекциях, пер. [с нем.], 3 изд., СПБ, 1909; Лосский Н., Основные учения психологии с точки зрения волюнтаризма, 2 изд., СПБ, 1911; Жанэ П., Психический автоматизм. Экспериментальное исследование низших форм психической деятельности человека, пер. с франц., М., 1913; Гефдинг Г., Очерки психологии, основанной на опыте, пер. с нем., 7 изд., М.–П., 1923; [Φрейд С.] Freud S., Лекции по введению в психоанализ, пер. [с нем.], 2 изд., М.–П., 1923; Шеллинг Ф. В. И., Система трансцендентального идеализма, пер. [с нем.], Л. – М., 1936; Веneke F. E., Lehrbuch der Psychologie als Naturwissenschaft, 4 Aufl., В., 1877; Саrus C. G., Psyche. Zur Entwickelungsgeschichte der Seele, 2 Aufl., Stuttgart, 1851; Fechner G. T., Elemente der Psychophysik, Bd 1–2, 3 Aufl., Lpz., 1907; Fichte J. H., Psychologie, Tl 1, Lpz., 1864; Brentano F., Psychologie vom empirischen Standpunkt, Bd 1–3, Lpz., 1924–28.
С. Геллерштейн. Москва.

Философская Энциклопедия. В 5-х т. — М.: Советская энциклопедия..1960—1970.

БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ
    БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ — неосознаваемое, нерефлексивное, спонтанное. В обыденном понимании бессознательное обычно связывается с тем, что выше сознания (над- или сверх-сознание, интуиция, духовность) или ниже сознания (под-сознание, с которым имеют дело иногда художники, но чаще—врачи). В философии признание бессознательного заведомо исключало мысль о тождестве психики и сознания (Декарт, интроспекционисты). Бессознательное в философии имело разные обличья и разные имена: это самостоятельная непостижимая сущность бытия (мистики, романтики); аффекты и смутные идеи (Спиноза); незаметные восприятия (Лейбниц); порождающее начало, творящее мир (Шеллинг); принцип свободной деятельности человека (Фихте); воля, лежащая в основе мира (Шопенгауэр), духовное начало вселенной, опирающееся на панпсихизм или всеобщую способность к ощущению (Э. фон Гартман); воля к власти (Ницше), интуитивные идеи и восприятия (Бергсон) и др. Все эти подходы, как правило, тяготели либо к онтологическому, либо к психическому бессознательному.
    Открытие бессознательного как объекта научного исследования (Фрейд) было результатом многих усилий. Вопрос о бессознательном так или иначе вставал у немецких естествоиспытателей (Г. Фехнер, Г. Гельмгольц) и психологов (Т. Липпс). Во Франции П. Жане изучал неосознаваемые явления психики, придавая сексуальности важное значение в возникновении неврозов, однако специфика бессознательного не была им выявлена: под-сознательное (subconscient) для Жане—это ослабленное сознание. Французский социолог Г. Лебон видел в “коллективном бессознательном” расовую подоснову всех человеческих проявлений и особенно массовых действий, грозящих социальными потрясениями.
    Отныне требовалось заявить о бессознательном в перспективе, свободной как от иррациональной метафизики и мистики, так и от естественно-научного натурализма, придав бессознательному статус самостоятельного научного предмета на фоне господствовавших на рубеже веков медицинских, физиологических, психологических подходов. Это и сделал 3. Фрейд, выделив в идее бессознательного ее антропологические измерения и связав смысловые моменты бессознательного с тем, что есть в нем типического, повторяющегося, доступного причинным объяснениям. В своем подходе к бессознательному Фрейд осознанно противостоит и .своим коллегам-естествоиспытателям, и обеим группам философов: тем, чтомыслили бессознательное в отрыве от человека, гипостазируя мистическое бессознательное, и тем, чтомыслили человека и его психику в отрыве от бессознательного, отождествляя сознание с психикой. Новые параметры работы с бессознательным задала изобретенная Фрейдом дисциплина— психоанализ: его целью является одновременно и лечение больного, и изучение его бессознательного.
    Итак, если до Фрейда бессознательное мыслилось либо как остаток, или осадок, сознания, либо как оторванный от субъекта безличный и анонимный принцип, то для Фрейда бессознательное есть особый тип знания, который присутствует в субъекте независимо от его осознания и без его ведома. Фрейдовская идея бессознательного фиксирует “отрыв знания от истины”, отрыв субъекта от самого себя, его внутреннюю расколотость. Это и есть главная интервенция Фрейда в философские поля. И этот раскол оказывается едва ли более мощным ударом, чем открытия Коперника и Дарвина: человек теряет власть над космосом* над миром живого, а в конце концов и над своей собственной душой. Он может быть принужден думать и делать то, чего ему не хотелось бы думать и делать. Это—радикальная децентрация человеческого мира по отношению к самому себе.
    Сначала Фрейд опирался в своей работе с бессознательным на естественно-научную медицину того времени; этапами этой работы были поиск причин болезни (травма, вызванная внешним событием), изучение следствий (нарушения работы психического аппарата, блокировка потоков энергии), лечение (обеспечение необходимых психофизических разрядок). Фрейд верил в возможность отыскать точные соответствия между нейрофизиологическими и психическими процессами, находящими конечное выражение в симптомах больного. В своей лечебной практике Фрейд пытался заставить пациента вспомнить травматиче
    ские события, а затем осмыслить их и вследствие этого излечиться. Однако гипноз не был надежной опорой лечения, и это заставляло искать новые пути. Они вели к работе со словом, к выговариванию (пациент) и выслушиванию (врач). Использование терапевтической роли слова, рассказа (talking cure)—это собственно и есть психоанализ (и в этом уравнивании осознания и изменения Фрейд выступал как наследник Просвещения). Одновременно с этим менялись не только ее приемы, но и задачи исследования и лечения. Реальные события либо недоступны, либо несущественны; страдания больного обусловлены не объективными фактами, а их субъективными истолкованиями, представлениями, фантазиями. И потому естественнонаучные схемы объяснения с поиском причин все более уступают место учету психодинамических факторов — конфликта побуждений, защит, сопротивлений. Идея конфликгности человеческой психики стала фундаментом концепции. Само возникновение бессознательного обусловлено психическим механизмом вытеснения неприятных, стыдных переживаний: они не могут всплыть на поверхность сознания, и эта зажатость проявляет себя болезненными симптомами—оговорками, ошибочными действиями, повторяющимися снами и др. Большая часть вытесненных впечатлений имеет, по Фрейду, сексуальную природу. Бессознательное состоит из “представителей” или репрезентаторов влечений (сами по себе влечения в бессознательном не даны), находящихся где-то на границе между психикой и соматикой. Бессознательные представления записаны в психике особыми знаками, которые складываются в целые сценарии. Бессознательное отличается особой подвижностью энергетических нагрузок, способных смещаться и сгущаться, безразличием к степеням реальности событий, отсутствием времени, способности к отрицанию, чувствительности к противоречиям. Это, однако, не значит, что в бессознательном нет вообще никакой логики: например, в нем нет линейного времени, но есть время акцентуаций и интенсивностей, нет отбора элементов, но есть их соположение и сбережение и проч. По Фрейду, бессознательное—это универсальный феномен человеческой психики, построенной как сложная многоуровневая система. Бессознательное у Фрейда фиксируется в рамках двух схем работы психики. В первом случае (в рамках “первой топики”) бессознательное (в принципе неосознаваемое и не вербализуемое) противопоставляется сознанию и предсознанию (потенциально вербализуемому и осознаваемому). Во втором случае (в рамках “второй топики” начиная с 1920-х гг.) бессознательное предстает прежде всего не как предмет или же место, но как атрибут, и относится уже не к какой-то одной определенной инстанции (или субстанции), но к трем различным уровням психической организации—Я, Оно и Сверх-Я. При этом Оно—это наследник архаических влечений, сексуальных и агрессивных; Сверх-Я—носитель усвоенных семейных и социальных запретов; порождающих чувство страха, вины, долга; Я—посредник и координатор между обоими этими давлениями, стремящийся воплотить в жизнь “принцип реальности”. Бессознательное есть и в Я, и тем более в Сверх-Я, но главным носителем бессознательного выступает Оно.
    Строя обоснование своего терапевтического и исследовательского подхода к индивиду, Фрейд опирался на общепринятый в науке того времени тезис о параллелизме онтогенеза и филогенеза, развития индивида и развития рода. При неразвитости современных Фрейду наук—таких, как антропология или лингвистика,—это толкало его к мифу. Аналогом семейных отношений, основанных на Эдиповом треугольнике (соперничество детей с родителями противоположного пола, сложная механика принятия детьми своего места в семье и своей социально-половой роли), стала гипотеза доисторического “убийства праотца”, фиксирующая рождение запретов и механизмы последующего обмена женщинами, создающая закон и социальные нормы индивидуального поведения. Подобные расширения и обобщения размывали даже ту ограниченную степень надежности, которую давали Фрейду психиатрические факты.
    Фрейд до конца оставался практикующим врачом и в конечном счете видел все социальные процессы через призму индивидуального страдания. В послефрейдовском развитии психоанализа внимание смещалось, с одной стороны, на до-индивидуальный уровень (раннее детство, отношения матери и младенца, важная роль аффективных контактов для последующего развития индивида), ас другой стороны, на сверх-индивидуальный уровень (учет культурных и социальных интересов, мотивов, побуждений, представлений; это могут быть групповые, корпоративные, классовые, массовые и проч. бессознательные механизмы). Вследствие отказа от пансексуальности на смену субстанционалистскому, вещному бессознательному приходит бессознательное как структура отношений (социальных, межличностных). Внимание сдвигалось с конфликта сознания и бессознательного на формирование личности (последнее более свойственно американскому и немецкому психоанализу, нежели французскому, в котором главенствует образ трагической расщепленности индивида и отвергаются адаптивные трактовки работы с бессознательным).
    Эта смена подходов к бессознательному ярко видна в истории психоанализа при переходе от классического фрейдизма к неофрейдизму и постфрейдизму. Так, если у Фрейда имелась определенная биологизирующая тенденция в понимании бессознательного, то уже у его ученика К. Г. Юнга определяющим становится культурологическая картина бессознательного, опирающаяся на универсальные типы психики и соотношения между ними, а у А. Адлера преобладает социальная трактовка бессознательного. В дальнейшей истории психоанализа определились два. главных подхода к бессознательному—социологический и лингвистический. Так, американские неофрейдисты (Хорни, Салливан, Фромм), отказавшись от “пансексуализма” Фрейда, но учитывая его классификацию типов характера в зависимости от индивидуальной “судьбы влечений”, построили образы социальных характеров в социальных обстоятельствах. При этом, подчеркивает Фромм, фрейдисты видят индивидуальное бессознательное и слепы к социальному бессознательному, а марксисты, наоборот, видят бессознательное в социальном поведении, но не видят и не признают его в индивиде. Американские и английские школы психоанализа различались акцентами на тех или иных инстанциях психики, объединенных во фрейдовских схемах. Одни предпочитали укреплять Сверх-Я за счет Оно и в поддержку Я (Анна Фрейд), другие, напротив,—развивать Я, приглушая требования Сверх-Я (Мелани Кляйн) и учитывая при этом, что Я—непостоянная величина, но результат идентификаций с другими людьми (Эго-психология), а стало быть, его функция—не обеспечение удовольствий, а построение полноценных эмоциональных отношений (Уинникот). Соответственно выбранным акцентам менялись и представления о выбираемых стратегиях психоанализа.
    Лингвистический вариант прочтения бессознательного, наиболее характерный для различных школ современного французского психоанализа, был представлен прежде всего Ж. Даканом (1901—81). Здесь трактовка бессознательного дальше всего отошла от фрейдовского субстанциализма в представлении о бессознательном. Несмотря на лозунг “возврата к Фрейду”, лакановские представления о структуре психики и о роли бессознательного были существенно иными, нежели у Фрейда. Лакановское бессознательное “структурировано как язык”, а то, что оно нам говорит, слышится как “речь Другого” (не привязанные ни к каким содержаниям материальные формы (означающие), динамика которых создает саму возможность языкового структурирования психики). Лакановские инстанции психики (“реальное”, “воображаемое” и “символическое”) примерно соответствуют фрейдовским инстанциям (Оно—Я— Сверх-Я). При этом “реальное” фактически никак не представлено в психике (оно не может иметь даже вида фрейдовской “психической реальности”), “воображаемое” оказывается центрирующим началом всех субъективных иллюзий, а “символическое”—заданной культурой инстанцией прерывности, отсутствия языка как закона. Правда, у позднего Лакана намечается обратный сдвиг: от символического—к воображаемому и даже реальному, и это в общем соответствует постструктуралистскому стремлению к отказу от языка и порядка.
    Лакановские представления о бессознательном подверглись критике в “антипсихиатрическом” движении (достаточно сильном в США, Италии, отчасти Франции). Для него семейные эдиповские структуры—репрессивны, структурированное бессознательное—тоталитарно, а Эдип—это “ошейник”, сдерживающий творческие проявления человека. Значит, нужен переход от бессознательного как упорядоченной структуры к бессознательному как неупорядоченной динамике. Если для мыслителей структуралистской ориентации (и прежде всего для Леви-Стросса) бессознательное функционирование объекта (например, системы родства и брачных обменов) было одним из главных условий его объективного постижения, а само бессознательное понималось как совокупность означающих систем, господствующих в данном обществе, то постструктурализм подменил “символически действенное”, законосообразное бессознательное становлением аморфных интенсивностей. В “Анти-Эдипе” Делеза и Гваттарй (1972) кочевание машинного “тела без органов” (образ А. Арго) основано на бессодержательных и непредсказуемых преобразованиях энергий. Постструктуралистский акцент в трактовке бессознательного сдвигался с гносеологии на эстетику и политику, где роль дословесных эмоций и аффектов была выше, чем роль слова и мысли.
    Вследствие этого внимания к дословесному и внесловесному “постклассический”, современный этап изучения бессознательного подталкивает исследователей в сторону “до-классического” дофрейдовского его этапа, в результате чего обнаруживаются сходства между допсихоаналитическими подходами к бессознательным аффектам, к тому, что в самом психоанализе не укладывалось в словесные формы (М. Борш-Якобсен (в американской транслитерации—Борч-Джекобсен), Ф. Рустан, И. Стенгерс, Л. Шерток, М. Шнейдер).
    Если от психоаналитических картин бессознательного вновь обратиться к его изображениям в философии, мы опять столкнемся с той парадоксальностью познания бессознательного, которую Фрейд сумел отодвинуть на задний план и даже, казалось, преодолеть построением психоанализа. Как найти такое место для познания бессознательного, которое было бы и вне его (позволяя тем самым надеяться на объективность), и внутри его (чтобы не быть ему чуждым)? В самом деле, если сознание осуществляет отбор и чего-то в себя не допускает, значит, оно уже имеет дело не с бессознательным, а с чем-то другим. А если бессознательное что-то из себя выталкивает, значит, оно уже способно распознавать и в широком смысле слова— осознавать. По сути, эта сложность была лишь экспериментально ограничена, но не преодолена в психоанализе. Если бессознательное все равно господствует в человеческой психике и поведении, то зачем пытаться “поставить сознание на место бессознательного” (или, как говорил Фрейд, “Я на место Оно”)? Фрейд верил в победу воли и сознания над инстинктами и влечениями. Ему не хотелось видеть, что “конечный анализ” уходит в бесконечность: вторичные рационализации редко преодолевают бессознательное, но часто усиливают защиты, выстраиваемые против него субъектом. В силу неистребимости подобных парадоксов современная западная философия—преимущественно философия сознания, а также философия языка—отторгала послефрейдовское, т. е. уже явно тематизированное, понятие бессознательного. Однако, не будучи философским, это понятие побуждало философию к отклику и в конечном счете воздействовало на самые разные формы философствования. Главные русла современной западной философии— экзистенциалистско-антропологическое и позитивистскоаналитические — отторгали бессознательное на разных основаниях. Насколько совместимо экзистенциалистское мышление (Ясперс, Хайдеггер, Сартр) с психоанализом— вопрос до сих пор спорный. Экзистенциализм приемлет в лучшем случае бессознательное описательное, но не приемлет схемы причинного объяснения бессознательного, сексуальный детерминизм, Обусловливающий судьбу человека его прошлым. С точки зрения “экзистенциального психоанализа” (Сартр) вся психика сознательна, однако при этом многое в сознании нерефлексивно и не столь уж отличается от бессознательного. Феноменология отрицает “бессознательное сознание”, подрывающее саму ее опору в “непосредственных данностях сознания”; однако и в раннем учении Гуссерля об интенциональности, и в позднем его учение о жизненном мире есть элементы, которые можно изучать и с точки зрения бессознательного. Представители различных форм позитивистской философии не занимались разработкой проблемы бессознательного, но высказывали свое отношение К психоаналитическому познанию. Так, Витгенштейн резко критиковал абсурдные спекуляции и фантастические псевдообъяснения во фрейдовской трактовке сновидений и других бессознательных явлений, а Поппер, пройдя Через увлечение индивидуальной психологией Адлера, установил, что психоанализ недоступен фальсификации, а потому является не наукой, а мифом. В целом же с точки зрения критикорефлексивных установок позитивистской философии науки психоаналитическое познание бессознательного не является ни экспериментальной наукой, ни наукой наблюдения; в нем нет ни правил сравнения между конкурирующими объяснениями, ни интерсубъективно значимых критериев (при смене анализа меняется и схема объяснения); это либо пара-недо-наука, либо просто ненаучное знание. В науках о духе гипотетико-дедуктивный мир не работает, а исследование смысловых связей вместо причинных не может быть научным.
    Ближе к психоаналитическим подходам находится философская антропология (М. Шелер, А. Гелен, Г. Плесснер, Э. Ротхакер), в которой глубинные бессознательные процессы, лежащие В основе внутреннего мира человека, спроецированы на общество и культуру. Для Франкфуртцев второго поколения (Ю. Хабермас) психоаналитическая работа с бессознательным важна как дополнение к освободительному проекту критики общества, будучи одной из форм исправления недостатков человеческой коммуникации. Акцент на коммуникации делает и А. Лоренцер в своей “глубинной герменевтике”; для него бессознательное — это “комплекс жизненных проектов”, а его содержание — фигуры социального взаимодействия, запечатленные в “одушевленном теле”. Анализ бессознательного органично включается в концепции синтетического типа (П. Рикер), где опосредуются крайности “чистой” феноменологии и “чистой” аналитической философии. Для П. Рикера критика фрейдовских понятий (и прежде всего понятия бессознательного) — это путь к новому пониманию сознания; при этом анализ процедур интерпретации оказывается связующим звеноммежду психоанализом (как герменевтикой культуры) и феноменологией.
    В последние десятилетия новые подходы к бессознательному складываются на стыке различных дисциплин—в социальной психологии (сопоставительное межкультурное изучение социальных представлений), лингвистике (механизмы двуязычия и многоязычия; своеобразие отношения к родному языку), антропологии (воображаемые “ядра власти” в экономической антропологии М. Годелье), этиопсихиатрии (аналоги эдиповских структур на материале первобытных обществ) и проч. Профессиональные философы, которые являются одновременно практикующими психоаналитиками, делают попытки описать, учитывая работу бессознательного, некоторые построения классической западной философии (например, М. Давид-Менар читает “Критику чистого разума” сквозь призму идей Сведенборга, влиявших на Канта). Актуальны вопросы, связанные с ролью аффектов в познании, например: “эпистемофилическое влечение” (бессознательный генезис познавательного интереса как такового); работа мысли в травматических ситуациях, связанных с символической кастрацией (лишением чего-то жизненно важного); построение идеалов как компенсаторный механизм психики, руководящий мыслью и поведением (М. Бертран); аффективные компоненты психических действий и состояний (признание реальности события, отказ, вера, согласие и пр.), во многом определяющих собственно познавательные процессы (М. Шнейдер), и др.
    В России о Фрейде знали чуть ли не с кон. 19 в., а психоаналитическая теория и практика начали развиваться раньше, чем в ныне ведущих странах психоанализа (Франции и США. Сразу после революции психоанализ в России воспринимался как средство раскрепощения бессознательного, а тем самьм — расцвета личности и производственного подъема. Изменение идейно-политической и экономической конъюнктуры на рубеже 1920-х и 1930-х гг. упразднило этот запрос: личный порыв плохо совмещался с пятилетками. Много споров велось о том, насколько идея бессознательного и принципы психоанализа совместимы с марксизмом, но насаждение единомыслия и единовластия в 1930-х гг. прекратило эти споры. Однако, если историк психоанализа в России вынужден перескакивать от сер. 1930-х гг. прямо к кон. 1980-х гг., когда началась републикация Фрейда и оживление психоанализа на российской почве, то применительно к изучению проблемы бессознательного такой перескок был бы неправомерен: нечто важное делалось и в промежутке.
    Инициатором изучения самой темы бессознательного в советской науке послевоенного периода был Ф. В. Бассин. Уже на Всесоюзном совещании по философским вопросам высшей нервной деятельности и психологии (1962), где впервые после знаменитой Павловской сессии наметился отход от догматических интерпретаций рефлекторной теории, Бассин показал значение проблемы бессознательного. Основой ее изучения в СССР были, помимо естественнонаучных подходов к высшей нервной деятельности, теория установки грузинского психолога Д. Н. Узнадзе, обобщения данных современных наук—таких, как лингвистика, кибернетика, нейрофизиология, психология. Каждая из этих наук изучала свой срез в проблеме бессознательного; наиболее исследованным был психологический аспект проблемы (А. Н. Леонтьев, А. Г. Спиркин, М. Г. Ярошевский и др.). Бессознательное не входило в набор категорий марксизма и потому его изучение никогда не поощрялось. Однако интерес к этой проблеме выживал в рамках других, институционально более приемлемых исследований по таким темам, как сознание и познание, научное и художественное творчество, структура личности, смысл и направленность педагогических воздействий, порождение речи, переработка информации и др. Усилиями группы энтузиастов во главе с Бассиным (в нее входили грузинские психологи, сторонники теории установки—А. Шерозия и А. С. Прангишвили, а также французский психиатр Леон Шерток) в октябре 1979 в Тбилиси был организован международный симпозиум “Бессознательное: природа, функции, методы исследования”, многотомные труды которого в течение десяти лет (1979—89) были наиболее надежным источником знаний о бессознательном для советского читателя. Этот конгресс уже был свидетельством реабилитации проблемы бессознательного в советской науке, но еще не был реабилитацией психоанализа, который стал вновь проникать в Россию только с 1989. Этот этап принес свободу психоаналитических практик и институций—в той мере, в какой они возможны в современной России, но пока не дал ощутимых результатов в области познания бессознательного.
    Ист.: Фрейд 3. Введение в психоанализ: лекции. М., 1989; Он же. Избранное. М., 1989; Он же. Очерки по психологии сексуальности. Рига, 1990; Он же. Психология бессознательного. М., 1990; Он же. Психоаналитические этюды. Минск, 1991; Он же. Толкование сновидений. Киев, 1991; Он же. “Я” и “Оно”. Труды разных лет. Тбилиси, 1991, Т. 1, 2; Он же. О клиническом психоанализе. М., 1991; Он же. Психоанализ. Религия. Культура. М., 1992; Он же. По ту сторону принципа удовольствия. М., 1992; Он же. Избранное. Ростов н/Д, 1998; Зигмунд Фрейд. Психоанализ и русская мысль. М., 1994; Лакан Ж. Функция и поле речи и языка в психоанализе. М., 1995; Он же. Инстанция буквы в бессознательном, или Судьба разума после Фрейда. М., 1997; Он же. Семинары. Кн. 1. Работы Фрейда по технике психоанализа (1953—1954). М., 1998; Лоренцер А. Археология психоанализа. М., 1996; Московиш С. Век толп. М., 1996; Рикер П. Герменевтика и психоанализ. Религия и вера. М., 1996; Фромм Э. Миссия Зигмунда Фрейда. М., 1996; Юнг К. Г. Архетип и символ. М., 1991; Психоанализ и науки о человеке. М., 1995; Ricoeur P. De l'interprétation. Essai sur Freud. P., 1965; Idem. Le conflit des interprétations. Essais d'herméneutique. P., 1969; Roustang F. Un destin si funeste. P., 1976; Idem. Elle ne le lâche plus. P., 1980; Mendel f. La société n'est pas une famille. De la psychanalyse à la sociopsychanalyse. P., 1992.
    Лат.: Бессознательное, ред Н. О. Лосского и Э. Л. Радлова. СПб., 1914; Бессознательное: природа, функции, методы исследования, т. I, II, III. Тбилиси, 1978; т. IV. М., 1985; Автономова Н. С. Концепции бессознательного: эпистемологический статус.—“ФН”, 1985, № 5; Она .”ce. К спорам о научности психоанализа.—“ВФ”, 1991, № 4; Бассин Ф. В. Проблема бессознательного. О неосознаваемых формах высшей нервной деятельности. М., 1968; БочоришвилиА. Т. Проблема бессознательного в психологии. Тбилиси, 1961; Клеман К., Брюно П., Сзв Л. Марксистская критика психоанализа. М., 1976; Куттер П. Современный психоанализ. Введение в психологию бессознательных процессов. СПб., 1997; Лаплшш Ж., Понталис Ж. Б. Словарь по психоанализу. М., 1996; Левчук Д. Т. Психоанализ: от бессознательного к “усталости сознания”. Киев, 1989; Деибин В. М. Психоанализ и философия неофрейдизма. М., 1977; Он же. Фрейд, психоанализ и современная западная философия. М., 1990; Овчаренко В. И. Психоаналитический глоссарий. Минск, 1994; Попова И. Г. Французский постфрейдизм: критический анализ. М., 1986; Руткевич А. М. От Фрейда к Хайдеггеру. М., 1985; Он же. Психоанализ. Курс лекций. М., 1997; Узнадзе Д. Н. Психологические исследования. М., 1966; Чхартишвши 111. Н. Проблема бессознательного в советской психологии. Тбилиси, 1966; Шерозия А. ?. К проблеме сознания и бессознательного психического. Опыт исследования на основе данных психологии установки. Т. 1. Тбилиси, 1969, т. 2. Тбилиси, 1973; Шерток Д., Соссюр Р. де. Рождение психоаналитика: от Месмера до Фрейда. М., 1991; ЭткиндА. Эрос невозможного. История психоанализа в России. СПб., 1993; Amado Levy-Wensi E. La nature de la pensée inconsciente. P., 1978; Bertrand M., Doray B. Psychanalyse et sciences sociales. P., 1989; Bonnet G. Les voies d'accès de l'inconscient. P., 1987; Borch-Jacobsen. Le lien affectif. P., 1991; Cent ans après. P., 1998; Chlland C. Homo psychanalyticus. P., 1990; Descombes V. L'inconscient malgré lui. P., 1977; David-Menard M. La folie dans la raison pure. Kant lecteur de Swedenborg. P., 1990; Eadem. Les constructions de l'universel. Psychanalyse, philosophie. P., 1997; Dor]. L'a-scientificité de la psychanalyse, 1.1, II. P., 1988; Doray В., Rennes J.-M. (dir.). Carrefours: sciences sociales: le moment moscovite. P., 1995; Dupuy J.-P. La panique. P., 1991; Eltenberger H. F. The discovery of the Unconscious. The History and Evolution of Dynamic Psychiatry. N.Y., 1969; Julien Ph. Le retour à Freud de Jacques Lacan. P., 1990; Lacan avec les philosophes. P., 1991; Le moment cartésien de la psychanalyse. Lacan, Descartes, le sujet, E. Porge, A. Soûlez (dir,). P., 1996; NadalJ. L'éveil du rêve. Psychanalyse des sources inconscientes de la violence. P., 1985; Die Philosophen und Freud. Wien — Munch., 1988; La psychanalyse une science? P., 1989; Psychoanalysis and existential Philosophy. N.Y., 1962; Roudinesco E. La bataille de cent ans. Histoire de la psychanalyse en France. T. 1—2. P., 1986; Salloway F. J. Freud, Biologist of the Mind. Beyond the psychanalytic Legend. N.Y., 1979; Whyte L. The Unconscious before Freud. N.Y., I960.
    Н. С. Автономова

Новая философская энциклопедия: В 4 тт. М.: Мысль..2001.


  найдено в  "Большой энциклопедии по психиатрии"
(unconscious) – 1. в психоанализе психические процессы, «которые проявляются активно и в то же время не доходят до сознания переживающего их лица» (Фрейд, 1940). Теория бессознательного в классической психоаналитической теории является, пожалуй, одной из наиболее продуманных и систематизированных. Немаловажное преимущество этой теории, и в то же время её существенный недостаток, за что она, или, точнее, выводы из неё, подвергается критике, состоит в том, что она создана на основе клинического материала, пусть неполного, одностороннего. Но без этого фундамента, без психопатологии, теория бессознательного скорее всего оказалась бы сугубо умозрительной конструкцией, прекрасно составленным и практически бесполезным текстом, и не более того; 2. «относящийся к психическим процессам, которые субъект не осознаёт» или «та часть психики, в которой, в отличие от сознательных, психические процессы являются динамическими бессознательными» (Райкрофт, 1995). М.С.Кэрич (2006) указывает, что бессознательное – это «гипотетический конструкт, используемый для описания действий, феноменов, данных, процессов и т.д., выходящих за пределы непосредственного сознания». М.Эриксон рассматривает бессознательное как «резервуар с воспоминаниями о прошлом, хранилище структурированного опыта»; 3. совокупность психических процессов, актов и состояний, обусловленных явлениями действительности, во влиянии которых субъект не отдаёт себе отчёта» и/ или форма психического отражения, в которой образ действительности и отношение к ней субъекта не выступают как предмет специальной рефлексии, составляют нерасчленённое целое» (Психология, 1990); 4. «самая обширная и наиболее содержательная часть (система, сфера, область, инстанция и т.д.) психики человека» и/или состояние человека, характеризующееся отсутствием сознания» (Новейший философский словарь, 1999). И т.п. Указанные здесь и другие, подобные формулировки едва ли могут претендовать на полноту и адекватность содержания, так как все они нуждаются в уточнении того, 1. что, собственно, имеется в виду под сознанием, иначе придётся признать, что рассуждения о бессознательном являются тавтологией; 2. в чём конкретно состоят отличия сознательных психических процессов от бессознательных (помимо того, что последние остаются незамеченными индивидом, непонятными ему или представленными в виде слияния объективного и субъективного) – эти и другие, аналогичные попытки включить в определение бессознательного какие-то более осязаемые его характеристики остаются пока что недостаточными, поскольку фактически они выводятся логически, из названия термина; 3. как соотносятся понятия «сознание», бессознательное», с одной стороны, и «Я индивида», с другой, или, иными словами, какова роль этой наиболее активной части личности индивида в развитии и динамике сферы бессознательного и того, что именуется сознанием. Кроме того, ясность в этом вопросе крайне важна для понимания и того, являются ли сознание, бессознательное лишь особыми, специфическими психологическими функциями, неким инструментарием личности либо они сами являются теми автономными структурами, функционирующими в значительной степени независимо от личности индивида или даже всецело определяющими эту личность. Вообще говоря, термины «бессознательное», «сознание» вводят исследования в самый центр не только наиболее глубокой и самой сложной психологической проблематики и важнейших проблем психопатологии. Они непосредственно касаются также ряда фундаментальных проблем, таких, как отношения материи и сознания, психики и мозга, нейрофизиологии и психологии, личности и социума, то есть тех проблем, которые возникли перед человеком с того момента, когда он впервые осознал факт собственного существования, и не потерявших своей остроты по настоящее время. В плане психопатологии особенно важным представляется то обстоятельство, что система сознание-бессознательное имеет, повидимому непосредственное отношение к симптомообразованию, то есть к природе, источникам и процессам формирования многих, особенно продуктивных психологических симптомов психиатрического расстройства, не говоря уже о психопатологии собственно процессов сознания и самоосознавания. Существуют, как упоминалось, разные подходы к пониманию природы бессознательного, сознания и их взаимоотношений. Приведём некоторые, основные из них. 1. В классическом психоанализе различают два вида бессознательных процессов: 1. дескриптивно бессознательные или предсознательные процессы и 2. динамически бессознательные процессы. Первые процессы легко становятся сознательными, к ним относятся воспоминания или информация, которые можно произвольно воспроизвести в сознании в случае необходимости. Они соответствуют вторичным психическим процессам (processes secondary). Динамически бессознательные процессы, в свою очередь, подвержены вытеснению и могут стать сознательными только после устранения определённого сопротивления, поскольку .неприемлемы для сознания индивида. Они соответствуют первичным процессам мышления (processes primary). В широком употреблении «бессознательное является метафорическим, почти антропоморфным концептом, сущностью, влияющей на самость, но неизвестной самой себе. В точном значении – это структура со специфическими свойствами...«резюме: свобода от внутренних противоречий, принадлежность к первичным процессам (мобильность катексиса), вневременность и замещение внешней реальности реальностью психической – таковы характеристики, которые мы ожидаем обнаружить в системе бессознательного» (Фрейд, 1915). Вторичные психические процессы характеризуются сознательным, дисциплинированным мышлением, которое: а) подчиняется правилам грамматики и логики; б) использует связанную энергию; в) направляется принципом реальности. Вторичные процессы, указывает З.Фрейд, развиваются наравне и одновременно с развитием Эго, с адаптацией к внешнему миру, они теснейшим образом связаны с вербально-логическим мышлением. Иными словами, под вторичными психическими процессами подразумевается зрелое, концептуальное мышление, отличающееся от других его видов и форм своей реалистичностью, последовательностью, использованием абстрактных и общих понятий, а также правил логики. Первичные процессы, в свою очередь, характеризуются психическими функциями бессознательного. Мышление первичного процесса отличают: а) наличие конденсаций и смещения, то есть образы часто сливаются и легко могут заменять и символизировать друг друга; б) использование подвижной энергии, то есть свободного перемещения энергии от одного образа к другому; в) управление посредством принципа удовольствия, то есть уменьшением неудовольствия инстинктного напряжения путём галлюцинаторного исполнения желания; г) игнорирование категорий пространства и времени. Онтогенетически и филогенетически первичные процессы являются более ранними, нежели вторичные процессы. Если переформулировать характеристику сказанного о «первичных процессах» в терминах психопатологии, то получается следующее. З. Фрейд под такими процессами подразумевает те же явления, которое одновременно практически с ним и, вероятно, независимо от него описал Е.Блейлер (1911), наблюдая за пациентами с шизофренией, предложив используемый до сих пор термин «аутистическое мышление» (в России книга Е.Блейлера об этом вышла несколько позднее). В крайнем, болезненном своём проявлении имеется в виду мышление со свойственными ему тотальным игнорированием логики, символическим представлением действительности, аффективной динамикой ассоциаций и абсолютной оторванностью от действительности, причём эта оторванность вполне замещается «психической реальностью», то есть грёзами, фантазиями, галлюцинациями. Согласно Е.Блейлеру, побуждения бессознательного, то есть желания, продиктованные эмоциями, удовлетворяются в аутистическом мышлении самым непосредственным, воображаемым образом, без того, чтобы хотя бы косвенно влиять на мотивы и организацию поведения индивида в реальном мире. Исключением являются лишь насущные физиологические потребности организма, ради чего пациент лишь частично и на некоторое время покидает мир фантазий и возвращается в действительность (см. Мышление аутистическое). Возникающее у детей в возрасте 4-5 лет или несколько ранее аутистическое мышление в ходе нормального психического развития с самого начала находится под контролем более реалистических и зрелых форм мышления, образцы которого демонстрируют взрослые люди, то есть в естественных условиях оно формируется в единстве с ними так, что в бодрственном состоянии нормальный индивид в достаточной степени осознаёт отличие своих фантазий и сновидений от того, что происходит в реальности. Дети, если они адекватно развиваются, уже в дошкольном возрасте более или менее уверенно разграничивают сновидения от реальных впечатлений, сказки от действительности, а свои игровые фантазии – от представлений реальности. Из описания Е.Блейлера вытекают важные, во всяком случае, достаточно неприятные для классической аналитической теории выводы, а именно: 1. существующие в недрах бессознательного побуждения таковы, что сознанию их не нужно и незачем вытеснять или блокировать, так как они легко, в любой момент и самым непосредственным образом способны самоудовлетворяться посредством болезненного воображения; 2. бессознательные побуждения являются абсолютно непонятными и закрытыми для зрелого мышления и потому они, по определению, не способны влиять на течение сознательных процессов; 3. в свою очередь, первичные процессы, совершенно изолированные от вторичных процессов, также не могут воспринимать и реализовать какое-либо воздействие со стороны последних. Важно, наконец, и то, что болезненный, не свойственный здоровому индивиду вариант аутистического мышления З.Фрейд представляет в качестве универсальной характеристики бессознательного вообще без каких-либо тому доказательств или условий, тем самым как бы подчёркивая, что существенного отличия патологии от нормального и здорового в его системе психологии не существует или его не существует вообще. Сознание (consciousness) в психоанализе определяется следующим образом: 1. это состояние, в котором человек себя «осознаёт», в противоположность состояниям сна, анестезии, комы; 2. это способность к «самосознанию», которым, в отличие от других существ, человек обладает (термин в значении 2 не указывает, относится ли он к первичному (само-) осознанию, т.е. «знанию» того, что индивид делает, или к рефлексивному самоосознанию, т.е. «обращению внимания» на собственные психические процессы). Статья З.Фрейда, посвящённая сознанию (1915), бесследно, как считают, исчезла, поэтому о его взглядах на эту тему полного представления получить невозможно. Тем не менее, по его более поздним суждениям (1940), «считается общепринятым, что сознательные процессы не образуют непрерывного самодостаточного ряда». Имеются также свидетельства того, что З.Фрейд: а) обычно уподоблял сознание органу чувств, способному воспринимать внутренние психические события и отличать их от внешних восприятий (эту функцию сознания он называл тестированием реальности); б) полагал, что сознание отличается от бессознательного способностью познавать категории пространства и времени, нетерпимостью к логическим противоречиям и использованием связанной энергии (то есть приписыванием образам объектов относительно постоянного смысла); в) утверждал, что «быть связанным со словесными образами» это то, что совершенно необходимо, чтобы «бессознательная мысль» могла попасть в сознание и г) придерживался мнения об интегративной функции сознания. В 1920 –х гг. З.Фрейд переименовал бессознательное в Ид, а сознательное – в Эго (то есть фактически отождествил психологические процессы с соответствующими структурами личности). Существующая в психоанализе тенденция считать, что сознание вторично по генезису и своей значимости и полагать, что сознательные феномены являются подчинёнными бессознательным процессам, их порождением и следствием, привело в итоге к тому, что на проблемы сознания в психоанализе стали обращать всё меньше внимания и постепенно оттеснили их на второй план. Приведённое описание отдельных характеристик сознательных психических процессов позволяет тем не менее сделать очень важное предположение о том, что именно в психоанализе впервые обозначилась тенденция подразумевать под «сознанием» процесс преобразования нейрофизиологических комплексов или процессов в словесно-логические структуры, то есть в собственно мысли, мысленные представления и явления сознания. Отдельно рассмотрения заслуживает вопрос о взаимоотношениях бессознательного, сознания, с одной стороны, и Я или Эго, с другой. Это связано с тем очевидным фактом, что осознаёт или не осознаёт нечто не какой-то безличный механизм или некий психологический процесс, а это делает сам индивид или то, что он считает, называет своим Я. Точно также бессознательным является не тот или иной оторванный от личности динамический процесс, отчего-то, например, в силу вытеснения не представленный в сознании, а нечто более сложное, свойственное сущности, внутренней природе самого человека, о чём он сам пока что может не знать или только догадываться. Но для этого ему необходимо отказаться от механистического представления собственной личности как некоей искусственной и произвольно созданной конструкции, образованной из гипотетических инстинктов, психических образов, воспоминаний, квантов инстинктной энергии, их катектического прикрепления к образам, защит и т.п, которые сами по себе обозначают лишь некие составные части целостной психологической структуры. Ему следует также задаться вопросом о том что же их объединяет некую систему, что оживляет последнюю, превращает её в то, что называется душой разумного человека. Или, напротив, разрушает. Что же? Или может быть кто?. Это проблема примерно той же степени сложности, как и происхождение живого существа из неорганической материи. Следует напомнить, что в английском языке, в отличие от немецкого и русского, термины Я и Эго обозначают несколько разные вещи: Я – это местоимение первого лица, единственного числа, оно служит обозначением субъекта переживания «самости», того, как индивид осознаёт себя субъективно. В свою очередь термин Эго обозначает, скорее, объект исследования, некую структуру личности. По словам З.Фрейда (1923), Эго – «это та часть Ид, которая видоизменилась под непосредственным влиянием внешнего мира...Эго представляет то, что может быть названо умом и здравым смыслом, в противоположность Ид, содержащим страсти...В своём отношении к Ид Эго напоминает всадника, который должен держать в узде превосходящую его по силе коня, с той лишь разницей, что всадник пытается это делать своими собственными силами, тогда как Эго пользуется заимствованными». Для аналитиков, не принимающих идею недифференцированного Ид, из которого совершенно непонятным, если не противоестественным путём развивается столь сложная структура, как Эго, последнее представляется: а) той частью личности, которая узнаётся как опыт быть собой, которую индивид может назвать словом Я; б) той частью личности, которая имеет отношение к объектам и/или образуется путём интроекции объектов или; в) всей психикой, изначально представленной единым динамичным Эго. Эго функционирует, в основном, посредством сознания. Та часть Эго, в которой развиваются самонаблюдение, самокритика и другие виды рефлексивной деятельности, получила название Супер-Эго. Его образуют родительские интроекты и личный жизненный опыт, то есть собственно бессознательное и опыт сознательной жизни, но эта точка зрения оспаривается, особенно в том, что касается родительских интроектов. Когда и каким образом формируется Эго, остаётся предметом ряда гипотез. Согласно одной из них, Эго развивается на основе интроекции родительских фигур или других объектов (например, материнской груди). Эта гипотеза отвергается, однако, на том основании, что в период формирования Эго ребёнок будто бы не способен к интернализации, он, напротив, в этом возрасте наделяет внешние объекты своими свойствами. Некоторые авторы считают, что Эго, как целостная структура, функционирует изначально, то есть с первых 1-2 лет после рождения, если не ранее. Что касается отношений, существующих между Эго и сознанием, то в психоанализе чаще принимается гипотеза, в соответствии с которой Эго обладает способностью вытеснять из сознания и/или не допускать в сознание непримлемые импульсы Ид либо направлять их по путям сублимации. Кроме того, Эго обладает способностью использовать энергию бессознательного, но само оно не может оказывать сколько-нибудь существенного влияния на первичные процессы. 2. Нейрофизиологическая теория рассматривает бессознательное в качестве психоили нейропсихологических процессов, которые одновременно с их протеканием могут быть представлены и в виде субъективных феноменов сознания, но последнее вовсе не обязательно – упомянутые процессы первичны, самодостаточны, они возникают и протекают независимо от сознания (теории И.П.Павлова, В.М.Бехтерева, Э.Л.Торндайка, Д.Б. Уотсона, концепции необихевиоризма). Тем самым теория допускает, что, что наряду с нервными процессами, существуют некие параллельные им образы, мысли и побуждения, которые не обладают, однако, какой-либо самостоятельной силой влияния на нервные процессы и поэтому совершенно не нуждаются в том, чтобы их зачем-то надо бы изучать. Метафизический бихевиоризм вообще считает психические явлениям мифическими представлениями. Психические процессы, согласно даже не столь радикальной позиции, как последняя, это приблизительно то же, что тень человека, а не он сам, а психология – это наука о фантомах, поскольку нельзя исследовать того, что не существует. Э.Л.Росси, разделяя, наряду с эриксонианским, и психофизиологический подход, считает, например, что изучение систем зависимого от состояния научения (памяти) и поведения даёт ключ к пониманию не только бессознательного, но и причинности: «То, что выучено и запомнено, зависит от психофизиологического состояния индивидуума во время приобретения данного конкретного опыта». Регулирование поведения человека и его мозговой активности связано, по Э.Р.Росси, с лимбико-ретикулярной формацией. Эти регуляторные процессы и представляют подлинную сущность бессознательного. Автор, как видно, о психике, сознании не упоминает вообще, как бы не замечая того, что его собственный текст определённо связан с активностью не одного только лимбико-ретикулярного комплекса. В такого рода теориях есть некоторые существенные неясности, их невозможно скрыть и нельзя о них умолчать, так как они касаются: а) утверждения о том, что психологические явления, феномены сознания всё же существуют, но зачем и каким образом они функционируют, неизвестно, если принять, что природа ничего не создаёт без того, чтобы это было необходимо; б) механизмов осознанного, то есть целенаправленного поиска информации, представленной психологическими явлениями, в частности произвольными воспоминаниями; в самом деле, если акты сознания лишены действенности, то остаётся совершенно неясным, каким же образом осуществляется этот поиск, то есть целенаправленное и практически мгновенное извлечение представления прежнего опыта; в) механизмов, благодаря которым физиологические акты протекают отнюдь не по законам рефлекторной деятельности и научения, как должно бы быть согласно теории бихевиоризма, а по совершенно иным законам, благодаря действию которых человеку представляются не ассоциации, а значения и смыслы, и при этом всё это сам, одним лёгким усилием своей воли; г) роли Я индивида в динамике сознательных и бессознательных процессов; едва ли кто ныне станет утверждать, что эта динамика целиком определяется одним только мозгом, протекающими в нём нейрофизологическими процессами. Ни по одному из указанных пунктов физиологическая теория не даёт определённого ответа. Термины «сознание», «психика», «бессознательное» и т.п. превращаются в ней фактически в фикцию, поскольку различие между нейрофизиологическими и психологическими процессами не то что стирается, от последних предпочитают просто отмахнуться, избавиться вообще как от досадной и назойливой помехи, которая только препятствует серьёзному исследователю объективно изучать реакции организма и заниматься математическими расчётами непонятно чего. 3. Сознание и бессознательное с позиций психопатологии К.Ясперс представляет следующим образом. Перед тем автор указывает, что термин «сознание» имеет троякое значение. «Во-первых, он подразумевает осознание (интериоризацию) собственных переживаний – в противоположность потере сознания и всему тому, что пребывает за пределами сознания. Во-вторых, он подразумевает осознание объекта, знание о чём-то предметном и внешнем – в противоположность неосознанным субъективным переживаниям, в рамках которых «Я» и «объект» пребывают во всё ещё не дифференцированном состоянии. В третьих, он подразумевает самоосознание, осознание личностью собственного «Я» в противоположность бессознательному, в рамках которого субъект и объект переживаются как отдельные сущности, но личность не осознаёт различия между ними сколько-нибудь отчётливо». Без сознания, указывает К.Ясперс, «психическая субстанция не может проявить себя. Где нет сознания в указанном смысле, там нет и психической субстанции». «Мы должны различать события, продолжает автор, в действительности пережитые личностью, но оставшиеся незамеченными, и события, происходившие за пределами сознания и, значит, не пережитые....Перед психологией и психопатологией стоит важная задача: высветить оставшиеся незамеченными события психической жизни и тем самым сделать их доступными сознанию (или, что то же самое, познанию). Стремление к истине и саморазвитию предполагает озарение бессознательных глубин личности; именно таков один их магистральных путей психотерапии». Многообразие значений, приписываемых термину «бессознательное», автор разъясняет так. А) Бессознательное мыслится как производное от сознания. Как таковое, оно может быть идентифицировано с: 1) автоматическим поведением (то есть деятельностью, которая некогда осознавалась, а теперь осуществляется автоматически и, значит, неосознанно; речь идёт о ходьбе, письме, езде на велосипеде и т.п.); 2) забытым опытом, всё ещё не утратившем своей действенности (имеются в виду так называемые комплексы, остаточные аффекты, обусловленные прежни м опытом; 3) воспоминаниями, готовыми «всплыть на поверхность» памяти. Б) Бессознательное мыслится в соотношении с недостатком внимания. С этой точки зрения оно есть то, что: 1) будучи пережито в действительности, проходит незамеченным; 2) хотя и выявляется, но не преднамеренно; 3) ускользает из памяти, то есть будучи некогда содержанием сознания, впоследствии забывается...; 4) никогда не было объективизировано и, таким образом, не может быть сформулировано в словесной форме. В) Бессознательное мыслится как сила, как первоисточник, то есть как: 1) творческое, жизненное начало; 2) убежище, защита, первопричина и конечная цель. Иначе говоря, всё существенное...приходит к нам из бессознательного, и любое осуществление оказывается бессознательным, в которое мы в конце концов и возвращаемся. Г) Бессознательное мыслится как «бытие» как истинный, глубинный смысл бытия, то есть как психическая реальность...Психическую реальность разные исследователи понимали очень по-разному: как спонтанную игру фундаментальных элементов (Гербарт), проявляющуюся в формах сознательной психической жизни; как ряд постепенно уходящих вглубь слоёв бессознательного (Конштамм, Фрейд); как личное бессознательное, накапливающееся в течение всей жизни индивида; как коллективное бессознательное (Юнг) – субстрат универсального опыта человечества..Во всех перечисленных случаях бессознательное понимается как «самодовлеющая сущность», как «бытие для себя», как действительность, которой мы обязаны своим существованием. Заметим, что К. Ясперс термин «сознание» склонен отождествлять с термином «знание», то есть представлением некоей информации в символической форме. Кроме того, он, вступая в противоречие с самим собою, считает возможным рассматривать бессознательное как производное от сознания, то есть как результат сознательной деятельности индивида. Важно, наконец, и то, что психические процессы, по мнению К.Ясперса, могут осуществляться и вне сферы сознания, то есть того, что он называет произвольным вниманием индивида. Тем не менее динамику сознательных и бессознательных процессов и К.Ясперс рассматривает как происходящую фактически без участия личности самого индивида, то есть Я человека рассматривается скорее механистически, как некий посторонний и пассивный созерцатель внутренней динамики, нежели активный и важнейший её участник. 4. Сознание и бессознательное, с позиции теории В.П. Симонова о творческой деятельности. Характеризуя психическую регуляцию творческой деятельности, К.С. Станиславский (Сергеев К.С., 1863-1938) выдвинул в своё время гипотезу о сверхсознании как высшей концентрации духовных сил личности при порождении продуктов творчества. В.П. Симонов, представляяя сверхсознание в качестве механизма творческой интуиции, посредством которой происходит рекомбинация прежних впечатлений и благодаря которой создаются новые психологические структуры, предложил близкий «сверхсознанию» термин надсознательное. В теории В.П.Симонова основополагающим является тезис о том, что регуляция творческой, созидательной деятельности осуществляется посредством активности некоей высшей неосознаваемой инстанции личности (не в плане топографии, как в метапсихологии З.Фрейда, а в функциональном смысле). В то же время само сознание, по В.П.Симонову, обеспечивает лишь рутинные функции, так как оно использует память, репродуцирует прежний опыт и само по себе не способно создавать ничего нового (от формулирования сущности сознания В.П.Симонов уклоняется, как и многие другие авторы). Тем самым В.П.Симонов разграничивает две формы бессознательного: собственно бессознательное, детерминированное прошлым подсознание, и надсознание, то есть бессознательное, мотивированное будущим, устремлённое в будущее, направленное на создание того, чего ранее не было ни в личном, ни в коллективном опыте. Надсознательное, таким образом, детерминировано потребным будущим, а сам творческий процесс, независимо от того, научное это творчество или формирование личности человека, происходит в ходе взаимодействия индивида с обществом, с миром культурных ценностей и отражает тенденции развития объективной действительности. Упомянутые положения дают возможность совершенно иначе взглянуть на проблему бессознательного, а именно с позиций, которые определяются фактом высшей, творческой активности человека. Творчеством (креативностью – creativity) называют «деятельность, результатом которой является создание новых материальных и духовных ценностей» (Психология, 1990) или способность приходить к новым, при этом обоснованным решениям проблемы, способность создавать вещи, отмеченные воображением (Райкрофт, 1995). Представления творчества как «невротического мечтания» или «репарации деструктивных фантазий» депрессивной и шизоидной личности, которые ранее предлагал психоанализ, ныне рассматриваются как неприемлемые. Творчество, в указанном В.П.Симоновым понимании, есть более широкое понятие, нежели профессиональная деятельность учёного, художника или инженера, которые придумывают или строят нечто никому неизвестное и не существующее в природе. В индивидуальном плане процесс творчества представляет в сущности вся жизнь любого нормального индивида, поскольку он постоянно преодолевает множество проблем, даже если его открытия и принимаемые им решения не имеют всеобщего значения. Фактически всю свою активную свою жизнь каждый человек занят построением картины мира и самосозиданием, начиная с первого дня от рождения и до последнего вздоха, когда он сталкивается с необходимостью решить для себя может быть самую трудную задачу проблему личной смерти. Некоторые, более одарённые или очень упорные люди привносят в общую картину мира значительные изменения, открытия, но в целом каждый нормальный индивид с начала своей жизни и до её завершения является творцом, это вопрос степени, а не сущности человека. Одним из наиболее ярких примеров творчества является, согласно описаниям некоторых психолингвистов, овладение детьми речью (теория порождающей грамматики Н.Хомского, предполагающая существование врождённых механизмов овладения речью). Г.Крейг подчёркивает даже, что овладение языком, более чем что-либо другое, характеризует безграничные человеческие возможности. Между тем дети овладевают речью к 3-4 годам почти на уровне многих взрослых людей, и, помимо того, без особых или, по крайней мере, видимых усилий. При этом они они научаются не только говорить, но и многому другому. И это при том, что до 12-15 часов в сутки они проводят во сне, какое-то время тратят на иные занятия, но, что также немаловажно, им никто не преподаёт язык по какой-то неведомой сверхудачной методике, не учит правилам грамматики. Между тем встречаются случаи, когда дети, как бы в посрамление среднестатистических норм, начинают понимать речь и разговаривать уже в младенческом возрасте, например, к году произносят слова и отдельные фразы или даже узнают буквы алфавита, а иные из них к 3-4 годам свободно читают, причём некоторые из них научаются этому самостоятельно. М.Кричли (1974) приводит наблюдение, в котором мальчик в 4 месяца начал произносить отдельные слова, в 6 месяцев сказал первую фразу, в 12 месяцев самостоятельно прочитал букварь, в 8 лет написал первыю свою симфонию, а в 14 лет с блеском закончил университет. Дети, эти, по словам Ж.Пиаже, «маленькие учёные» решают сложнейшую проблему овладения языком и речью в фантастически короткие сроки и делают это едва ли не самостоятельно, окружающие в лучшем случае им в этом только помогают. Упорные попытки научить шимпанзе понимать человеческую речь и пользоваться ею ни к чему, как известно, не привели. Младенцы, очевидно, обладают достаточно развитым для овладения речью головным мозгом, в строении которого, по К.Юнгу, эти способности и зафиксированы, словно на жёстком диске компьютера. Более того, дети, и в этом состоит их принципиальное отличие от высших обезьян, изначально ведут себя как автономные и целостные человеческие существа, как уже сложившиеся сущности человеческой личности, они действуют до известной степени целенаправленно и мотивированно, как если бы они имели настоятельную потребность изучать язык, испытывать стремление к его овладению и обнаруживают отчётливое понимание того, что им это необходимо для общения с другими людьми и понимания в окружающем их мире. Похоже на то, что сознание формируется в действительности очень рано, поэтапно и, повидимому, одновременно с тем, что считается бессознательным. Из сказанного следует, что, скорее всего, уже в раннем детстве существует прообраз того, что развиваясь, превращается у взрослых в Эго или собственное, сознательное Я человека. Между тем одновременно с овладением речью дети научаются формировать привязанности, интересы, модели отношений с родителями, осваивают достаточно сложные сенсомоторные и умственные навыки, в возрасте около года, как предполагают, они осознают свою половую идентичность и т. д.), но самое выдающееся их достижение состоит всё же в том, что они, по мере овладения языком, самостоятельно и столь же стремительными темпами создают и своё сознание, так как едва ли не по всеощему признанию, оно неразрывно связано с речью. Очевидно, что одного только овладения языком для этого было бы недостаточно. Вероятно, дети с самого рождения располагают и неким прототипом сознания, как бы доречевым сознанием (по аналогии с «доречевым мышлением»), поскольку уже в первые недели жизни они воспринимают предметы во всей их целостности, а не отдельные и разрозненные ощущения, очень рано (в 1,5-2 года и ранее) они делаются «вредными», то есть обнаруживают свою автономию, выделяют себя из окружающей среды, узнают своё изображение в зеркале и на фотографии, начинают пользоваться личными местоимениями и др.). Дети, повидимому, с самого начала воспринимают ощущения, эмоции и проявления психической активности как свои собственные, принадлежащие их личности. Эта ранняя форма сознания не оставляет следов в символической памяти, она отмечена инфантильной амнезией (точнее было бы сказать эксплицитной амнезией, так как в имплицитной памяти прочно сохраняются ранние навыки, впечатления, отношения, моели поведения и др.) и именно она рассматривается позднее у взрослого человека как некое бессознательное. Детский опыт, что в общем виде считается доказанным, регулярно воспроизводится в моделях поведения взрослых людей, он вообще оказывает колоссальное влияние на психическое функционирование на протяжении всей последующей жизни индивида. Это подтверждает справедливость общего тезиса, согласно которому всякое развитие суть постепенная (поэтапная) дифференциация некоей общей структуры. Сложные структуры не создаются путём сложения или случайных комбинации простейших элементов, прообраз либо некая программа создания таких структур или существуют изначально, и тогда возможно развитие, либо их нет, и об их развитии не может быть и речи. Доречевое сознание (более адекватным был бы, вероятно, термин предсознание) и речь лежат в основе формирования собственно сознания, представляющего впечатления не в чувственной, а в словесно-логической форме, то есть в системе значений и смыслов. Поэтому даже ощущения человека, и ощущения животного – это совершенно разные вещи. В частности, боль у животного и боль у человека – далеко не одно и то же. В первом случае это феномен предсознания, во втором – сознания. Надсознательное В.П.Симонова – это в сущности и есть та врождённая, возникшая в ходе смены множества поколений человека способность к развитию, созиданию, к преодолению тенденции к энтропии, хаосу, оно и есть тот потенциал творчества как в обычном его понимании, так и в плане самосозидания личности, формирования психики, сознания, то, без чего невозможны ни социализация, ни тем более духовный прогресс личности. Это может означать, вероятно, что и само Я индивида является порождением высшего бессознательного («коллективного бессознательного», по К.Юнгу). Вместе с тем Я обладает и значительной степенью самостоятельности, поскольку оно само до известной степени способно влиять на развитие и функционирование надсознания. Так, созданный сознательными усилиями или усвоенный новый метод решения проблемы в последующем реализуется автоматически, посредством структур надсознания. Иными словами, человек, в отличие от животного, обладает способностью к самопрограммированию. Кроме того, сознание обладает автономией и относительно бессознательного, так как действует не только в интересах организма и для удовлетворения вегетативных потребностей (на это расходуется сравнительно малая часть психической энергии), оно способно подниматься над ними и даже может ими жертвовать ради достижения других, собственно человеческих целей. Дискуссия о том, что важнее: сознание и бессознательное, теряет при таком подходе всякий смысл, это то же самое, что давний и бесплодный спор схоластов о яйце и курице. Если бессознательное на 90% определяет динамику внутренней жизни и поведение индивида, то, в свою очередь, 90% содержания бессознательного создано сознательными усилиями самого индивида (косвенно на это указывает, возможно, сравнение числа и массы корковых нейронов высших обезьян и человека). Столь же бессмысленным является противопоставление сознания и бессознательного, как это делается в классическом психоанализе, а также, повидимому, по инерции. Здесь стоит заметить, что даже высшие ценности человеческого существования и просоциальные побуждения реализуются посредством бессознательного и пока мало что известно о том, когда и каким образом они формируются. Из сказанного как бы сам собою вытекает вывод о том, что Я индивида не нуждается в каком-то специальном механизме рефлексии, в органе восприятия собственных психических феноменов, в некоем экране или в зеркале, на которых они отражаются; нет необходимости прибегать и к помощи лампы Аладдина, посредством которой некое внутреннее таинственное существо освещает глубины своего бессознательного и пристально туда всматривается, а какое-то другое, столь же мифическое существо как бы со стороны за всем этим ещё и наблюдает – это не более чем антропоморфные фикции, в которых внутренний мир демонизируется, населяется некими самостоятельными сущностями, своего рода духами. Само Я и является той структурой, с которой связана рефлексия, так как оно с самого начала своего существования обладает способностью разграничивать впечатления, исходящие как от как него самого, так и относящиеся к внешнему миру, то есть оно изначально обеспечено основой того, что называют самоосознаванием и внешним, предметным сознанием. Иного не дано, такая способность не может появиться как бог из машины, она изначально, генетически заложена в программе организации Я. Иначе говоря, самосознание и сознание внешнего мира – это не полярные сущности, а разные стороны единого Я индивида. В самом деле, у человека имеется только один мозг и всего одна психофизиологическая структура, в которой одна половина представляет его самого, а другая – внешний мир. Точнее, обе эти половины суть две стороны в сущности одного и того же психологического явления, и между ними нет какой-то непроходимой границы. Из этого следует, что Я индивида имеет две ипостаси или идентичности. Одна из них состоит из представлений внешних объектов, многие из которых индивид ощущает, впрочем, принадлежащими ему, считает их как бы продолжением самого себя аллопсихическое Я. В данном измерении индивид и себя воспринимает как некий объект (говорит, например, что это «у него» есть тело, мысли, желания или чувства). Вторая сторона Я – это то, как индивид воспринимает сам себя непосредственно, изнутри. Именно в этом измерении он ощущает свою «самость», осознаёт себя субъектом и о себе говорит уже совершенно иначе (например, это «я думаю... я чувствую... я хочу или действую») – соматои аутопсихическое Я. Другими словами, у человека существует не одна, а две системы идентичности, одна для восприятия себя изнутри, с субъективных позиций, другая – для самовосприятия глазами других людей, с объективных позиций. Обе эти системы идентичности в норме субъективно обычно не различаются, у здорового в психическом отношении они сливаются в одно целое или различия между которыми ему кажутся несущественными. В болезни же обе эти идентичности нередко разделяются так, что между ними пролегает непроходимая граница. Например, пациент с синдромом Кандинского-Клерамбо чувствует, что вместо одного Я у него появилось два совершенно разных, антагонистических Я, при этом одно из них он часто отождествляет с другим, посторонним человеком. О том же свидетельствуют явления амбивалентности в сфере эмоций, воли и мышления, феномен двойного потока процессов мышления, клиническая структура ониризма, когда пациент одновременно ощущает себя существующим в двух совершенно разных ситуациях (в реальности и в мнимой реальности) и, вероятно, в какой-то степени феномен множественной личности, при котором появляются альтернативные личности или личности, располагающиеся в континууме от «личности-хозяина», представляющего актуальное Я пациента, до его антипода, носителе диаметрально противоположных качеств во всём, что свойственно самому «хозяину». Надсознание, таким образом, можно сравнить с врождённой программой индивидуального развития человека, которая с накоплением личного опыта индивида совершенствуется, усложняется, и, повторимся, с самого начала это происходит исключительно благодаря собственной активности человека. Человеческое существо, однако, не компьютер. Чего-либо подобного специалисты по програмному обеспечению компьютеров не знают, так как функции Я в системе «человек-компьютер» всё ещё выполняют они сами и приписывают счётной машине свои собственные качества. Во всяком случае, в настоящее время нет таких компьютеров, которые были бы способны не только механически производить счётные операции, создавать словесные копии на дисплее, а самостоятельно продуцировать мысленные аналоги самых разных логических операций, сами же управлять последними посредством собственных умственных образов, создавать только свойственные человеку продукты творческой активности. Совершенно ясно, что без существования упомянутой программы вообще невозможно представить какую-либо иную возможность формирования человеческой личности. В самом деле, мозг младенца получает от рецепторов органов чувств лишь нервные импульсы о видимости вещей, никаких иных сведений о действительности он более не имеет. Но именно из этой бессистемной, поверхностной и случайной сенсорной информации и только благодаря особым программам переработки информации и активности Я человека (альтернативы здесь не существует, если не впадать в миистику) мозг создаёт и личность индивида, его психику, сознание, и формирует сложнейшую картину внешнего мира. Из сказанного о сознании можно извлечь некоторые предварительные, разумеется, выводы. Сознание, во-первых, суть управляемый индивидом процесс превращения информации нервных процессов в психологические явления, на что указывает, в частности, З.Фрейд. В этом смысле, по К.Ясперсу, оно, сознание, и есть в сущности сама психика, которая изначально организована посредством программ надсознания в структуры целостного Я. Во-вторых, сознание есть инструмент, с помощью которого Я индивида получает доступ к контролю нервных процессов. Другими словами, психологические процессы не следуют за нервными, не являются их бесплотной и бесполезной тенью, напротив, именно первые подчиняют себе последние, организуют их определённым образом, иначе они распались бы рефлекторные структуры. Во всяком случае такой контроль свойственен нормальной психике. В третьих, сознание создаётся на базе врождённой информационной программы (надсознания), с одной стороны, и посредством усилий и опыта Я индивида. Если это действительно так, то логично предположить, что сам процесс осознавания в значительной степени контролируется актуальным в данный момент Я индивида (таких Я, заметим, у индивида может быть несколько, о чём свидетельствует упомянутый феномен множественной идентичности – убедительная иллюстрация того, что человек – это не то, что он есть, а то, кем он осознаёт себя сам). Относительно бессознательного также можно сделать определённые гипотетические выводы: 1. бессознательное образуют информационные программы, которые обеспечивают а) потребности организма и различные навыки (подсознание) и б) развитие личности (надсознание); 2. бессознательное не есть уже готовые мысли, эмоции и побуждения, которые только и ждут того момента, когда их озарит свет сознания. Оно суть нейрофизиологические процессы, которые только посредством сознания преобразуются в психологические явления; 3. бессознательное образуют 3 основных компонента: а) детский опыт; б) автоматизмы, навыки и знание, то есть впечатления, ранее структурированные посредством сознания и находящиеся далее под его контролем и в) психологические явления, в силу определённых причин остающиеся для актуального Я индивида незамеченными, прочно забытыми или являющиеся для него неприемлемыми, если они формируются изменённой и неосознаваемой идентичностью, но которые при определённых обстоятельствах могут вновь оказаться в области ясного сознания (например, при психическом расстройстве, в состоянии изменённого сознания). С позиции теории В.П.Симонова вполне допустимым является предположение о том, что появление некоторых, в особенности продуктивных психических расстройств, связано, в основном, с дезорганизацией активности надсознания как высшей, наиболее сложной ступени в иерархии личности, интегрирующей разные стороны внутренней жизни, и потому самой уязвимой психологической системы (на это же, в сущности, указывает и теория диссолюции Джекесона). Во-первых, потому, что надсознание, в указанном его представлении, контролирует уровень активности сознания. Так, в коме, во время обморока, глубокого сна работа сознания полностью прекращается. Во-вторых, активность сознания может быть ослаблена или усилена. Этому соответствуют такие клинические феномены, как дереализация, психическая анестезия, гипестезия, гиперестезия. В-третьих, надсознание определённо влияет на структуру Я индивида, так как именно оно (и ничто иное, кроме него; во всяком случае, на этот счёт не существует никаких других гипотез) способно ассимилировать, включать в эту структуру какие-то впечатления и влияния или, напротив, устранять из этой структуры утратившие значение элементы, то есть формировать тем самым потребности, интересы, привычки, убеждения, влечения, консолидировать личность человека в целом. В болезни всем этим совершенно нормальным и необходимым процессам соответствуют определённые нарушения, такие, как как деперсонализация, апперсонализация, повышенная внушаемость и самовнушаемость, аутизм и мн.др. В четвёртых, устранение интегрирующей роли надсознания может повлечь развитие таких клинических феноменов, как диссоциация личности, её раздвоение, удвоение, психическое расщепление, амбивалентность и пр. Наконец, в пятых, надсознание, поскольку оно суть автоматически работающая и саморазвивающаяся программа переработки информации, само обладает определённой автономией и оказывается способным превращать нейрофизиологические процессы в психологические феномены, причём иногда помимо усилий или даже без ведома или вопреки воле индивида, его сознательного Я. Любой индивид легко может убедиться в существовании определённой автономии надсознания: например, вспомнить, как в его сознании неожиданно появляются мысли, идеи или желания, о существовании которых минуту назад он и не подозревал. В болезни, при дисфункции структур надсознания эта автономия постоянно даёт о себе знать продуцированием разнообразных психопатологических феноменов, таких, к примеру, как ментизм, навязчивости, психические автоматизмы и т.п. Автономия надсознания, однако, не являются абсолютной, в норме она, как упоминалось, определённым образом интегрирована с произвольной активностью Я человека. С влиянием Я на надсознание, в свою очередь, также могут быть связаны некоторые нарушения, в первую очередь личностные и поведенческие. Так, если индивид изначально растёт и развивается в анормальных социальных условиях, принимает их как естественные и совершенно нормальные, то и самопрограммирующее воздействие его Я на структуры надсознания окажется столь же деструктивным. Формирующиеся при этом программы восприятия, интерпретации, поведения окажутся неадекватными с позиции здоровых социальных ценностей. Об этом неоднократно писали отечественные психиатры, в частности О.В.Кербиков, указывая на возможность формирования нажитой психопатии. В антисоциальной среде, например, индивид столь прочно усваивает образцы агрессивного и криминального поведения, что от них он едва ли сможет когда-нибудь избавиться, скорее всего, он даже не будет пытаться это сделать, сколько ни старались бы ему в этом помочь окружающие. Ещё более отчётливо негативное самопрограммирование наблюдается при расстройствах личности у пациентов с болезнями зависимости (азартные игры, игровая зависимость, наркомания и др.): исходным моментом в развитии патологических потребности всегда являются сознательные побуждения. Со временем такие побуждения, укореняясь в личности, реализуются автоматически даже вопреки желанию пациентов. Приведённая интерпретация гипотезы В.П. Симонова во многих важных чертах сходна с вышеупомянутыми представлениями о бессознательном и сознании, в особенности с психоаналитической концепцией К.Г.Юнга. Очевидно, однако, всем существующим представлениям бессознательного недостаёт чего-то более конкретного и осязаемого, они все остаются слишком умозрительными и, это естественно, пока что имеют сугубо предварительный характер. Но на стороне последней гипотезы, помимо логических, есть и другие преимущества, а именно возможность объяснять не только факты психологии, но и клинические феномены и, может быть, даже предсказывать существование некоторых из них. Психопатология, в свою очередь, именно этой гипотезе и с наибольшей охотой предоставляет целый ряд подтверждений её дееспособности.
  найдено в  "Философской Энциклопедии"
термин, получивший широкое распространение в философии, психологии, психопатологии, психиатрии, а также в юридич., искусствоведч. и историч. науках. Понятие "Б." не имеет однозначного смысла. Одни придерживаются чисто негативной трактовки этого понятия, разумея под Б. особую сферу психич. деятельности, характеризующуюся отсутствием сознат. регулирования и контроля, непроизвольностью возникновения и течения психич. процессов, безотчетностью и полным исчезновением из памяти (Лейбниц, Бенеке, Лотце, Фехнер, Геффдинг и др.). Другие видят в Б. основной и первичный регулятор поступков человека, возводят Б. в ранг некоей метафизич. сущности, приписывая ему роль первопричины всего (учение об откровении, напр., Фомы Аквинского), что совершается не только в природе, но и в социальной жизни (Шеллинг, Фихте, Шопенгауэр, Фортлаге, Э. Гартман и др.). Почти все ученые связывают с областью Б. особые состояния, граничащие с патологией или носящие явно патологич. характер (гипнотич. состояние, состояние аффекта, невменяемости и т.д.). К категории бессознат. проявлений относят также привычные и заученные действия, совершающиеся как бы автоматически. Влиянием бессознат. психики объясняют сновидения, интуитивное познание, творч. вдохновение, сопровождающееся якобы "наитием", внезапное "озарение" новой идеей, рождающейся как бы от какого-то толчка изнутри, случаи мгновенного решения задач, долго не поддававшихся сознат. усилиям, непроизвольные воспоминания о том, что казалось как бы прочно забытым, и т.д. Широко пользуется понятием Б. совр. т.н. социальная психология, особенно то ее направление, к-рое прямо или косвенно подчиняется влиянию учения Фрейда. Представители этого крайне реакц. направления (Ранке, Троттер и др.) видят в человеч. массе одни только проявления стадного инстинкта, бессознат. темных влечений и т.п. (В. Троттер, Инстинкты толпы во время мира и войны – W. Trotter, Instincts of the herd in peace and war, 1916). Круг явлений, охватываемых понятием Б., чрезвычайно широк и многообразен как по происхождению, так и по содержанию. Именно это обстоятельство и послужило причиной того, что проблема Б. издавна привлекала внимание представителей самых различных областей знания, а в идеалистич. философии служила отправным пунктом для построения различных теорий Б. Лишь незначит. часть философов и психологов-идеалистов отказывалась признать существование бессознат. психики, исходя из того, что психическое может быть только сознательным. Наиболее полную аргументацию в защиту этой точки зрения развил Декарт, а из психологов 19 в. – Брентано и Вундт, утверждавшие вслед за Декартом тождество психического и сознательного. Большая же часть философов и психологов идеалистич. направления (Кант, Гербарт, Джемс, Липпс и др.) не только признавала существование бессознат. явлений, но и создавала более или менее цельные концепции Б. В этих концепциях отчетливо наметились две тенденции. Корни одной лежат в монадологии Лейбница, строившего учение о Б. на основе принципа непрерывности психич. жизни и на признании существования различных степеней интенсивности сознания. Лейбниц считал, что все явления сознания возникают из бессознат. жизни и что в бодрствующем состоянии наряду с наиболее ярко выступающими сознат. представлениями существуют как бы спящие или угасшие представления – "petite perception". "В нашем уме нет ничего, что уже не дремало бы в виде представления в темной душе", – писал Лейбниц ("Новые опыты о человеческом разуме" – "Nouveaux essais sur l´entendement humain", 1765). Если бы сознат. представлениям не предшествовали бессознательные, то пришлось бы признать, что они возникают из ничего; между тем психич. пустота так же невозможна, как невозможна пустота физическая в мире материальном. В соответствии с др. тенденцией Б. рассматривается как самостоят. источник психич. деятельности, как явление, качественно отличное от сознания. Наиболее полно эта точка зрения представлена в соч. Э. Гартмана, содержащих также обзор и критику всех господствовавших в 19 веке теорий Б. В трактате "Philosophie des Unbewu?ten" (1869, рус. пер. – Сущность мирового процесса, или философия бессознательного, 1875) Гартман считал, что Б. – не отрицат. понятие, противоположное понятию "сознательное", а сверхчувств. духовный деятель, основа бытия и причина мирового процесса. По Гартману, в Б. находят примирение противоположности материи и духа, идеального и реального, субъекта и объекта. Противопоставляя свою метафизику Б. как спиритуализму, так и материализму, Гартман частично ввел в свое учение о Б. воззрения Канта (Б. – это априорный синтез, предшествующий сознат. содержанию опыта), Шеллинга (Б. – вечное стремление души вырваться на волю, к постепенно возрастающему сознанию), Гегеля (Б. – это самодвижение понятия и погружение логич. идеи в "инобытие" природы до возвращения ее к себе самой как сознат. духа) и особенно Шопенгауэра (Б. – это воля в природе, источник жизни, стихийное жизненное начало, к-рому противостоит беспомощное сознание). Всемогущество Б., по Гартману, обнаруживается и в растительной и в животной жизни, оно особенно ярко проявляется в инстинктивных и рефлекторных действиях, в целит. силе природы, в явлениях целесообразности, в строении и формировании отд. органов и организма в целом. В духовной жизни человека яркие примеры Б. можно найти в сфере эмоциональной жизни, в художеств. творчестве, в эстетич. восприятии и т.д. Материалистич. тенденция в трактовке Б. наметилась у Фехнера, выступившего решит. противником широкого толкования Б. и отстаивавшего примат сознательного в психич. жизни, хотя в своих общефилософ. воззрениях он был идеалистом. Фехнер доказывал, что Б. – не что иное, как результат материальных процессов, недостаточных для того, чтобы вызвать реальное ощущение. Фехнер считал, что к сфере Б. относятся процессы, связанные с раздражениями, лежащими ниже определ. порога. Он ввел понятие бессознательных ощущений и выдвинул оправдавшееся в ходе дальнейшего развития экспериментальной психофизиологии положение о том, что суммация бессознат. ощущений приближает их к порогу, за к-рым возникают действит. ощущения. Фехнер материалистически истолковал учение Лейбница о "petite perception". По Фехнеру, прерывность сознания связана с тем, что психич. деятельность в определ. периоды падает ниже порога сознания. Выдающиеся исследования Гельмгольца, посвященные психофизиологии органов чувств, натолкнули его на факты существования таких обобщающих процессов в сфере ощущений и восприятий, к-рые протекают без участия мышления. Для их объяснения Гельмгольц ввел условное понятие "бессознательные умозаключения". Впоследствии благодаря методу условных рефлексов удалось вскрыть физиологич. механизм подобных "умозаключений". В споре о Б. приняли участие видные психологи середины 19 в., в частности Лотце, уделивший этой проблеме спец. главу в "Медицинской психологии" ("Medizinische Psychologie", 1852), в к-рой он противопоставлял понятию Б. понятие творч. самосознания. При всем различии точек зрения на сущность Б. почти все представители эмпирич. психологии все определеннее склонялись к утверждению, что сознание отличается от Б. только интенсивностью, в то время как философы и психологи идеалистич. и метафизич. направления отстаивали взгляд на Б. как на особое качество, связывая Б. с творч. активностью, со стремлениями глубинной души, с волей как первичными и определяющими психич. деятельность факторами. По мере развития экспериментального направления в психологии проблема Б. стала отходить на задний план. Лишь в конце 19 – нач. 20 вв. интерес к этой проблеме вновь возродился, но на этот раз толчком послужили многочисл. исследования, посвященные психопатологич. явлениям, болезненным состояниям нервно-психич. сферы, внушению и гипнозу. Центр. место Б. занимало в учении Фрейда. Следует отличать в этом учении общую глубоко реакц. теорию Б. от специальной, основанной на клинич. наблюдениях. В общей теории Фрейд трактовал Б. как основу жизнедеятельности, решающий регулятор поведения, внутр. пружину всех человеч. действий и "душевную прародину" сознания. В спец. теории речь идет о психологич. механизмах возникновения и развития бессознат. представлений, образующих латентные состояния душевной жизни и вступающих в определ. связи с сознат. душевными процессами (см. Фрейдизм). Возникновение невротич. заболеваний и симптомов Фрейд объяснял борьбой сознательного с Б., играющим роль своеобразного резервуара, хранящего вытесненные запретные представления и влечения, грозящие нарушить психич. равновесие и вызвать аффективный разряд. В противоречии с своей общей теорией Фрейд как врач считал, что при нормальных условиях система "сознательного" господствует над аффективностью и потеря этого господства в условиях конфликта сознательного с Б. приводит к ряду патологич. или препатологич. состояний. Водораздел между материалистич. и идеалистич. пониманием Б. лежит не в признании или отрицании Б., а в его трактовке и в придаваемой ему роли в психич. деятельности. Признание бессознат. психич. деятельности ни в малой степени не противоречит принципам материалистич. науки. Еще Сеченов решительно выступал против отождествления психического и сознательного. "...В прежние времена, – писал он, – "психическим" было только "сознательное", т.е. от цельного натурального процесса отрывалось начало (которое относилось психологами для элементарных психических форм в область физиологии) и конец" (Сеченов И. М., Кому и как разрабатывать психологию?, Избр. произв., т. 1, 1952, с. 208). Сеченову принадлежат важные открытия в области изучения темных или смутных ощущений, либо частью сознаваемых, либо вовсе не сознаваемых. В его работах нашли яркое отражение факты, освещающие физиологич. и психич. состояния, характерные для разных ступеней бодрствующего сознания. Сеченов предвидел существование предощущений, ставших лишь в наше время доступными для экспериментального обнаружения (сов. физиолог Гершуни и др.). Совр. материалистич. психофизиология, опирающаяся на учение Павлова, не отрицает бессознат. явлений. В прямую связь с проблемой Б. можно поставить исследования павловской школы, посвященные анализу эмоциональных состояний, сопровождающих т.н. внутр. ощущения (работы К. М. Быкова и др. об интерорецепции). Огромная по своему значению глава физиологии о взаимоотношении коры и подкорки, о влиянии подкорковых импульсов и инстинктивных реакций на корковую деятельность вплотную примыкает к проблеме бессознательного. Павлов не раз останавливался в своих соч. на роли Б. Исходя из того, что психич. жизнь складывается из сознательного и Б., Павлов доказывал, что сознание связано с нервной деятельностью определ. участка больших полушарий, обладающего оптимальной возбудимостью по сравнению с остальными отделами мозга, находящимися в состоянии более или менее пониженной возбудимости. "Деятельность этих отделов есть то, что мы субъективно называем бессознательной, автоматической деятельностью" (Павлов И. П., Полное собр. соч., 2 изд., т. 3, кн. 1, 1951, с. 248). Участок с оптимальной деятельностью постоянно перемещается по всему пространству больших полушарий, в связи с чем изменяется и территория с пониженной возбудимостью. Подтверждение правильности этого взгляда на Б. приносят новейшие электрофизиологич. исследования, выясняющие все с большей точностью связь корковых и подкорковых образований, а также роль т.н. ретикулярной формации в возникновении и развитии различных психич. состояний, обладающих то большей, то меньшей близостью к сознат. и бессознат. процессам. Не менее ценный материал для раскрытия психофизиологич. природы Б. дают совр. исследования сна и сноподобных состояний, а также различных фаз гипнотич. состояния, осуществляемые на основе учения Павлова. Совр. психофизиология сталкивается с областью Б. или неосознаваемых процессов при изучении явлений автоматизации в трудовой и спортивной деятельности. Установлено, что на последовательных этапах развития и роста навыков и умений происходят сложные динамич. перемещения различных сторон деятельности из центра сознания на его периферию. Освобождение отдельных компонентов деятельности от сознательных усилий таит в себе источник субъективно облегченного и объективно более производительного труда, но в то же время неосознанность нек-рых внутренних приемов работы нередко становится препятствием на пути дальнейшего роста мастерства. Существуют экспериментальные доказательства возможности использования специальных упражнений для введения в поле ясного сознания скрытых сторон деятельности, казалось бы не поддающихся самоконтролю и долго пребывающих в сфере смутных или вовсе неосознаваемых ощущений. С помощью таких упражнений удается вскрыть и мобилизовать резервные возможности для нового творческого роста профессионального мастерства даже на исходном высоком уровне. В свете подобных фактов становятся теоретически объяснимыми противоречивые тенденции процесса овладения мастерством, находящие свое выражение в скачкообразном характере "кривой упражнения", в возникновении "творческих пауз", ошибочно трактуемых как пределы развития, во внутренней реорганизации деятельности, достигаемой путем сознательной расшифровки неосознаваемых рабочих приемов и сопутствуемых им ощущений. Особенно демонстративна практич. эффективность специальных упражнений подобного типа при обучении т.н. скоростным действиям, предполагающим высоко развитое "чувство времени" и умение регулировать действия в пределах латентного времени двигательной реакции. Условием, благоприятствующим превращению смутно осознаваемых ощущений в ощущения отчетливые, является объективация результатов даже молниеносно протекающих действий. Т.о., материалистич. трактовка Б. находит действенное приложение в педагогич. практике – в широком ее понимании. Лит.: Сеченов И. М., Кому и как разрабатывать психологию?, Избр. произв., т. 1, М., 1952; ?авлов И. П., Объективное изучение высшей нервной деятельности животных, Полн. собр. соч., т. 3, кн. 1, 2 изд., М.–Л., 1951, с. 236–49; Рубинштейн С. Л., Бытие и сознание, М., 1957; Уэлс Г. К., Зигмунд Фрейд и его учение, "Вопр. психологии", 1956, No 6; ?фимов М. Б., Против реакционных домыслов фрейдистов, там же, 1957, No 1; Бассин Ф. В., Фрейдизм в свете современных научных дискуссий, там же, 1958, No 5, 6; Гартманн Э. фон, Современная психология. Критическая история немецкой психологии за вторую половину девятнадцатого века, пер. с нем., М., 1902; Эббинггаус Г., Основы психологии, пер. с нем., СПБ, 1912; Лейбниц Г.-В., Избр. философские соч., пер. [с нем.], М., 1908; Вундт В., Основы физиологической психологии, пер. [с нем.], вып. 1–16, СПБ, [1908–1914]; Циген Т., Физиологическая психология в 15 лекциях, пер. [с нем.], 3 изд., СПБ, 1909; Лосский Н., Основные учения психологии с точки зрения волюнтаризма, 2 изд., СПБ, 1911; Жанэ П., Психический автоматизм. Экспериментальное исследование низших форм психической деятельности человека, пер. с франц., М., 1913; Гефдинг Г., Очерки психологии, основанной на опыте, пер. с нем., 7 изд., М.–П., 1923; [?рейд С.] Freud S., Лекции по введению в психоанализ, пер. [с нем.], 2 изд., М.–П., 1923; Шеллинг Ф. В. И., Система трансцендентального идеализма, пер. [с нем.], Л. – М., 1936; Веneke F. E., Lehrbuch der Psychologie als Naturwissenschaft, 4 Aufl., В., 1877; Саrus C. G., Psyche. Zur Entwickelungsgeschichte der Seele, 2 Aufl., Stuttgart, 1851; Fechner G. T., Elemente der Psychophysik, Bd 1–2, 3 Aufl., Lpz., 1907; Fichte J. H., Psychologie, Tl 1, Lpz., 1864; Brentano F., Psychologie vom empirischen Standpunkt, Bd 1–3, Lpz., 1924–28. С. Геллерштейн. Москва.
  найдено в  "Постмодернизме. Словаре терминов"
Нем. unbewugt, франц. inconscient, англ. unconscious. Многозначный термин, впервые наиболее авторитетно обоснованный 3. Фрейдом и получавший за долгую историю своего существования самые различные, если не просто взаимоисключавшие интерпретации. Даже в рамках психоанализа, весьма подвижных и постоянно меняющих свои очертания, понимание бессознательного неоднозначно: в своей далекой не новой работе 1968 г. английский психоаналитик Ч. Райкрофт (Райкрофт:1995) насчитал по меньшей мере шесть различных психоаналитических школ (классический психоанализ, эго-психология, клейнианский психоанализ, объект-теория, экзистенциальный психоанализ и юнгианский психоанализ). бессознательное - совокупности содержаний, не присутствующих в актуальном поле сознания Для определения этого понятия в самом широком его смысле можно воспользоваться характеристикой известных французских ученых Ж. Лапланша и Ж.-Б. Понталиса: бессознательное - термин «для обозначения совокупности содержаний, не присутствующих в актуальном поле сознания» (Лапланш. Понталис:1996, с. 71). В современной науке можно выделить три наиболее влиятельные концепции бессознательного, существующие как в чистом виде, так и в переходно-смешанных вариантах: 1) бессознательное индивидуальное, т. е. личное бессознательное; 2) коллективное бессознательное; 3) культурное бессознательное. Первое, восходящее к Фрейду, определяет бессознательное как биологически-психическое в своей основе начало, обязанное своим происхождением сексуальному влечению. Именно акцент на сексуальности, столь близкий мироощущению авангардно продвинутой западной интеллигенции, бунтующей против буржуазного духа рациональности - в веберовском ее понимании - и является основополагающим для общей тональности наиболее распространенных интерпретаций бессознательного. У Фрейда понятие бессознательного существенно эволюционировало. Согласно его первой теории психического аппарата (основанной на топографическом делении души на бессознательное, предсознательное и сознание), «бессознательное состоит из содержаний, не допущенных в систему «Предсознание-Сознание» в результате вытеснения» (Лапланш.Понталис:1996, с. 71). В более поздней динамической модели психического аппарата человека (с ее структурными категориями «Оно», «Я», «Сверх-Я») бессознательное в основном совпало с понятием «Оно», и в этом своем понимании было воспринято большинством фрейдистски ориентированных ученых и последовавших за ними литературоведов и культурологов. Разграничение между собственно бессознательным и предсознательным осталось достаточно хрупким и неясным, хотя и было проведено Фрейдом относительно рано - в процессе разработки его метапсихологии, приблизительно в 1895 году; однако точную формулировку мы вряд ли сможем найти и в позднейших работах. Если обратиться к классической работе 1900 года «Толкование сновидений», то там предсознательное помещается Фрейдом между бессознательным и сознанием, от которого оно отделено цен- зурой. Именно она не допускает бессознательные содержания как в предсознание, так и, естественно, в сознание. При этом Фрейд резко разграничивал предсознание и собственно сознание, ставя между ними преграду в виде так называемой «второй цензуры», выполняющей защитные функции по преграждению доступа тревожным мыслям в сферу сознания. Для предсознания во фрейдовском его толковании характерны два признака, впоследствии послужившие причиной дальнейших разногласий между «доктринальным» фрейдизмом и неофрейдизмом. Для Фрейда предсознательные представления как правило носят вербализированный характер, они для него связаны со «словесными представлениями», что сразу ставит его учение в известную оппозицию по отношению к теориям Лакана. Другой характеристикой предсознания является его тесная связь с Я, недаром он называл его «нашим официальным Я». В своей работе «Бессознательное» (1915) ученый назвал предсознательное «осознанным знанием», т. е. фактически отождествил его с теми содержаниями бессознательного, которые легко могут стать доступны осознанию; естественно, так понятое предсознательное не могло охватывать все сферы «подлинного» бессознательного, принципиально оторванного от сознания. В дальнейшем (в так называемой второй топике) Фрейд практически отказался от этого понятия, употребляя его лишь в качестве прилагательного «для обозначения того, что ускользает от актуального сознания, но является бессознательным в узком смысле этого слова» (Лапланш. Понталис:1996, с. 350). Поскольку фрейдизм чаще всего воспринимается широкими кругами гуманитарной интеллигенции вне своей исторической перспективы, то различие между понятиями бессознательного и пред-сознательного часто либо упускается, либо становится предметом далеко идущих спекуляций, сильно отклоняющихся от своего первоисточника. Другие понимания бессознательного связаны с попытками, более или менее последовательными и искренними, его дебиологизации. Непосредственно неосознаваемые элементы душевной жизни человека, как и те биологические процессы функционирования его организма, которые получили название «бессознательного», у большинства теоретиков постструктуралистской ориентации приобретали черты некоего «коллективного бессознательного» - мифической первопричины всех изменений в обществе. При этом стихийность проявлений бессознательного, характеризуемых как «неритмичные пульсации», трансформировались у большинства постмодернистов в не менее мифическую силу - в мистифициро- ванное, фантомное понятие желания, которое действует как стихийный элемент в общем «устройстве» общества. У Делеза и Гваттари бессознательное может выступать в двух ипостасях: параноическом или шизофреническом. В первом случае оно порождает тотальности и «репрезентации», создает видимость жизни; во втором - утверждает фрагментированные, раздробленные множественности - «мегафабрику». При этом постоянно подчеркивается процессуальный характер действия бессознательного, описываемого как шизофрения и понимаемого прежде всего как процесс порождении желания и «желающих машин». Именно шизофрения, утверждают авторы «Анти-Эдипа», и «конституирует» становление реальности. Кроме того, сама шизофрения может принимать двойную форму: либо процесса болезни, когда «чистый поток экзистенции» подвергается воздействию структур, кодов, систем и аксиом, приостанавливающих его свободное излияние, налагающих на него «арест», поскольку все эти структуры представляют собой «репрессивные формации»; либо процесса становления, обозначающего «микропорождение» желания, порождение «парциальных объектов». В соответствии с подобной установкой Делез выделяет два уровня, на которых действует бессознательное и его порождения - «желающие машины» и «машинное производство»: молярный и молекулярный. Минимальные составные единицы бессознательного - то, что Делез называет молекулами цепочек желания, находящихся в постоянном движении, или, как он их иначе называет, «парциальные объекты», - образуют эфемерные отношения, комбинации и связи; при этом, подчеркивает Делез, это не приводит к «тотальности или единству»: «Мы живем в век парциальных объектов, кирпичей, которые были разбиты вдребезги, и их остатков. Мы уже больше не верим в миф о существовании фрагментов, которые, подобно обломкам античных статуй, ждут последнего, кто подвернется, чтобы их заново склеить и воссоздать ту же самую цельность и целостность образа оригинала. Мы больше не верим в первичную целостность или конечную тотальность, ожидающую нас в будущем» (Deleuze, Guattari: 1972. с. 42). Только на этом уровне Делез допускает существование автономных парциальных объектов, минимальных по размеру и похожих на «следы» (любопытное совпадение с теорией «следа» Дерриды) элементов бессознательного, которые он наделяет корпускулярно-волновой природой (по аналогии с современной физиче- ской квантовой теорией света); эта природа якобы и организует неравномерно пульсирующий либидозный поток, порождающий свободную игру частиц, где их множественность и фрагментарность образуют «гетерогенные конъюнкции» и «инклюзивные дизъюнкции». Здесь возможны только «алеаторные», т. е. случайные комбинации и полное отсутствие всякой стабильности. В том же случае, считает Делез, когда бессознательное пронизывает, или, по его терминологии, «инвестирует» «социальное поле», оно мобилизует «свободную игру» «сверхзарядов» либидозной энергии, ее «противозарядов», или «разряжений». Таким образом, бессознательное как бы постоянно испытывает колебания, осциллирует между двумя полюсами своего положения на молярном или молекулярном уровне. Как уже говорилось выше, на первом возникают агрегаты, или молярные структуры, которые подчиняют себе молекулы, подавляют сингулярности; на втором же уровне молекулы аккумулируют в себя микромножественности (парциальные объекты), которые своей стихийностью подрывают единство структур. Бессознательное обладает стихийной способностью производить два полюса противоположностей. С одной стороны, оно порождает «цельности», «тотальности» и создает иллюзию упорядоченности, параноический театр абсурда; с другой стороны, оно порождает хаотическое царство независимых друг от друга множественностей и импульсов, возникающих в результате прохождения потоков либидо. Редуцируя социально-экономическую жизнь общества и человека до уровня семиотической системы, исследователи превращают все в семиотический процесс, в семиозис. Согласно точке зрения, наверно, самого популярного среди первой генерации постмодернистов ученого - Лакана, в основе человеческой психики, поведения человека лежит бессознательное. При этом Лакан предложил трактовку фрейдовского подсознания как речи и отождествил структуру подсознания со структурой языка. В одном из своих наиболее цитируемых высказываний он утверждает: «Бессознательное - это дискурс Другого», это «то место, исходя из которого ему (субъекту. - И. И.) и может быть задан вопрос о его существовании» (Laccan:1966. с. 549). И хотя у Лакана часто наблюдается характерный сдвиг понятий, которыми он оперирует, вследствие чего результирующий смысл его аргументации приобретает мерцательное свойство логической непрозрачности, дискурсивность этого Другого как основополагающий его признак остается вне сомнения. Эту доминирующую ха- рактеристику Другого впоследствии активно разрабатывал Деррида, в частности, в своей работе «Психея: Изобретение другого» (Derrida:1987). Лакан развил некоторые потенции, имманентно присущие самой теории произвольности знака, сформулированной Соссюром, и ведущие к отрыву означающего от означаемого. Кардинально пересмотрев традиционную теорию фрейдизма с позиций лингвистики и семиотики, Лакан увидел в бессознательном языковую структуру: «бессознательное является целостной структурой языка», а «работа сновидений следует законам означающего» (Lacan:1977, с. 147, 161). Панъязыковость позиции Лакана, разумеется, резко отличает его от Фрейда. Саруп несомненно прав, когда пишет: «Его теория языка такова, что он не смог бы возвратиться к Фрейду: тексты не могут иметь недвусмысленного, изначально девственного смысла. С его точки зрения, аналисты должны непосредственно обращаться к бессознательному, и это означает, что они должны быть практиками языка бессознательного - языка поэзии, каламбура, внутренних рифм. В игре слов причинные связи распадаются и изобилуют ассоциации» (Sarup:1988, с. 9). К. Батлер отмечает, что «в терминах Лакана противоречия внутри индивида возникают из бессознательного (порождаются действием бессознательного) по мере того, как оно пытается разрушить символический порядок в том виде, в каком он налагается семьей и в конечном счете обществом» (Butler: 1980. с. 128). Другой видный теоретик постмодернизма - Ю. Кристева обратилась к лакановской теории подсознания в силу своей неудовлетворенности чисто лингвистическим объяснением функционирования поэтического языка. Лингвистическая трактовка бессознательного у Лакана выдвинула в качестве основной цели психоанализа восстановление исторической и социальной реальности субъекта на основе языка подсознания; эту задачу Кристева попыталась решить практически в «Революции поэтического языка» (Kristeva: 1974). В этом исследовании текстуальная продуктивность описывается как «семиотический механизм текста», основанный на сетке ритмических ограничений, вызванных бессознательными импульсами, и постоянно испытывающий сопротивление со стороны однозначной метрической традиции у говорящего субъекта. Из всех постструктуралистов Кристева предприняла попытку дальше всех заглянуть «по ту сторону языка» - выявить тот «довербальной» уровень существования человека, где безраздель- но господствует царство бессознательного, и вскрыть его механику, понять те процессы, которые в нем происходят. Кристева попыталась с помощью концепции хоры создать «материальную основу» дословесности либидо, при всей разумеющейся условности этой «материальности». - В этом, собственно, и заключается ее «прорыв» в вербальную структурность языка из предвербальной бесструктурности постструктурализма. Хора выступает как материальная вещность коллективной либидозности, как реификация, овеществление бессознательности желания, во всей многозначности, которая приписывается этому слову в мифологии постструктурализма. Этот новый вид энергетической материи, созданный по образу и подобию современных представлений о новых типах материи физической - своего рода силовое поле, раздираемое импульсами жизни и смерти. Эроса и Танатоса. Также Политическое бессознательное.
  найдено в  "Азбуке социального психолога-практика"
— в самом широком смысле, психические процессы, не осознаваемые индивидом. В собственно психологическую лексику термин введен основателем психоанализа З. Фрейдом. С его точки зрения, многие побуждения, желания, а также травматические воспоминания (как правило, связанные с ранним детством) остаются неосознанными на протяжении жизни человека, либо вытесняются за пределы сознания, поскольку их рефлексия порождала бы чрезмерную тревогу, стыд и чувство вины. По образному выражению С. Клонингер, бессознательное является своего рода «мусорным ведром» для сознания. При этом бессознательные побуждения и импульсы, оставаясь вне контроля эго, оказывают существенное воздействие на эмоционально-аффективную сферу индивида и на особенности его поведенческой активности. В этой связи бессознательная мотивация является важным аспектом, без понимания и учета которого невозможны полноценные психодиагностика, психокоррекция, а также управление групповой динамикой. Конкретизация содержания бессознательного до сих пор остается предметом дискуссий. З. Фрейд считал, что оно сводится к социально табуированным сексуальным и агрессивным желаниям. М. Кляйн и Г. Салливан считали, что оно состоит из примитивных понятий о самости и связях с другими людьми, прежде всего, с матерью. С точки зрения К. Г. Юнга, в нем, наряду с уникальным индивидуальным содержанием, присутствуют унаследованные от предшествующих поколений инстинкты и архетипы, в совокупности составляющие коллективное бессознательное, сформированное историческим опытом всего человеческого рода и переданное каждому индивиду генетически. При том, что данная идея К. Г. Юнга активно критиковалась как ортодоксальными психоаналитиками, так и представителями других школ, она представляется крайне важной при решении ряда практических социально-психологических задач, таких как выработка единого видения перспективы в процессе командообразования, повышение ценностно-ориентационного единства в группе, разработка систем мотивации членов сообщества и т. п. Эмпирическая валидизация концепции З. Фрейда в целом и собственно идеи бессознательного, традиционно сталкивается с серьезными трудностями. Сам З. Фрейд считал экспериментальную проверку своей теории в лабораторных условиях совершенно излишней, поскольку большое количество клинических наблюдений в сочетании с результатами психоаналитического лечения неврозов являлись, с его точки зрения, вполне достаточным подтверждением эвристичности выдвинутых теоретических положений. Основным средством изучения бессознательного в рамках классического психоанализа являлся анализ содержания сновидений, которые З. Фрейд характеризовал как «королевскую дорогу к бессознательному», с целью выявления скрытого содержания. Для этого обычно использовался метод свободных ассоциаций в сочетании с собственно психоаналитической интерпретацией. Подобный подход, в значительной степени сохраняющийся и по сей день в рамках психоаналитического направления, обоснован и во многом оправдан двумя объективными обстоятельствами. Во-первых, таким образом, параллельно решаются две задачи: исследовательско-диагностическая и психотерапевтическая, поскольку осознание пациентом собственных бессознательных импульсов, вытесненного травматического опыта, родительских интроектов и т. п. является главным условием эффективной терапии по З. Фрейду. Во-вторых, большинство стандартизированных психометрических методик является, по сути дела, формами самоотчета, в рамках которого непосредственному наблюдению и измерению оказываются доступными только осознаваемые индивидом аспекты его личности. На протяжении многих лет трудности в изучении бессознательного, связанные с принципиальным несоответствием практически любых форм самоотчета данной задаче, исследователи пытались преодолеть за счет использования т.н. проективных методик, наиболее известными из которых являются тест Роршаха и Тематический апперцепционный тест (ТАТ). Как отмечают Л. Ф. Бурлачук и С. М. Морозов, «наиболее существенным признаком проективных методик является использование в них неопределенных, неоднозначных (слабоструктурированных) стимулов, которые испытуемый должен конструировать, развивать, дополнять, интерпретировать»1. По мнению разработчиков проективных методик, «реакция в таких минимально ограниченных условиях откроет бессознательный материал, неизвестный даже респонденту»2. Использование проективных методик позволило выявить ряд закономерностей в проявлении бессознательных импульсов на символическом и поведенческом уровнях. Так, например, в результате исследования, проведенного в 1993 году Н. Казер-Бойд, установлено, что «...тесты Роршаха на женщинах, убивших насиловавших их мужей, были похожи на тесты ветеранов войны, страдающих от посттравматических стрессовых расстройств»3. Проективные тесты также широко применяются для оценки эффективности как психоаналитической, так и других видов терапии. Оценка полученных таким образом данных остается во многом субъективной, зависящей от профессиональной подготовки и опыта экспериментатора. В этой связи, стремясь минимизировать влияние субъективных факторов, американский исследователь Л. Сильверман разработал и осуществил ряд лабораторных экспериментов, направленных на изучение неосознаваемых внутриличностных конфликтов. Для этого им был разработан метод подпороговой психодинамической активации. В основе данного метода лежит воздействие на бессознательное испытуемого с помощью специального прибора тахитоскопа, позволяющего осуществить сверхскоротечное (4 миллисекунды) визуальное предъявление стимульного материала, которое на сознательном уровне воспринимается как короткая световая вспышка (на аналогичном принципе основан широко известный «эффект 25-го кадра»). В ходе всех экспериментов Л. Сильвермана испытуемым предъявлялся таким образом стимульный материал двух типов: провоцирующий обострение неосознаваемого конфликта, наличие которого предполагалось у того или иного испытуемого и, наоборот ослабляющий его. После каждой пробы экспериментаторы фиксировали проявление тех или иных поведенческих реакций и степень их интенсивности. Как сообщают Л. Хьелл и Д. Зиглер, в рамках данной схемы «Сильверман и его коллеги провели большое количество исследований, имеющих целью продемонстрировать, что подпороговое предъявление стимулов, усиливающих конфликт, в значительной степени влияет на уровень проявления патологии. В первом исследовании изучалось влияние на заикание конфликта между оральными агрессивными и анальными желаниями. Данный конфликт психоаналитическая теория соотносит именно с упомянутым расстройством. В качестве стимулов предъявлялось изображение льва с оскаленной пастью (оральное агрессивное состояние) и собаки в процессе дефекации (анальное состояние), а также изображение бабочки (контрольное состояние). Заикание оценивалось путем пересказа испытуемыми с этими речевыми нарушениями двух коротких отрывков сразу после их прочтения, а также составления рассказов по двум картам из «Теста тематической апперцепции». Как и ожидалось, испытуемые продемонстрировали значительное усиление заикания в процессе пересказа как в ответ на орально-агрессивный стимул, так и в ответ на анальный стимул, по сравнению с контрольной ситуацией. Однако при выполнении заданий «Теста тематической апперцепции» расстройства речи не наблюдалось. Сильверман также использовал метод подпороговой психодинамической активации для оценки кардинального положения фрейдовской теории депрессии — а именно, что данный симптом предполагает направленность на себя неосознанных агрессивных желаний. Результаты многих исследований (проведенных на пациентах, склонных к депрессии) показали, что подпороговое предъявление материала, содержание которого предназначено для усиления агрессивных желаний (например, фраза «Людоед пожирает человека» или изображение человека, закалывающего другого острым оружием), ведет к углублению депрессивных состояний. В то же время усиление депрессивной симптоматики (определявшееся методом самооценки по шкалам настроения) не было выявлено после подпорогового предъявления нейтрального стимула. Другая процедура подсознательной психодинамической активации применялась для проверки психоаналитической гипотезы о значении эдипова комплекса в конкурирующем поведении. ... Сначала мужчины-студенты колледжа состязались в метании дротиков. Затем после соревнования им предъявлялся один из трех различных подпороговых стимулов: «Отец, который бьет своего сына, не прав», «Отец, который бьет своего сына, прав» и «Люди прогуливаются пешком». Первый стимул был предназначен для усиления эдипова конфликта, второй этот конфликт смягчал, а третий был нейтральным. Вслед за процедурой подпороговой активации испытуемые снова метали дротики. Как и предсказывает психоаналитическая теория, испытуемые, получившие стимул «Отец, который бьет своего сына, не прав», показали значимо более низкие результаты, чем получившие нейтральный стимул. Испытуемые, которым был предъявлен стимул «Отец, который бьет своего сына, прав», показали значимо более высокие результаты в метании дротиков, по сравнению с получившими нейтральный стимул (следует добавить, что в предварительной серии метания дротиков, все группы показали практически одинаковые результаты (В. И., М. К.)»1. Этот эксперимент Л. Сильвермана особенно интересен с точки зрения социальной психологии, поскольку он позволяет понять глубинную природу таких собственно социально-психологических явлений, как конкуренция, агрессивность, депривация. В целом, хотя исследования Л. Сильвермана и подвергались впоследствии критике, они не только подтвердили гипотезу З. Фрейда о бессознательном, но и внесли существенный вклад в верификацию психоаналитической теории в целом. В повседневной практике легко найти массу примеров, не просто подтверждающих факт наличия бессознательного, но и значимость той роли, которую оно играет в жизни человека. Едва ли не каждый сталкивался с ситуацией, когда, пытаясь решить ту или иную проблему всеми доступными средствами и, в конце концов, бросив это «безнадежное дело», он, обычно после отдыха и сна, вдруг получал готовое решение в виде некоего «озарения», которое в психологии обычно называют инсайтом. Такой, вроде бы появившийся ниоткуда или «ниспосланный свыше» результат, представляет собой продукт работы нашего бессознательного. Практические психологи должны не только отчетливо осознавать природу данного феномена, но и обучать его целенаправленному использованию клиентов, чья профессиональная деятельность направлена на решение задач с большим количеством переменных и высоким уровнем неопределенности. Другим типичным примером проявления бессознательного в повседневной жизни может служить выбор партнера для создания семьи. Если отбросить романтический ореол свойственный «женским романам», то легко убедиться — с определенного момента каждый молодой человек и каждая девушка поддерживают большое число контактов со сверстниками (и не только) противоположного пола от формального знакомства до интимной близости. В рамках этих контактов происходит непрерывный процесс поиска того «единственного человека», с которым следует связать свою судьбу. Причем, как правило, в результате избранником оказывается вполне типичный представитель социального окружения, с точки зрения стороннего наблюдателя, ничем, по большому счету не отличающийся от других потенциальных кандидатов. Данный, по сути дела, совершенно иррациональный процесс становится понятным и объяснимым, если принять утверждение о том, что люди подсознательно ищут на роль избранников тех, кто способен активировать бессознательные представления об идеальном родителе противоположного пола, формирующиеся под влиянием вытесняемых детских фантазий. Аналогичным образом, гипотеза о коллективном бессознательном позволяет лучше понять такие социально-психологические феномены и механизмы, как массовидные явления, социальное заражение, социальные стереотипы и т. п. Любому практическому социальному психологу, работающему с конкретной общностью, будь то неформальная группировка или формальная организация, необходимо принимать как факт наличие коллективного субъекта — группы и, соответственно, коллективного бессознательного, без учета специфики которого выстроить как тактическую, так и стратегическую психолого-поддерживающую программу своей профессиональной работы он попросту будет не в состоянии.
  найдено в  "Словаре-справочнике по психоанализу"
– в психоанализе: не попадающие в поле сознания процессы и состояния психики; система психики человека, по своему объему, содержанию и закономерностям функционирования отличающаяся от системы сознания. З. Фрейд не был первооткрывателем бессознательного: история обращения к проблематике бессознательного уходит своими корнями в древнегреческую, древнеиндийскую и древнекитайскую философию. Но он одним из первых поставил вопрос о неправомерности отождествления психики человека с сознанием. Деление психики на сознательное и бессознательное стало основной предпосылкой психоанализа. Если предшествующая психология делала акцент на сознании человека, то З. Фрейд не только пересмотрел привычные представления о тождестве сознания и психики, но и отказался от него в пользу признания действенности в психике человека бессознательных процессов. Он не просто обратил внимание на необходимость учета бессознательного как такового, а выдвинул гипотезу о правомерности рассмотрения того, что назвал «бессознательным психическим», поставив его в центр своей исследовательской и терапевтической деятельности. Выявление и описание бессознательных процессов составляло важную часть теории и практики классического психоанализа. Не ограничившись этим, З. Фрейд подверг бессознательное аналитическому расчленению. Раскрытие механизмов функционирования бессознательных процессов, выявление конкретных форм проявления бессознательного в жизни человека (ошибочные действия, сновидения, симптомы психических заболеваний), поиск в самом бессознательном различных его составляющих – все это представлялось важным и необходимым с точки зрения психоанализа. Причем З. Фрейд не просто занимался описанием и раскрытием бессознательного как чего-то негативного, отрицательного (психика минус сознание), а стремился выявить его позитивные составляющие. Он обращал внимание на те свойства бессознательного, которые свидетельствовали о специфике ранее неизученной сферы психики человека, качественно и содержательно отличающейся от сферы сознания. З. Фрейд исходил из того, что всякий душевный процесс существует сначала в бессознательном и только затем может оказаться в сфере сознания. Причем переход в сознание – не обязательный процесс, поскольку далеко не все психические акты непременно становятся сознательными: многие из них остаются в бессознательном, не находят возможных путей доступа к сознанию и для их осознания подчас требуется особая работа, которая может быть осуществлена средствами психоанализа. Прибегая к образной аналогии, З. Фрейд сравнивал сферу бессознательного с большой передней, в которой находятся все душевные движения, а сознание – с примыкающей к ней узкой комнатой, салоном. На пороге между передней и салоном стоит страж, который не только пристально разглядывает каждое душевное движение, но и решает вопрос о том, пропускать его из одной комнаты в другую или нет. Если какое-то душевное движение допускается стражем в салон, то это еще не означает, что оно тем самым становится непременно сознательным: оно превращается в сознательное только тогда, когда привлекает к себе внимание сознания, находящегося в конце салона. Поэтому если передняя комната – это обитель бессознательного, то салон – вместилище того, что З. Фрейд назвал предсознательным. И только за ним расположена келья собственно сознательного, где сознание выступает в роли наблюдателя. Таково одно из пространственных или топических представлений о бессознательном и сознании в психоанализе. В соответствии с другим представлением психика человека сравнивалась с айсбергом, две трети которого (бессознательное) скрыто под водой, а одна треть которого (сознание) находится над водой. С точки зрения З. Фрейда, бессознательные процессы активны, они предопределяют поведение человека. Поэтому психоанализ ориентирован на раскрытие динамики перехода психических процессов из одной системы в другую. В этом отношении бессознательное характеризуется некой двойственностью, выявляемой не столько при описании бессознательных процессов, сколько при раскрытии динамики их развертывания и функционирования в психике человека. Если в предшествующей академической психологии даже не ставился вопрос о двоякого рода бессознательном, то для З. Фрейда признание наличия двух систем в бессознательном стало отправной точкой его исследовательской и терапевтической деятельности. Осмысление клинического материала и анализ сновидений привели к необходимости проведения различий между скрытым, латентным бессознательным (предсознательным) и вытесненным бессознательным. Как замечал З. Фрейд, «есть два вида бессознательного: латентное, но способное стать сознательным, и вытесненное, которое само по себе и без дальнейшего не может быть сознательным». Отмеченная З. Фрейдом двойственность бессознательного создавала неопределенность в его понимании, так как в описательном смысле речь шла о двух видах бессознательного (предсознательном и вытесненном бессознательном), а в динамическом отношении – об одном виде бессознательного (вытесненном). Сложность положения усугублялась тем, что двусмысленность возникала также при рассмотрении сознания и бессознательного, поскольку в конечном счете различие между ними – это вопрос восприятия, на который приходится отвечать утвердительно или отрицательно. Не случайно З. Фрейд подчеркивал, что при употреблении терминов «сознательный» и «бессознательный» то в описательном смысле, то в систематическом значении, особенно когда они характеризуют собой принадлежность к определенной системе или отдельные ее свойства, трудно избежать имеющей место двусмысленности. Во избежание возможных недоразумений З. Фрейд предложил использовать буквенные обозначения для описания различных психических систем, процессов, состояний. Система сознания сокращенно обозначалась им как BW (Bewusst), система предсознательного – VBW (Vorbewusst), система бессознательного – UBW (Unbewusst). Со строчной буквы соответственно вводились такие обозначения, как bw – сознательное, vbw – предсознательное, ubw – бессознательное, под которым понималось главным образом вытесненное бессознательное. Буквенное обозначение различных систем и процессов способствовало устранению недопонимания, которое возникало при использовании соответствующих терминов. Однако в процессе дальнейшей исследовательской и терапевтической деятельности выяснилось, что ранее осуществленное З. Фрейдом различие между предсознательным и вытесненным бессознательным оказалось теоретически недостаточным и практически неудовлетворительным. Поэтому топическое и динамическое понимание психики человека было дополнено структурным ее осмыслением. Это имело место в работе «Я и Оно» (1923), где З. Фрейд рассмотрел структуру психики через призму соотношений между Оно (бессознательное), Я (сознание) и Сверх-Я (родительский авторитет, совесть, идеал). Структурная теория предполагала устранение возникшей при топическом и динамическом подходе двусмысленности в понимании бессознательного. Однако психоаналитическое понимание бессознательного не только не утратило своей двойственности, но, напротив, стало многосмысленным. Последнее обстоятельство было связано с признанием З. Фрейдом значительной доли бессознательного в человеческом Я, с признанием им того, что он назвал «третьим» бессознательным, которое не совпадает ни с предсознательным, ни с вытесненным бессознательным. Выделение «третьего» бессознательного (Сверх-Я) способствовало более глубокому пониманию природы внутрипсихических конфликтов и причин возникновения неврозов, но в то же время привело к тому, что бессознательное стало, по словам З. Фрейда, «многозначным качеством, не позволяющим широких и непререкаемых выводов, для которых нам хотелось бы его использовать». Принимая во внимание многозначность понятия «бессознательное», З. Фрейд не только не отказался от признания важности бессознательного как такового, но, напротив, настаивал на необходимости его всестороннего изучения. Более того, он предостерегал против того, чтобы на этом основании не возникало пренебрежительное отношение к самому понятию «бессознательное», так как, по его убеждению, «в конце концов свойство бессознательности или сознательности является единственным лучом света во тьме глубинной психологии». Исследуя бессознательное, З. Фрейд стал соотносить его не только с онтогенезом (развитием человека), но и с филогенезом (развитием человеческого рода). Такое понимание бессознательного нашло свое отражение в его работе «Тотем и табу» (1913), где были рассмотрены сходства между психологией первобытного человека, подверженного стадным инстинктам, и психологией невротика, находящегося во власти собственных влечений и желаний. Впоследствии он говорил о филогенетически унаследованном «ядре бессознательного» и «архаическом наследии», оказывающем воздействие на психику современного человека. В целом понимание бессознательного З. Фрейдом основывалось на следующих выдвинутых им теоретических положениях: (а) отождествление психики с сознанием нецелесообразно, ибо нарушает психическую непрерывность и ввергает в неразрешимые трудности психофизического параллелизма; (б) допущение бессознательного необходимо потому, что у данных сознания имеется немало пробелов, объяснение которых невозможно без признания психических процессов, отличных от сознательных; (в) бессознательное – закономерная и неизбежная фаза процессов, лежащих в основе психической деятельности человека; (г) ядро бессознательного составляют унаследованные психические образования; (д) каждый психический акт начинается как бессознательный, он может таким и остаться или, развиваясь дальше, проникнуть в сознание в зависимости от того, наталкивается ли он на сопротивление или нет; (ж) бессознательное – особая психическая система со своим собственным способом выражения и свойственными ей механизмами функционирования; (з) бессознательные процессы не тождественны сознательным, они пользуются определенной свободой, которой лишены последние; (и) законы бессознательной психической деятельности во многих отношениях отличаются от законов, которым подчинена деятельность сознания; (к) не следует отождествлять восприятие сознания с бессознательным психическим процессом, являющимся объектом этого сознания; (л) ценность бессознательного как показателя особой психической системы больше, чем его значение как качественной категории; (м) бессознательное познается только как сознательное после его превращения или перевода в форму, доступную сознанию, поскольку, будучи не сущностью, а качеством психического, сознание остается единственным источником, освещающим глубины человеческой психики; (н) некоторые из бессознательных состояний отличаются от сознательных только отсутствием сознательности; (о) противоположность сознательного и бессознательного не распространяется на влечение, так как объектом сознания может быть не влечение, а только представление, отражающее в сознании это влечение; (п) особенные свойства бессознательного – первичный процесс, активность, отсутствие противоречий, протекание вне времени, замена внешней, физической реальности внутренней, психической реальностью. Очевидно, что сформулированные З. Фрейдом теоретические положения о бессознательном могут по-разному восприниматься теми, кто сегодня пытается понять смысл, значение и роль бессознательных процессов в жизни человека. Одни из этих положений могут быть восприняты в качестве отправных, исходных, способствующих выявлению и пониманию бессознательной деятельности людей. Другие – вызовут, возможно, возражение и даже протест со стороны тех, кому претит установка на признание бессознательного в качестве основополагающего начала, предопределяющего мышление и поведение индивида. Третьи – разочаруют специалистов в области человековедения своей тривиальностью. Четвертые – покажутся слишком заумными, философски окрашенными и не имеющими отношения к терапевтической деятельности. Однако, как бы они не воспринимались современниками, вряд ли стоит сбрасывать со счета то обстоятельство, что именно З. Фрейд предпринял серьезную попытку обстоятельного рассмотрения характерных особенностей и существа бессознательного, а также возможностей и путей его познания.
  найдено в  "Истории философии. Книге третьей. Философии XIX — XX вв."
Фрейд различал "описательное" и "систематическое" понятие бессознательного. Термин бессознательное относится к осмысленным психическим представлениям: можно называть "бессознательными" и физиологические процессы, скажем, кровообращения или передачи импульсов по сети нейронов. Фрейд имел в виду исключительно "бессознательное психическое", подобно тому, как под "сексуальностью" подразумевалось не наличие гормонального аппарата, а влечение — поэтому он писал о "психрсексуальности" и противился "дикому психоанализу", т.е. упрощенному взгляду иных своих сторонников, которые cводили все психические трудности пациентов к сексуальной неудовлетворенности. "Описательное" понятие бессознательного у Фрейда не так уж расходится с предшествующими концепциями ("подсознательное" французского психиатра и психолога П. Жане) и с воззрениями некоторых "еретиков". Все сторонники "глубинной психологии" согласны в том что помимо осознаваемых нами психических процессов имеются неосознаваемые — от подпороговых ощущений до "забытого языка" сновидений. В промежутки между нашими ясными и отчетливыми идеями и глубин психики поднимается нечто иное, причем попытки постижения этих представлений часто сталкиваются с сопротивлением — что-то препятствует их входу в сознание. В работе "Психопатология повседневной жизни" Фрейд показывает, что в самых банальных ситуациях обыденной жизни мы имеем дело с вмешательством бессознательного. С каждым из нас случалось, что мы никак не можем вспомнить имя знакомого нам человека, забываем значение хорошо известного нам иностранного слова, куда-то подевали нужную книгу (которую потом обнаруживаем после утомительных поисков буквально перед самым носом). Разного рода оговорки, описки, "очитки" и прочие "промахи" не случайны, они детерминированы бессознательными мотивами. В сознание, как и в сновидениях, пытаются войти вытесненные, запретные представления, искажающие нашу память или создающие странный мир сновидений (сравниваемый Фрейдом с кратковременным психозом). Галлюцинации психически больных людей, видения мистиков или поэтов, "сны наяву" и мечтания каждого из нас имеют своим истоком работу бессознательного. Однако для психоанализа важно не только описать эти феномены, но также понять их причины, механизм "психического аппарата". Здесь пролегает доктринальное различие между множеством вариантов "глубинной психологии". На основе одного и того же опыта толкования сновидений или свободных ассоциаций пациентов предлагаются различные картины психической жизни. Свою первую модель психики Фрейд выдвинул в работах начала века. Он различал три инстанции: сознание, предсознательное и бессознательное. Если сравнить наше Я с лучом света, скажем, со свечой, которой мы освещаем какое-то помещение, то к области сознания относится то, что на данный момент высвечивается. Если мы находимся в огромном зале, то свеча освещает сравнительно малое пространство, подобно тому, как в каждое мгновение мы осознаем небольшое число внешних предметов, образов нашей памяти. Круг потенциально осознаваемого много шире: у нас есть масса воспоминаний, мы можем переходить от предмета к предмету. Это и есть область пред сознательного, т.е. актуально неосознаваемого, но доступного для сознания. В том же темном зале мы переходим от картины к картине, обнаруживаем двери в другие залы и комнаты, куда нам есть доступ. Я могу не помнить, что такое бином Ньютона, производная, каков порядок династий в Древнем Китае, но, чтобы вспомнить, достаточно взять учебник математики или истории — это не вызывает никакого внутреннего сопротивления. Но, если продолжить это сравнение, мы вдруг натыкаемся на запертые двери. Быть может, порой мы даже припоминаем, что когда-то бывали за ними, но никак не можем вспомнить, что же там находится, да еще испытываем панический страх при мысли, что двери могут распахнуться. Более того, какие-то двери вообще остаются потаенными, хотя мы догадываемся, что замок нашей души куда больше открытого нам для обозрения верхнего этажа. Для Фрейда огромную роль в нашей душевной жизни играет, так сказать, подвал, "тьма внутренняя", куда мы сбросили нечто чрезвычайно важное — наследие нашего раннего детства. Все мы стали самими собой в первые годы жизни, но почти ничего о нем не помним. То ли ангел с огненным мечом, то ли цензор с красным карандашом стоит на пути воспоминаний. В этой картине психического аппарата есть явные изъяны. Цензор заранее знает, что он должен запрещать, т.е. сознание уже должно отдавать себе отчет о бессознательном. Пишущий эзоповским языком писатель (= влечения) по уму и хитрости превосходит цензора, ибо знает и запреты, и обходные пути, тогда как у Фрейда речь шла о не нашедших пути к языку "первичных процессах". При соприкасании с вытесненными представлениями необъяснимыми оставались чувства вины и страха. В 20-е годы Фрейд пересмотрел эту первую "топику" и предложил структурную модель психики, где главными инстанциями стали Оно, Я и Сверх-Я. Бессознательные влечения (Оно) сталкиваются не только с сознанием (Я), но также со Сверх-Я — той частью психики, которая также не осознается индивидом, откололась от Оно в раннем детстве. Наше Я оказывается между молотом и наковальней: природные влечения конфликтуют с социальными запретами (табу), значение которых осознается нами не более, чем содержание вытесненных влечений. Во второй "топике" термины "бессознательное" и "предсознательное" используются чаще всего как прилагательные, поскольку они относятся не только к Оно, но также к Сверх-Я и даже к некоторым частям Я (так называемые "защитные механизмы"). Под всеми обретениями человеческой культуры скрывается неизменный фундамент архаичных психических процессов, унаследованных нами от первобытного человека (согласно биогенетическому закону, онтогенез повторяет филогенез, а потому детское мышление рассматривается Фрейдом по аналогии с первобытным). "Древнейшую из этих провинций, или инстанций, психики мы называем Оно; к ее содержанию относится все унаследованное, прирожденное, конституционально заданное, прежде всего проистекающие из телесной организации влечения". "Вторичные процессы" сознания детерминированы энергией влечений. Я уподобляется всаднику, который вскочил на коня и думает,; что он управляет его бегом, но в действительности тот скачет, куда хочет. Наши представления о свободе воли иллюзорны, поскольку за нашими волевыми решениями и вообще сознательными актами скрываются совсем иные — подлинные — мотивы поступков: истолкования собственных действий чаще всего оказываются рационализациями, т.е. идеальными мотивами для слишком реальных побуждений. Этой теорией воспользовались в дальнейшем представители "фрейдомарксизма", соединившие идеи психоанализа с марксистским учением об идеологии как " ложном сознании ". Бессознательное лежит за порогом временного потока сознания, это как бы вечная природа (или "мировая воля" Шопенгауэра), вторгающаяся в мир феноменов сознания. Правда, Фрейд не отрицал относительной самостоятельности сознания, которое способно познавать мир и действовать в согласии с познанной природной необходимостью. Фрейда оправданно считают наследником философии Просвещения, поскольку самая общая формула психоанализа такова: "Там, где было Оно, должно стать Я". Иначе говоря, свет познания остается высшим благом для всякого человека, а излечение невротиков, по Фрейду, происходит вместе с самопознанием и овладением собственными иррациональными побуждениями. Однако, наше Я зависит не только от природы вне нас и внутри нас, но также от еще одной психической инстанции, от Сверх-Я, т.е. усвоенных социальных запретов и предписаний, находящих непосредствен ное выражение в том, что мы называем "голосом совести", в страхе, чувстве вины, охватывающем нас при нарушении социальных табу. Эта инстанция является следствием длительного периода детства, зависимости от родителей, воспитания в семье, традиции, школе и других социальных институтах. Главную роль в психоанализе играют взаимоотношения ребенка со своими родителями, поскольку каждый из нас проходит первичную социализацию в самом раннем возрасте, принимает мужские или женские роли, отождествляя себя с родителями. Так называемый Эдипов комплекс представляет собой бессознательную психическую структуру, которая возникает в возрасте 3—5 лет; именно при разрешении этого "комплекса" возникает Сверх-Я, как инстанция, наделенная огромной "психической энергией", — в системе Фрейда все душевные процессы описываются в своего рода энергетических терминах. При всех различиях Оно и Сверх-Я в одном пункте они совпадают: это безличные силы человеческого прошлого, противостоящие индивиду и сталкивающиеся в борьбе за его Я: унаследованные биологически, особенности находятся в неразрешимом конфликте с тем, что человек получил от социальных институтов, законов, предписаний, культуры в целом.
  найдено в  "Российской педагогической энциклопедии"
в широком смысле — совокупность психич. процессов, операций и состояний, не представленных в сознании субъекта. В ряде психол. теорий Б. — особая сфера психического или система процессов, качественно отличных от явлений сознания. Термин «Б.» используется также для характеристики индивидуального и группового поведения, действит. цели и последствия к-рого не осознаются. Понятие Б. восходит к учению Платона о «скрытом знании». В философии и психологии нового времени идеи Р. Декарта, утвердившего тождество сознательного и психического, послужили источником представлений о том, что за пределами сознания может иметь место только чисто физиол. деятельность мозга. Концепция Б. впервые была чётко сформулирована Г. В. Лейбницем («Монадология», 1720), трактовавшим Б. как низшую форму душевной деятельности, лежащую за порогом осознанных представлений, возвышающихся, подобно островкам, над океаном тёмных перцепций (восприятий). Первую попытку материалистич. объяснения Б. предпринял Д. Гартли, связавший Б. с деятельностью нервной системы. И. Кант связывал Б. с проблемой интуиции, вопросом о чувств, познании (бессознат. априорный синтез). В 19 в. началось собственно психология, изучение Б. Динамич. характеристику Б. ввёл И. Гербарт (1824), согласно к-рому несовместимые идеи могут вступать между собой в конфликт, причём более слабые вытесняются из сознания, но продолжают на него воздействовать. Новый стимул в изучении Б. дали работы в области психопатологии, где в целях терапии стали применять специфич. методы воздействия на Б. (первоначально — гипноз). Исследования, особенно франц. психиатрич. школы (Ж. Шарко и др.), позволили вскрыть отличную от сознательной психич. деятельность патогенного характера, не осознаваемую пациентом. Продолжением этой линии явилась концепция 3. Фрейда, начавшего с установления прямых связей между невро-тич. симптомами и бессознат. переживаниями травматич. характера. Отказавшись от физиол. объяснений, Фрейд представил Б. в виде могущественной иррациональной силы, антагонистичной деятельности сознания. Бессознат. влечения, по Фрейду, могут выявляться и ставиться под контроль сознания с помощью техники психоанализа. К. Г. Юнг помимо личного Б. ввёл понятие коллективного Б., идентичного у лиц определённой группы, того или иного народа, всего человечества. Учение Фрейда о Б. получило иррационалистич. трактовку в ряде филос.-психол. концепций 20 в. Д. Н. Ляликов. Б. представляет собой форму психич. отражения, в к-рой образ действительности и отношение субъекта к этой действительности представлены как одно нерасчленённое целое: в отличие от сознания в Б. отражаемая реальность сливается с переживаниями субъекта. Характеристики Б. находят своё выражение в формах познания ребёнком действительности, в интуиции, аффектах, панике, гипнозе, аутизме, сновидениях, непроизвольном восприятии, запоминании и т. д., а также в стремлениях, чувствах и поступках, побуждающие причины к-рых не осознаются личностью. В целом в психологии выделяются 4 класса проявлений Б. 1) Надындивидуальные надсознат. явления (обозначались как «архетипы коллективного Б.» — у Юнга, «коллективные представления» — у Э. Дюркгейма и т. п.) — усвоенные субъектом как членом той или иной социальной группы образцы типичного для данной общности поведения, влияние к-рых на его деятельность актуально не осознаётся субъектом и не контролируется им. Эти образцы (напр., этнич. стереотипы) усваиваются через такие механизмы, как подражание и идентификация. 2) Неосознаваемые побудители деятельности — мотивы и смысловые установки личности. Они были обозначены П. Жане как «подсознательное», Фрейдом — как «динамическое вытесненное Б.», охватывающее нереализованные влечения, к-рые из-за их конфликта с социальными нормами изгоняются (вытесняются) из сознания, но продолжают оказывать влияние на мироощущение и поведение человека и проявляются в непрямых символич. формах (юморе, сновидениях, обмолвках и т. п.). Важное значение имеют такие феномены Б. в межличностных отношениях, как эмпатия (не-посредств. вчувствование), эмоциональное заражение (см. Влияние), первичная идентификация (неосознанное эмоциональное отождествление с притягательным объектом, напр. младенца с матерью), проекция (неосознанное наделение др. человека собств. свойствами). Характерному для мн. направлений глубинной психологии преувеличению роли Б. в жизни индивида и общества в отеч. психологии противопоставляется теория установки Д. Н. Узнадзе и деятельностный подход к психике. 3) Неосознаваемые операциональные установки и стереотипы автоматизиров. поведения. Они возникают в процессе решения разл. задач (перцептивных, мне-мических, моторных, мыслительных) и определяются неосознанно предвосхищаемым образом событий и способов действия, опирающимся на прошлый опыт, — «бессознат. умозаключения » (Г. Гельмгольц), «проперцепция» (У. Джемс), «предсознательное» (Фрейд), «гипотеза» (Дж. С. Брунер), «схема» (Ф. Ч. Бартлетт), «динамич. стереотип» (И. П. Павлов) и т. п. Воздействия, актуализирующие операциональные установки и стереотипы, могут осознаваться, если на пути привычного автоматизиров. поведения встречается неожиданное препятствие (см. Автоматизм). 4) Неосознаваемое субсенсорное восприятие: при изучении порогов ощущения, диапазона чувствительности человека были обнаружены факты воздействия на поведение таких раздражителей, о к-рых он не мог дать отчёта (И. М. Сеченов, Г. Т. Фехнер); для их обозначения были предложены понятия «лредвнима-ния» (У. Найсер), процессы к-рого связаны с переработкой информации за пределами произвольно контролируемой деятельности, и «субсенсорной области» (Г. В. Гершуни) — зоны раздражителей, вызывающих непроизвольную объективно регистрируемую реакцию и способных осознаваться при придании им сигнального значения. В отеч. психологии изучались такие проблемы Б., как неосознаваемое восприятие речи при функциональной глухоте и световых сигналов при функциональной слепоте; зависимость сновидений от состояния организма и внеш. стимуляции; возможность восприятия речи спящим в связи с проблемами гипнопедии; воздействия, оказываемые на поведение нереализованными и переставшими осознаваться намерениями и т. д. Учёт явлений Б. способствует оптимизации пед. процесса. Изучение механизмов образования навыков и привычек показало сложное динамич. соотношение сознательного и Б. в процессе деятельности. Освобождение отд. компонентов деятельности, в частности умственной, от пооперационного контроля сознания повышает её эффективность. Однако неосознанность нек-рых внутр. приёмов работы нередко становится препятствием на пути дальнейшего совершенствования в этом виде деятельности. Превращение с помощью спец. приёмов неосознаваемых ощущений в осознанные служит средством творч. роста личности. Учёт неосознаваемых мотивов поведения в повседневном общении и пед. процессе позволяет оптимизировать межличностные отношения, способствует разрешению возникающих конфликтов. Возможна мотивация поведения на основе неосознанных потребностей и притязаний, к-рые скрыты даже от самого субекта и замаскированы социально приемлемыми объяснениями. Раскрытие истинных мотивов поведения способствует росту самосознания, социальной ответственности, формированию адекватной самооценки и уровня притязаний. Лит.: Чхартишвили Ш. Н., Проблема бессознательного в сов. психологии, То., 1966; Б а с с и а Ф. В. Проблема «бессознательного», М., 1968; Бессознательное. Природа, функции, методы исследования. Под ред. А. С. Прангишвили, А. Е. Шерозии, Ф. В. Бассина, т. 1—4, Тб., 1978—85; Ше-розия А. Е., Психика. Сознание. Бессознательное, Тб., 1979; А с мо л он А. Г., Классификация неосознаваемых явлений и категория деятельности, ВП, 1980, № 3; Klein D. В., The-uncpnscious — invention or discovery? A historico-critical inquiry. Santa Jvlonica (Cal.), 1977. А. Г. Асмолов.
  найдено в  "Словаре по психоанализу"
(Бсз) Нем.: das Unbewusste, unbewusst. -Франц.: inconscient. -Англ.: unconscious. - Исп.: inconsciente. - Итал.: inconscio. - Португ.: inconsciente. • А) Прилагательное «бессознательное» иногда используется для обозначения совокупности содержаний, не присутствующих в актуальном поле сознания -в «описательном», а не в «топическом» смысле слова, т.е. вне разграничения содержания систем предсознательного и бессознательного. Б) Бессознательное в «топическом» смысле слова было определено Фрейдом еще в первой теории психического аппарата: бессознательное состоит из содержании, не допущенных в систему «Предсознание-Сознание»* в результате вытеснения* (вытеснение первичное* и вытеснение в последействии*). Основные черты бессознательного как системы (Без) сводятся к следующим: а) содержания бессознательного являются «репрезентаторами»* влечений; б) эти содержания управляются особыми механизмами первичных процессов*, а именно сгущением* и смещением*; в) содержания бессознательного, сильно нагруженные энергией влечений, стремятся вернуться в сознание и проявиться в поведении (возврат вытесненного*), однако они способны найти доступ к системе «Предсознание-Сознание» (Псз-Сз) лишь в результате компромиссов*, будучи искажены цензурой*; г) чаще всего подвергаются фиксации* в бессознательном детские желания. Бессознательное как существительное сокращенно обозначается Без (Ubw от нем. Unbewusst, les от франц. Inconscient), бессознательное как прилагательное, обозначающее содержание бессознательного как системы, - без (ubw или ics). В) Во второй фрейдовской топике термин «бессознательное» используется чаще всего как прилагательное. По сути, бессознательное здесь - это уже не атрибут какой-то особой инстанции: это слово относится как к Оно, так отчасти и к Я и Сверх-Я. Отметим, однако: а) что признаки, присущие бессознательному в рамках первой топики, могут быть отнесены и ко второй топике; б) Что разграничение между предсознанием и бессознательным, которое уже не подкрепляется межсистемными различиями, сохраняется на внутрисистемном уровне (Я и Сверх-Я являются отчасти предсознательными, отчасти бессознательными). • Если бы нужно было передать суть фрейдовского открытия одним словом, это было бы слово «бессознательное».В рамках данной работы мы не ставим целью проследить, как открытие бессознательного было подготовлено тем, что было сделано до Фрейда, и как в дальнейшем оно уточнялось после Фрейда. Стремясь к ясности, мы лишь подчеркнем здесь главные признаки этого понятия, которые теряли четкость при более широком его распространении. 1) Прежде всего фрейдовское бессознательное - это понятие одновременно и топики* и динамики*, выявленное в опыте лечения. Как показывает этот опыт, психика несводима к сознанию: некоторые ее содержания получают доступ в сознание лишь в результате преодоления сопротивлений. Этот опыт свидетельствует о том, что психическая жизнь «…полна мыслей, бессознательный характер которых не мешает их действенности; именно эти мысли и порождают симптомы» (1). На основе этого опыта был сделан вывод о существовании «раздельных групп психических явлений», а бессознательное в целом- стало рассматриваться как особое «место в психике»: не как второе сознание, но как система со своим собственным содержанием, механизмами и, возможно,"энергией". 2) Каковы эти содержания? а) В статье «Бессознательное» (Das Unbewusste, 1915) Фрейд называет их «репрезентаторами влечений». В самом деле, находясь на границе между психикой и соматикой, влечения остаются вне противопоставления сознания и бессознательного. С одной стороны, они в принципе не могут стать объектами сознания, с другой стороны, их присутствие в бессознательном обеспечивается «представлениями как репрезентаторами /влечения/»*. В одной из своих ранних теоретических моделей Фрейд определял психический аппарат как последовательность знаковых записей (Niederschriften) (2); эта мысль вновь возникает и обсуждается и в последующих его текстах. Бессознательные представления складываются в фантазмы, в воображаемые сценарии, на которых фиксируется влечение, порождая настоящие инсценировки желания* (см.: Фантазия, фан-тазм). б) В большинстве текстов, предшествующих созданию второй топики, Фрейд отождествлял бессознательное с вытесненным. Заметим, однако, что это уподобление обычно сопровождалось оговорками: так, Фрейд неоднократно говорил о врожденных, филогенетически присущих индивиду содержаниях как о «ядре бессознательного» (За). Вершиной развития этой мысли было понятие первофантазий* (первофантазмов) как доиндивидуальных схем, которые присутствуют уже в детском сексуальном опыте субъекта (а). в) Другая распространенная традиция понимания бессознательного уподобляет его тому, что в нас есть детского, хотя и здесь необходимы оговорки. Вовсе не весь детский опыт, пережитый на уровне нерефлективного сознания в феноменологическом смысле, может быть уподоблен бессознательному субъекта. Для Фрейда первое расщепление между бессознательным и системой Псз -Сз происходит под воздействием происшедшего в детстве вытеснения. Даже если, первоначало вытеснения выглядит как миф, фрейдовское бессознательное - это конструкция, а не цельное переживание. 3) Как известно, Фрейд считал сновидение «царским путем» открытия бессознательного. Механизмы работы сновидения (смещение, сгущение, символика), выявленные в «Толковании сновидений» (Die Traumdeutung, 1900) и действующие в первичных процессах, могут быть обнаружены также и в других образованиях бессознательного (ошибочные действия, оговорки и пр.); по своей структуре (компромисс) и функции («исполнение желания»*) они равнозначны симптомам. Стремясь определить бессознательное как систему, Фрейд перечисляет такие его особенности (Зb): первичный процесс (подвижность энергетических нагрузок, характерная для свободной энергии*); отсутствие отрицания, сомнения, степеней уверенности; безразличие к реальности и воздействие одного лишь принципа «удовольствие - неудовольствие» (его цель - восстановить кратчайшими путями тождество восприятия*). 4) Наконец, Фрейд стремился обосновать собственную связность системы Без и ее решающее отличие от системы Псз посредством экономического понятия «энергетической нагрузки», свойственной каждой системе. Представления могут быть нагружены энергией бессознательного или же разгружены, причем переход от одного элемента системы к другому происходит за счет разгрузки первого и нагрузки второго. Однако эта бессознательная энергия (отсюда и трудность ее понимания у Фрейда) оказывается то силой притяжения, направленной на представления и противостоящей осознанию (так обстоит дело в теории вытеснения, где притяжение со стороны уже вытесненных элементов действует заодно с подавлением, осуществляемым системой более высокого уровня) (4), то силой, которая приводит к появлению в сознании «отростков»* бессознательного и поддерживается лишь бдительностью цензуры (Зс). 5) Подход к фрейдовскому бессознательному, с точки зрения топики, не должен закрывать от нас всего значения динамики бессознательного, многократно подчеркивавшейся Фрейдом: напротив, разграничения на уровне топики оказываются способом учета конфликтов, повторений и сопротивлений. Как известно, с 1920 г. фрейдовская теория психического аппарата была существенным образом переработана; при этом на уровне топики были предложены новые разграничения, не совпадающие с делением на бессознательное, предсознание и сознание. Так, в инстанции Оно можно видеть главные характеристики бессознательного, однако и другие инстанции - Я и Сверх-Я - также включают в себя бессознательное и порождаются бессознательным (см.: Оно, Я, Сверх-Я, Топика).
  найдено в  "Новейшем философском словаре"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ (бессознательное психическое) - в наиболее распространенных значениях: 1) Совокупность активных психических образований, состояний, процессов, механизмов, операций и действий человека, неосознаваемых им без применения специальных методов, 2) Самая обширная и наиболее содержательная часть (система, сфера, область, инстанция и т.д.) психики человека, 3) Форма психического отражения, образование, содержание и функционирование которой не являются предметом специальной вненаучной рефлексии, 4) Состояние человека, характеризующееся отсутствием сознания. В европейской рациональной традиции идея о Б. психическом восходит к эпохе создания философии (к учению Сократа и Платона об анамнесисе - знании-припоминании и др.). В различных значениях и смыслах проблема Б. ставилась и разрабатывалась в философии и психологии на протяжении всей их истории. Существенный вклад в изучение проблемы Б. внесли: Спиноза (неосознаваемые «причины, детерминирующие желание»), Лейбниц (трактовка Б. как низшей формы душевной деятельности), Д. Гартли (связь Б. с деятельностью нервной системы), Кант (связь Б. с проблемами интуитивного и чувственного познания), Шопенгауэр (идеи о бессознательных внутренних импульсах), К. Карус (»ключ сознания в подсознательном»), Э. Гартман (»философия Б.»), Г. Фехнер (представление о «душе-айсберге»), Вундт (»неосознаваемое мышление», «неосознаваемый характер процессов восприятия», «неосознаваемые логические процессы»), Г. Гельмгольц (учение о «бессознательных умозаключениях»), И. Сеченов (»бессознательные ощущения или чувствования»), Павлов (»бессознательная психическая жизнь»), Бехтерев (активность «Б.»), А. Льебо и И. Берн-гейм (постгипнотическое внушение и поведение), Шарко (идеи о невидимой и неосознаваемой психической травме), Лебон (бессознательный характер поведения людей; Б. как доминирующая совокупность психических процессов, всегда преобладающая в толпе и управляющая «коллективной душой» толпы), Жане (психические автоматизмы и бессознательные факторы неврозов) и многие другие. В 20 в.наиболее подробно и систематически представление о Б. разрабатывается в границах психоаналитической традиции. Принципиально важные результаты были получены Фрейдом, создавшим психологическое определение Б. и учение о Б., а также Юнгом, развившим идеи о психоидном, личном и коллективном Б., Морено, разработавшим концепцию «общего Б.» и Фроммом, развивавшем идеи о «социальном Б.». В общем совокупность этих психоаналитически ориентированных дополнительных идей и концепций дает определенное представление о природе и сущности Б. и его проявлениях на индивидуальном, групповом и социальном уровнях. По Фрейду, 1) Б. - это психические процессы, «которые проявляются активно и в то же время не доходят до сознания переживающего их лица», 2) Б. - основная и наиболее содержательная система психики человека (Б. - предсознательное - сознательное), регулирующаяся принципом удовольствия и включающая в себя различные врожденные и вытесненные элементы, влечения, импульсы, желания, мотивы, установки, стремления, комплексы и пр., характеризующиеся неосознаваемостью, сексуальностью, асоциальностью и т.д. По мысли Фрейда, в Б. идет постоянная борьба Эроса (влечений и сил жизни, сексуальности и самосохранения) и Танатоса (влечений и сил смерти, деструкции и агрессии), использующих энергию сексуального влечения (либидо). Согласно психоаналитическому учению, содержание 6. включает в себя: 1) содержание, которое никогда не присутствовало в сознании индивида и 2) содержание, которое присутствовало в сознании, но было вытеснено из него в Б. (желания, воспоминания, образы и т.д.). Принимая Б. и его содержание в качестве источника неврозов и личностных конфликтов, Фрейд создал психоаналитическую терапию, ориентированную на познание Б. и излечение пациентов через осознание Б. (вытесненного). Трактуя Б. как «истинно реальное психическое» и подчеркивая, что «все душевные процессы по существу бессознательны», Фрейд, вместе с тем, обращал особое внимание на борьбу Б. и сознательного (сознания) как одну из атрибутивных и базисных основ психической деятельности и поведения человека. Коррентное определение Б. психического, исследование его, создание учения о Б. и внедрение представлений о нем в психологию и другие человековедческие науки были выдающимися достижениями Фрейда, влияние и значение которых трудно переоценить. По Юнгу, Б. состоит из трех слоев: 1) «Личностного Б.» - поверхностного слоя Б., включающего в себя преимущественно эмоционально окрашенные представления и комплексы, образующие интимную душевную жизнь личности; 2) «Коллективного Б.» - врожденного глубокого слоя Б., общего центра и ядра психики, имеющего не индивидуальную, а всеобщую природу, репрезентирующую опыт предшествовавших поколений людей и включающего в себя сверхличное универсальное содержание и образцы, выступающие в качестве всеобщего основания душевной жизни; «содержаниями коллективного Б.» в основном являются архетипы - наследуемые всеобщие образцы, символы и стереотипы психической деятельности и поведения; 3) «Психоидного Б.» - наиболее фундаментального уровня Б., обладающего свойствами общими с органическим миром и относительно нейтральным характером, в силу чего оно, не будучи полностью ни психическим, ни физиологическим, практически полностью недоступно сознанию. По Морено, существенно важным основанием и механизмом общения и взаимодействия людей является «общее Б.», возникающее при продолжительном контакте между партнерами и содействующее снятию интерперсональных ролевых конфликтов. По Фромму, значительную роль в организации человеческой жизнедеятельности играет «социальное Б.», являющее собой «вытесненные сферы, свойственные большинству членов общества» и содержащие то, что данное «общество не может позволить своим членам довести до осознания». Непосредственные и опосредованные действия индивидуального, коллективного и социального Б. проявляются в диапазоне от элементарных психических актов до творчества и оказывают влияние на все стороны жизни людей в норме и патологии. В современной психологии обычно выделяют несколько классов проявлений Б.: 1) неосознаваемые побудители деятельности (неосознаваемые мотивы и установки); 2) неосознаваемые механизмы и регуляторы деятельности, обеспечивающие ее автоматический характер (операциональные установки и стереотипы автоматизированного поведения); 3) неосознаваемые субсенсорные (подпороговые) процессы и механизмы (восприятия и пр.); 4) неосознаваемые социальные программы (ценности, установки, нормы и т.д.). В психоанализе и постфрейдизме в качестве основных методов познания Б. (а также диагностики и терапии) используются: анализ свободных ассоциаций, анализ сновидений, анализ ошибочных действий повседневной жизни, исследование мифов, сказок, фантазий, символов и т.д. Существующая фрагментарность представлений о Б. и весьма значительная роль этой проблемы дают основания полагать, что создание современной общей теории психического Б. является одной из наиболее актуальных задач теоретической психологии.

  найдено в  "Новейшем философском словаре"
(бессознательное психическое) — в наиболее распространенных значениях: 1) Совокупность активных психических образований, состояний, процессов, механизмов, операций и действий человека, неосознаваемых им без применения специальных методов, 2) Самая обширная и наиболее содержательная часть (система, сфера, область, инстанция и т.д.) психики человека, 3) Форма психического отражения, образование, содержание и функционирование которой не являются предметом специальной вненаучной рефлексии, 4) Состояние человека, характеризующееся отсутствием сознания. В европейской рациональной традиции идея о Б. психическом восходит к эпохе создания философии (к учению Сократа и Платона об анамнесисе — знании-припоминании и др.). В различных значениях и смыслах проблема Б. ставилась и разрабатывалась в философии и психологии на протяжении всей их истории. Существенный вклад в изучение проблемы Б. внесли: Спиноза (неосознаваемые "причины, детерминирующие желание"), Лейбниц (трактовка Б. как низшей формы душевной деятельности), Д. Гартли (связь Б. с деятельностью нервной системы), Кант (связь Б. с проблемами интуитивного и чувственного познания), Шопенгауэр (идеи о бессознательных внутренних импульсах), К. Карус ("ключ сознания в подсознательном"), Э. Гартман ("философия Б."), Г. Фехнер (представление о "душе-айсберге"), Вундт ("неосознаваемое мышление", "неосознаваемый характер процессов восприятия", "неосознаваемые логические процессы"), Г. Гельмгольц (учение о "бессознательных умозаключениях"), И. Сеченов ("бессознательные ощущения или чувствования"), Павлов ("бессознательная психическая жизнь"), Бехтерев (активность "Б."), А. Льебо и И. Берн-гейм (постгипнотическое внушение и поведение), Шарко (идеи о невидимой и неосознаваемой психической травме), Лебон (бессознательный характер поведения людей; Б. как доминирующая совокупность психических процессов, всегда преобладающая в толпе и управляющая "коллективной душой" толпы), Жане (психические автоматизмы и бессознательные факторы неврозов) и многие другие. В 20 в. наиболее подробно и систематически представление о Б. разрабатывается в границах психоаналитической традиции. Принципиально важные результаты были получены Фрейдом, создавшим психологическое определение Б. и учение о Б., а также Юнгом, развившим идеи о психоидном, личном и коллективном Б., Морено, разработавшим концепцию "общего Б." и Фроммом, развивавшем идеи о "социальном Б.". В общем совокупность этих психоаналитически ориентированных дополнительных идей и концепций дает определенное представление о природе и сущности Б. и его проявлениях на индивидуальном, групповом и социальном уровнях. По Фрейду, 1) Б. — это психические процессы, "которые проявляются активно и в то же время не доходят до сознания переживающего их лица", 2) Б. — основная и наиболее содержательная система психики человека (Б. — предсознательное — сознательное), регулирующаяся принципом удовольствия и включающая в себя различные врожденные и вытесненные элементы, влечения, импульсы, желания, мотивы, установки, стремления, комплексы и пр., характеризующиеся неосознаваемостью, сексуальностью, асоциальностью и т.д. По мысли Фрейда, в Б. идет постоянная борьба Эроса (влечений и сил жизни, сексуальности и самосохранения) и Танатоса (влечений и сил смерти, деструкции и агрессии), использующих энергию сексуального влечения (либидо). Согласно психоаналитическому учению, содержание 6. включает в себя: 1) содержание, которое никогда не присутствовало в сознании индивида и 2) содержание, которое присутствовало в сознании, но было вытеснено из него в Б. (желания, воспоминания, образы и т.д.). Принимая Б. и его содержание в качестве источника неврозов и личностных конфликтов, Фрейд создал психоаналитическую терапию, ориентированную на познание Б. и излечение пациентов через осознание Б. (вытесненного). Трактуя Б. как "истинно реальное психическое" и подчеркивая, что "все душевные процессы по существу бессознательны", Фрейд, вместе с тем, обращал особое внимание на борьбу Б. и сознательного (сознания) как одну из атрибутивных и базисных основ психической деятельности и поведения человека. Коррентное определение Б. психического, исследование его, создание учения о Б. и внедрение представлений о нем в психологию и другие человековедческие науки были выдающимися достижениями Фрейда, влияние и значение которых трудно переоценить. По Юнгу, Б. состоит из трех слоев: 1) "Личностного Б." — поверхностного слоя Б., включающего в себя преимущественно эмоционально окрашенные представления и комплексы, образующие интимную душевную жизнь личности; 2) "Коллективного Б." — врожденного глубокого слоя Б., общего центра и ядра психики, имеющего не индивидуальную, а всеобщую природу, репрезентирующую опыт предшествовавших поколений людей и включающего в себя сверхличное универсальное содержание и образцы, выступающие в качестве всеобщего основания душевной жизни; "содержаниями коллективного Б." в основном являются архетипы — наследуемые всеобщие образцы, символы и стереотипы психической деятельности и поведения; 3) "Психоидного Б." — наиболее фундаментального уровня Б., обладающего свойствами общими с органическим миром и относительно нейтральным характером, в силу чего оно, не будучи полностью ни психическим, ни физиологическим, практически полностью недоступно сознанию. По Морено, существенно важным основанием и механизмом общения и взаимодействия людей является "общее Б.", возникающее при продолжительном контакте между партнерами и содействующее снятию интерперсональных ролевых конфликтов. По Фромму, значительную роль в организации человеческой жизнедеятельности играет "социальное Б.", являющее собой "вытесненные сферы, свойственные большинству членов общества" и содержащие то, что данное "общество не может позволить своим членам довести до осознания". Непосредственные и опосредованные действия индивидуального, коллективного и социального Б. проявляются в диапазоне от элементарных психических актов до творчества и оказывают влияние на все стороны жизни людей в норме и патологии. В современной психологии обычно выделяют несколько классов проявлений Б.: 1) неосознаваемые побудители деятельности (неосознаваемые мотивы и установки); 2) неосознаваемые механизмы и регуляторы деятельности, обеспечивающие ее автоматический характер (операциональные установки и стереотипы автоматизированного поведения); 3) неосознаваемые субсенсорные (подпороговые) процессы и механизмы (восприятия и пр.); 4) неосознаваемые социальные программы (ценности, установки, нормы и т.д.). В психоанализе и постфрейдизме в качестве основных методов познания Б. (а также диагностики и терапии) используются: анализ свободных ассоциаций, анализ сновидений, анализ ошибочных действий повседневной жизни, исследование мифов, сказок, фантазий, символов и т.д. Существующая фрагментарность представлений о Б. и весьма значительная роль этой проблемы дают основания полагать, что создание современной общей теории психического Б. является одной из наиболее актуальных задач теоретической психологии. В.И. Овчаренко
  найдено в  "Энциклопедии культурологии"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ
термин психоанализа, под которым понимается то, о чем человек не подозревает в своей психической жизни. Понятие Б. - основа психоаналитической теории. "Деление психики на сознательное и бессознательное, - писал Фрейд, - является основной предпосылкой психоанализа, и только оно дает ему возможность понять и подвергнуть научному исследованию часто наблюдающиеся и очень важные патологические процессы сознательной жизни". Далее Фрейд пишет: "Психический элемент не бывает на протяжении долгого времени сознательным и часто переходит в бессознательное. Здесь начинается психоаналитическая теория, которая утверждает, что такие представления не становятся сознательными потому, что им противодействует известная сила". Эта сила, которая уводит сознательные элементы в Б., называется вытеснением, а та сила, которая препятствует их возвращению к сознанию, называется сопротивлением (см. ПСИХОАНАЛИЗ). Однако работа психоанализа в том и состоит, чтобы, подавив сопротивление, вывести из Б. те элементы, которые там находятся и которые способствуют болезненным проявлениям индивида. В этом цель и смысл психоаналитической практики. Без помощи аналитика вытесненные в Б. элементы, по Фрейду, не могут самостоятельно перейти в сознание и тем самым дать исчезнуть болезненным невротическим симптомам. Б. в противоположность сознательному Я называется Фрейдом Оно. Оно - это та сила в структууре психики человека, где господствуют страсти, где господствует "принцип удовольствия". Я старается Подавить Оно, заменить принцип удовольствия "принципом реальности". Так, мы, живя в социуме, подавляем свои низменные Б. инстинкты. Когда же они прорываются, то происходят известные преступления "на почве аффекта" - изнасилования, убийства из-за ревности и т.д. Это означает, что Оно вышло из-под контроля Я. Но не только глубинные низменные страсти являются, по Фрейду, Б., оно окутывает сознательное Я не только снизу, но и сверху. Фрейд пишет: "Однако гораздо большее недоумение вызывает знакомство с другим фактом. Из наших анализов мы узнаем, что существуют люди, у которых самокритика и совесть, то есть бесспорно высокоценные душевные проявления, оказываются бессознательными и, оставаясь таковыми, обусловливают важнейшие поступки; то обстоятельство, что сопротивление в анализе остается бессознательным, не является, следовательно, единственной ситуацией такого рода. Еще более смущает нас новое наблюдение, приводящее к необходимости, несмотря на самую тщательную критику, считаться с бессознательным чувством вины - факт, который задает новые загадки, в особенности если мы все больше и больше приходим к убеждению что б е с с о з н а т е л ь н о е ч у в с т в о в и н ы (здесь и далее в цитатах разрядка Фрейда. - В.Р.) играет в большинстве неврозов экономически решающую роль и создает сильнейшее препятствие выздоровлению. Возвращаясь к нашей оценочной шкале, мы должны сказать: не только глубокое, но и наиболее высокое в Я может быть бессознательным". Это высокое Б. Фрейд называет Сверх-Я или Я-идеал. Это то, к чему человек стремится, чему он бессознательно поклоняется. Чаще всего в детстве таким Б. Я-идеалом является отец, и сложные взаимодействия между Я, Оно и Сверх-Я происходит под влиянием Эдипова комплекса (см. ЭДИПОВ КОМПЛЕКС). Фрейд пишет: "отношение Сверх-Я к Я не исчерпывается требованием "т ы д о л ж е н быть таким же (как отец)": оно выражает также запрет: "Таким (как отец) ты н е с м е е ш ь быть, то есть не смеешь делать все то, что делает отец; некоторые поступки остаются его исключительным правом". Таким образом, Б. Оно, формирующее Эдипов комплекс, наталкивается на Б. Сверх-Я, которое препятствует проявлению Оно. Если в Оно господствует принцип удовольствия, если в Я он сменяется принципом реальности, то в Сверх-Я начинает господствовать принцип идеальности, который тоже является бессознательным, удеживающим Оно от проявлений принципа удовольствия, в частности посягательства индивида на жизнь отца и тело матери. Если Оно желает убить отца, а Я боится это сделать, то Сверх-Я слишком уважает отца. Интересно, что все эти страсти бушуют в едва сформировавшейся душе маленького ребенка совершенно помимо его сознания. По мнению Фрейда, из Б. Сверх-Я вырастают религии. Он пишет: "Легко показать, что Я-идеал соответствует всем требованиям, предъявляемым к высшему началу в человеке. В качестве заместителя страстного влечения к отцу оно содержит в себе зерно, из которого выросли все религии. Суждение о собственной недостаточности при сравнении Я со своим идеалом вызывает то смиренное религиозное ощущение, на которое опирается страстно верующий. В дальнейшем ходе развития роль отца переходит к учителю и авторитетам; их заповеди и запреты сохраняют свою силу в Я-идеале, осуществляя в качестве с о в е с т и моральную цензуру. Несогласие между требованиями совестии действиями Я ощущается как ч у в с т в о в и н ы. Социальные чувства покоятся на идентификации с другими людьми на основе одинакового Я-идеала. Эта теория Б., изложенная в книге Фрейда "Я и Оно", носит не по фрейдовски схоластичный характер. Несмотря на свою глубинуи логическую правомерность, она не оказала решающего воздействия на дальнейшее развитие психоанализа. Во всяком случае, понятие коллективного Б., с которым выступил Юнг в своей аналитической психологии, содержит в принципе лишь те черты, которые присущи фрейдовскому понятию Оно, то есть низменному индивидуальному Б.

Словарь культуры XX века..

Бессознательное
см.: Фрейд

Лексикон нонклассики. Художественно-эстетическая культура XX века...2003.


  найдено в  "К.Юнг. Словаре терминов"
Понятие бессознательного есть для меня понятие исключительно психологическое, а не философское в смысле метафизическом. Бессознательное есть, по-моему, предельное психологическое понятие, покрывающее все те психические содержания или процессы, которые не осознаются, то есть которые не отнесены воспринимаемым образом к нашему эго (см.). Право говорить вообще о существовании бессознательных процессов я извлекаю исключительно и единственно из опыта, и притом прежде всего из психопатологического опыта, который с несомненностью показывает, что, например, в случае истерической амнезии эго ничего не знает о существовании обширных психических комплексов, но что простой гипнотический прием оказывается в состоянии через минуту довести до полной репродукции утраченное содержание. Из тысяч таких наблюдений было выведено право говорить о существовании бессознательных психических содержаний. Вопрос о том, в каком состоянии находится бессознательное содержание, пока оно не присоединено к сознанию, не поддается никакому познавательному разрешению. Поэтому совершенно излишне делать какие бы то ни было предположения на этот счет. К таким фантазиям принадлежит предположение о церебрации, о физиологическом процессе и т. д. Точно так же совершенно невозможно указать, каков объем бессознательного, то есть какие содержания оно включает в себя. Эти вопросы решает только опыт. На основании опыта мы знаем прежде всего, что сознательные содержания, утрачивая свою энергетическую ценность, могут становиться бессознательными. Это нормальный процесс забывания. О том, что эти содержания не просто пропадают под порогом сознания, мы знаем на основании того опыта, что при благоприятных обстоятельствах они могут всплыть из погружения даже через десятки лет, например в сновидении, в состоянии гипноза, в форме криптомнезии или же благодаря освежению ассоциаций, связанных с забытым содержанием. /98С.1-34. "Криптомнезия"; 99С.225-330/ Далее, опыт учит нас, что сознательные содержания могут попадать под порог сознания, не слишком много теряя в своей ценности, путем интенционального забывания, которое Фрейд называет вытеснением тягостных содержаний. Подобное же явление возникает при диссоциации личности, при разложении целостности сознания вследствие сильного аффекта, или в результате нервного шока, или же при распаде личности в шизофрении (Блейлер). Мы знаем также из опыта, что чувственные перцепции вследствие их малой интенсивности или вследствие уклонения внимания не доходят до сознательной апперцепции (см.) и все-таки становятся психическими содержаниями благодаря бессознательной апперцепции, что опять-таки может быть доказано, например, гипнозом. То же самое может происходить с известными умозаключениями и другими комбинациями, которые вследствие своей слишком незначительной ценности или вследствие уклонения внимания остаются бессознательными. Наконец, опыт учит нас и тому, что существуют бессознательные психические сочетания, например мифологические образы, которые никогда не были предметом сознания и, следовательно, возникают всецело из бессознательной деятельности. В этих пределах опыт дает нам основание для признания существования бессознательных содержаний. Но опыт ничего не может поведать нам о том, чем может быть бессознательное содержание. Было бы праздным делом высказывать об этом предположения, потому что невозможно обозреть все, что только могло бы быть бессознательным содержанием. Где лежит низший предел сублиминальных чувственных перцепций? Существует ли какое-либо мерило для тонкости или пределов бессознательных комбинаций? Когда забытое содержание окончательно угасло? На все эти вопросы ответов нет. Но уже приобретенный нами опыт о природе бессознательных содержаний все же позволяет нам установить некоторое общее их подразделение. Мы можем различать личное бессознательное, охватывающее все приобретения личного существования, и в том числе забытое, вытесненное, воспринятое под порогом сознания, подуманное и прочувствованное. Но наряду с этими личными бессознательными содержаниями существуют и другие содержания, возникающие не из личных приобретений, а из наследственной возможности психического функционирования вообще, именно из наследственной структуры мозга. Таковы мифологические сочетания, мотивы и образы, которые всегда и всюду могут возникнуть вновь помимо исторической традиции или миграции. Эти содержания я называю коллективно-бессознательными. Подобно тому как сознательные содержания участвуют в определенной деятельности, так участвуют в ней и бессознательные содержания, как показывает нам опыт. Как из сознательной психической деятельности возникают известные результаты или продукты, точно так же создаются продукты и в бессознательной деятельности, например сновидения и фантазии (см.). Было бы праздным делом предаваться спекулятивным соображениям о том, сколь велико участие сознания, например, в сновидениях. Сновидение является, представляется нам, мы не создаем его. Конечно, сознательная репродукция, или даже уже восприятие, изменяет в нем многое, однако не отменяя того основного факта, что здесь имеет место некое творческое возбуждение, возникающее из бессознательного. Функциональное отношение бессознательных процессов к сознанию мы можем назвать компенсационным (см. компенсация), потому что, согласно опыту, бессознательный процесс вызывает наружу тот сублиминальный материал, который констеллирован состоянием сознания, значит, все те содержания, которые, если бы все было осознано, не могли бы отсутствовать в сознательной картине общей ситуации. Компенсационная функция бессознательного выступает на свет тем отчетливее, чем односторонней оказывается сознательная установка, чему патология дает богатые примеры.
  найдено в  "Словаре терминов"
Понятие бессознательного есть для меня понятие исключительно психологическое, а не философское в смысле метафизическом. Бессознательное есть, по-моему, предельное психологическое понятие, покрывающее все те психические содержания или процессы, которые не осознаются, то есть которые не отнесены воспринимаемым образом к нашему эго. Право говорить вообще о существовании бессознательных процессов я извлекаю исключительно и единственно из опыта, и притом прежде всего из психопатологического опыта, который с несомненностью показывает, что, например, в случае истерической амнезии эго ничего не знает о существовании обширных психических комплексов, но что простой гипнотический прием оказывается в состоянии через минуту довести до полной репродукции утраченное содержание. Из тысяч таких наблюдений было выведено право говорить о существовании бессознательных психических содержаний. Вопрос о том, в каком состоянии находится бессознательное содержание, пока оно не присоединено к сознанию, не поддается никакому познавательному разрешению. Поэтому совершенно излишне делать какие бы то ни было предположения на этот счет. К таким фантазиям принадлежит предположение о церебрации, о физиологическом процессе и т. д. Точно так же совершенно невозможно указать, каков объем бессознательного, то есть какие содержания оно включает в себя. Эти вопросы решает только опыт. На основании опыта мы знаем прежде всего, что сознательные содержания, утрачивая свою энергетическую ценность, могут становиться бессознательными. Это нормальный процесс забывания. О том, что эти содержания не просто пропадают под порогом сознания, мы знаем на основании того опыта, что при благоприятных обстоятельствах они могут всплыть из погружения даже через десятки лет, например в сновидении, в состоянии гипноза, в форме криптомнезии или же благодаря освежению ассоциаций, связанных с забытым содержанием. /98- С.1-34. "Криптомнезия"; 99- С.225-330/ Далее, опыт учит нас, что сознательные содержания могут попадать под порог сознания, не слишком много теряя в своей ценности, путем интенционального забывания, которое Фрейд называет вытеснением тягостных содержаний. Подобное же явление возникает при диссоциации личности, при разложении целостности сознания вследствие сильного аффекта, или в результате нервного шока, или же при распаде личности в шизофрении (Блейлер). Мы знаем также из опыта, что чувственные перцепции вследствие их малой интенсивности или вследствие уклонения внимания не доходят до сознательной апперцепции и все-таки становятся психическими содержаниями благодаря бессознательной апперцепции, что опять-таки может быть доказано, например, гипнозом. То же самое может происходить с известными умозаключениями и другими комбинациями, которые вследствие своей слишком незначительной ценности или вследствие уклонения внимания остаются бессознательными. Наконец, опыт учит нас и тому, что существуют бессознательные психические сочетания, например мифологические образы, которые никогда не были предметом сознания и, следовательно, возникают всецело из бессознательной деятельности. В этих пределах опыт дает нам основание для признания существования бессознательных содержаний. Но опыт ничего не может поведать нам о том, чем может быть бессознательное содержание. Было бы праздным делом высказывать об этом предположения, потому что невозможно обозреть все, что только могло бы быть бессознательным содержанием. Где лежит низший предел сублиминальных чувственных перцепций? Существует ли какое-либо мерило для тонкости или пределов бессознательных комбинаций? Когда забытое содержание окончательно угасло? На все эти вопросы ответов нет. Но уже приобретенный нами опыт о природе бессознательных содержаний все же позволяет нам установить некоторое общее их подразделение. Мы можем различать личное бессознательное, охватывающее все приобретения личного существования, и в том числе забытое, вытесненное, воспринятое под порогом сознания, подуманное и прочувствованное. Но наряду с этими личными бессознательными содержаниями существуют и другие содержания, возникающие не из личных приобретений, а из наследственной возможности психического функционирования вообще, именно из наследственной структуры мозга. Таковы мифологические сочетания, мотивы и образы, которые всегда и всюду могут возникнуть вновь помимо исторической традиции или миграции. Эти содержания я называю коллективно-бессознательными. Подобно тому как сознательные содержания участвуют в определенной деятельности, так участвуют в ней и бессознательные содержания, как показывает нам опыт. Как из сознательной психической деятельности возникают известные результаты или продукты, точно так же создаются продукты и в бессознательной деятельности, например сновидения и фантазии. Было бы праздным делом предаваться спекулятивным соображениям о том, сколь велико участие сознания, например, в сновидениях. Сновидение является, представляется нам, мы не создаем его. Конечно, сознательная репродукция, или даже уже восприятие, изменяет в нем многое, однако не отменяя того основного факта, что здесь имеет место некое творческое возбуждение, возникающее из бессознательного. Функциональное отношение бессознательных процессов к сознанию мы можем назвать компенсационным (см. компенсация), потому что, согласно опыту, бессознательный процесс вызывает наружу тот сублиминальный материал, который констеллирован состоянием сознания, значит, все те содержания, которые, если бы все было осознано, не могли бы отсутствовать в сознательной картине общей ситуации. Компенсационная функция бессознательного выступает на свет тем отчетливее, чем односторонней оказывается сознательная установка, чему патология дает богатые примеры.
  найдено в  " Словаре практического психолога"
1. Совокупность психических процессов актов и состояний, обусловленных явлениями действительности, в отношении коих отсутствует субъективный, сознательный контроль, и во влиянии коих субъект не отдает себе отчета. Бессознательным оказывается все то, что не становится предметом особых действий по осознанию. 2. Форма отражения психического, в коей образ действительности и отношение к ней субъекта не выступают как предмет специальной рефлексии и составляют нераздельное целое. Отличается от сознания тем, что отражаемая им реальность сливается с переживаниями субъекта, с его отношениями к миру; поэтому в бессознательном невозможны произвольный контроль действий и оценка их результатов. В бессознательном действительность переживается через такие формы уподобления и отождествления себя с другими людьми и явлениями: 1) непосредственное эмоциональное вчувствование; 2) идентификация; 3) заражение эмоциональное; 4) объединение различных явлений в один ряд через сопричастие, а не через выявление логических противоречий и различий между объектами по каким-то существенным признакам. Зачастую в бессознательном прошлое, настоящее и будущее сосуществуют, объединяясь в одном психическом акте (например, в сновидении). Бессознательное находит выражение в ранних формах познания ребенком действительности и в первобытном мышлении, в интуиции, аффектах, панике, гипнозе, сновидениях, в привычных действиях, в подпороговом восприятии (-> восприятие субсенсорное), в непроизвольном запоминании и прочем; а также в стремлениях, чувствах и поступках, причины коих не осознаются. Выделяются четыре класса проявлений бессознательного: 1) надсознательные явления (-> надсознательное); 2) неосознаваемые побудители деятельности (-> побудитель неосознаваемый) - неосознаваемые мотивы и смысловые установки, обусловливаемые имеющим смысл личностный желаемым будущим. 3) неосознаваемые регуляторы способов выполнения деятельности (-> регулятор неосознаваемый); 4) проявления восприятия субсенсорного. Развитие представлений о природе бессознательного, специфике его проявлений, механизмах и функциях в регуляции поведения - необходимое условие создания целостной картины психической жизни личности. Бессознательное. Термин З. Фрейда, означающий самую важную, содержательную и обширную систему психики, включающую различные, В том числе противоположные, неосознаваемые "первичные" влечения, инстинкты, желания, импульсы, мысли и пр. Именно Фрейд начал экспериментальную разработку понятия бессознательного. Он показал, что многие действия, в реализации коих человек не отдает себе отчет, имеют осмысленный характер и не могут объясняться действием инстинктов. Он рассмотрел, как некая мотивация проявляется в сновидениях, невротических симптомах, в творчестве. Сами по себе процессы психические бессознательны: сознательны лишь отдельные акты и стороны душевной жизни. Бессознательное являет собой асоциальную, аморальную и алогичную инстанцию психики, где действуют мощные безличные силы жизни и смерти; поэтому оно может рассматриваться как истинно реальное психическое. Основной регулятор этой системы - принцип удовольствия (=> процесс душевный бессознательный). Содержания этой области не осознаются не потому, что они слабы (как в предсознательном): они сильны, и сила их проявляется в том, что они оказывают влияние на действия и состояния субъекта. Их отличительные свойства - действенность и трудность перехода в сознание. Это объясняется работой двух постулированных психических механизмов - вытеснения и сопротивления. К бессознательному относятся те желания, влечения, переживания, в коих человек не может себе признаться и кои поэтому либо не допускаются к сознанию, либо вытесняются из него - как бы забываются, но все же остаются в душевной жизни и стремятся к реализации, побуждая своего "хозяина" к тем или иным поступкам, проявляясь в них в искаженном виде - в сновидениях, творчестве, фантазиях, невротических нарушениях, оговорках и пр. Такая своеобразная цензура возникает прежде всего потому, что эти запретные желания и переживания не соответствуют правилам запретам и идеалам, кои выработаны под влиянием взаимодействия с окружением, и в первую очередь - взаимоотношений с родителями в детстве. Эти переживания как бы аморальны, хотя и естественны. Подавленные желания, внутренний конфликт влечения и запрета - причина психологических сложностей и страданий, доходящих до невротических заболеваний. Стремясь к реализации, бессознательное как бы находит пути обхода цензуры. А сновидения, оговорки и пр. - своеобразный символический язык, который можно расшифровать. Итак, три основные формы проявления бессознательного - это сновидения, действия ошибочные и симптомы невротические. В дальнейшем понятие бессознательного было существенно расширено. Выделяется несколько основных классов проявлений бессознательного: 1) неосознаваемые мотивы - истинный смысл коих не осознается в силу их социальной неприемлемости или противоречия с другими мотивами; 2) поведенческие автоматизмы и стереотипы - действующие в привычной ситуации, осознание коих излишне в силу их отработанности; 3) восприятие подпороговое - в силу большого объема информации не осознаваемое. Бессознательное: вид (два вида бессознательного). Согласно З. Фрейду, в динамическом смысле существует лишь один вид бессознательного, тогда как в описательном - два вида: 1) латентное - способное стать сознательным (-> предсознательное); 2) вытесненное - само по себе не могущее стать сознательным.
  найдено в  "Словаре по аналитической психологии"
(Unconscious; Unbewusst, das Unbe-wusste) — целокупность всех психических явлений, не обладающих свойством сознательности, не относящихся к сознанию. «Бессознательное является источником инстинктивных сил психического и регулирующих их форм или категорий, а именно архетипов (CW 8, par. 342).«Понятие бессознательного есть для меня понятие исключительно психологическое, а не философское, в смысле метафизическом. Бессознательное есть, по-моему, предельное психологическое понятие, покрывающее все те психические содержания или процессы, которые не осознаются, т. е. которые не отнесены воспринимаемым образом к нашему эго. Право говорить вообще о существовании бессознательных процессов я извлекаю исключительно и единственно из опыта, и притом прежде всего из психопатологического опыта, который с несомненностью показывает, что, например, в случае истерической амнезии, эго ничего не знает о существовании обширных психических комплексов, но что простой гипнотический прием оказывается в состоянии через минуту довести до полной репродукции утраченное содержание (ПТ, пар. 687). Вопрос о том, в каком состоянии находится бессознательное содержание, пока оно не присоединено к сознанию,— не поддается никакому познавательному разрешению. Поэтому совершенно излишне делать какие бы то ни было предположения на этот счет.К таким фантазиям принадлежит предположение о церебрации, о физиологическом процессе и т. д. Точно так же совершенно невозможно указать, каков объем бессознательного, т. е. какие содержания оно включает в себя. Эти вопросы решает только опыт. На основании опыта мы знаем прежде всего, что сознательные содержания, утрачивая свою энергетическую ценность, могут становиться бессознательными. Это нормальный процесс забывания. О том, что эти содержания не просто пропадают под порогом сознания, мы знаем на основании того опыта, что при благоприятных обстоятельствах они могут всплыть из погружения даже через десятки лет, например в сновидении, в состоянии гипноза, в форме криптомнезии или же благодаря освежению ассоциаций, связанных с забытым содержанием.Далее, опыт учит нас, что сознательные содержания могут попадать под порог сознания, не слишком много теряя в своей ценности, — путем интенционального забывания, которое Фрейд называет вытеснением тягостных содержаний. Подобное же явление возникает при диссоциации личности, при разложении целостности сознания вследствие сильного аффекта или в результате нервного шока, или же при распаде личности в шизофрении. Мы знаем также из опыта, что чувственные перцепции вследствие их малой интенсивности или вследствие уклонения внимания не доходят до сознательной апперцепции и все-таки становятся психическими содержаниями благодаря бессознательной апперцепции, что опять-таки может быть доказано, например, гипнозом. То же самое может происходить с известными умозаключениями и другими комбинациями, которые вследствие своей слишком незначительной ценности или вследствие уклонения внимания остаются бессознательными. Наконец, опыт учит нас и тому, что существуют бессознательные психические сочетания, например мифологические образы, которые никогда не были предметом сознания и, следовательно, возникают всецело из бессознательной деятельности. В этих пределах опыт дает нам основание для признания существования бессознательных содержаний. Но опыт ничего не может поведать нам о том, чем может быть бессознательное содержание. Было бы праздным делом высказывать об этом предположения, потому что невозможно обозреть все, что только могло бы быть бессознательным содержанием. Где лежит низший предел сублиминальных чувственных перцепций? Существует ли какое-либо мерило для тонкости или пределов бессознательных комбинаций? Когда забытое содержание окончательно угасло? На все эти вопросы ответов нет» (ПТ, пар. 688—691).Далее Юнг выделяет в бессознательном личный и коллективный аспекты.«Но уже приобретенный нами опыт о природе бессознательных содержаний все же позволяет нам установить некоторое общее их подразделение. Мы можем различать личное бессознательное, охватывающее все приобретения личного существования, и в том числе забытое, вытесненное, воспринятое под порогом сознания, подуманное и прочувствованное. Но наряду с этими личными бессознательными содержаниями существуют и другие содержания, возникающие не из личных приобретений, а из наследственной возможности психического функционирования вообще, именно из наследственной структуры мозга. Таковы мифологические сочетания, мотивы и образы, которые всегда и всюду могут возникнуть вновь помимо исторической традиции или миграции. Эти содержания я называю коллективно-бессознательными. Подобно тому, как сознательные содержания участвуют в определенной деятельности, так участвуют в ней и бессознательные содержания, как показывает нам опыт. Как из сознательной психической деятельности возникают известные результаты или продукты, точно так же создаются продукты и в бессознательной деятельности, например сновидения и фантазии. Было бы праздным делом предаваться спекулятивным соображениям о том, сколь велико участие сознания, например, в сновидениях. Сновидение является, представляется нам, мы не создаем его. Конечно, сознательная репродукция или даже уже восприятие изменяет в нем многое, однако не отменяя того основного факта, что здесь имеет место некое творческое возбуждение, возникающее из бессознательного» (там же, пар. 692)
  найдено в  "Большой Советской энциклопедии"
        в широком смысле — совокупность психических процессов, операций и состояний, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологических теорий Б. — особая сфера психического или система процессов, качественно отличных от явлений сознания. Термин «Б.» используется также для характеристики индивидуального и группового поведения, действительной цели и последствия которого не осознаются. Термин «Б.» широко употребляется в философии и психологии, а также в психиатрии, психофизиологии, юридических науках, искусствоведении.
         Общая идея о Б., восходящая к учению Платона о познании-воспоминании (анамнезе), оставалась господствующей вплоть до нового времени. Иной характер она получила после постановки Р. Декартом проблемы сознания. Идеи Декарта, утверждавшего тождество сознательного и психического, послужили источником представлений о том, что за пределами сознания может иметь место только чисто физиологическая, но не психическая, деятельность мозга. Концепция Б. впервые четко сформулирована Г. Лейбницем («Монадология», 1720), трактовавшим Б. как низшую форму душевной деятельности, лежащую за порогом осознанных представлений, возвышающихся, подобно островкам, над океаном тёмных перцепций (восприятий). Первую попытку строго материалистического объяснения Б. предпринял Д. Гартли (Англия), связавший Б. с деятельностью нервной системы. Немецкая классическая философия касалась в основном гносеологического аспекта бессознательного. И. Кант связывает Б. с проблемой интуиции (См. Интуиция), вопросом о чувственном познании (бессознательный априорный синтез). Иной характер обрело Б. у поэтов-романтиков и теоретиков Романтизма, развивавших в противовес рационализму Просвещения своего рода культ Б. как глубинного источника творчества. Иррационалистическое учение о Б.выдвинул А. Шопенгауэр, продолжателем которого выступил Э. Гартман, возведший Б. в ранг универсального принципа, основы бытия и причины мирового процесса. В 19 в. началась линия собственно психологического изучения Б. (И. Ф. Гербарт, Г. Фехнер, В. Вундт, Т. Липпс — Германия). Динамическую характеристику Б. вводит Гербарт (1824), согласно которому несовместимые идеи могут вступать между собой в конфликт, причём более слабые вытесняются из сознания, но продолжают на него воздействовать, не теряя своих динамических свойств.
         Новый стимул в изучении Б. дали работы в области психопатологии, где в целях терапии стали применять специфические методы воздействия на Б. (первоначально — гипноз). Исследования, особенно французской психиатрической школы (Ж. Шарко и др.), позволили вскрыть отличную от сознательной психическую деятельность патогенного характера, не осознаваемую пациентом. Продолжением этой линии явилась концепция австрийского врача и психолога 3. Фрейда, начавшего с установления прямых связей между невротическими симптомами и воспоминаниями травматического характера, которые не осознаются в силу действия особого защитного механизма — вытеснения (См. Вытеснение). Отказавшись от физиологических объяснений, Фрейд представил Б. в виде могущественной иррациональной силы, антагонистичной деятельности сознания. Бессознательные влечения, по Фрейду, могут выявляться и ставиться под контроль сознания с помощью техники Психоанализа. Швейцарский психолог К. Юнг, помимо личного Б., ввёл понятие коллективного Б., объективной психики, разные уровни которой идентичны у лиц определенной группы, народа, всего человечества. Учение Фрейда о Б. получило чисто иррационалистическую трактовку в ряде современных буржуазных философско-психологических концепций.
         В советской психологии проблема Б. разрабатывается особенно в связи с теорией установки Д. Н. Узнадзе. Психофизиологические аспекты Б., изучавшиеся И. М. Сеченовым и И. П. Павловым, исследуются в связи с анализом сна и гипнотических состояний, корковых и подкорковых образований, явлений Автоматизма в трудовой и спортивной деятельности и т.д. В последнее время обсуждаются возможности применения кибернетических представлений и методов моделирования Б. Несмотря на многочисленные попытки, пока не удалось построить целостной теории, объясняющей механизмы и структуру Б.
         Лит.: Новые идеи в философии, сб. 15 — Бессознательное, СПБ. 1914; Фрейд 3., Бессознательное, в его кн.: Основные психологические теории в психоанализе, М.—П., 1923; Сеченов И. М., Кому и как разрабатывать психологию?, Избр. произв, т. 1,. М., 1952; Бочоришвили А. Т., Проблема бессознательного в психологии,. Тб., 1961; Чхартишвили Ш. Н., Проблема бессознательного в советской психологии, Тб., 1966; Бассин. Ф. П., Проблема бессознательного, М., 1968; MacIntyre А. С., The unconscious. A conceptual analysis, L.—N. Y., 1958; Bellak L., The unconscious, «Annals of New York Academy of Sciences», 1959, v. 76, art. 4; Whyte L. L., Unconscious before Freud, N. Y., [I960]; L’Inconscient. 6 Colloque de Bonneval, P., 1966.
         Д. Н. Ляликов.

  найдено в  "Истории и философии науки. Энциклопедическом словаре"
в широком смысле: совокупность процессов, компонентов психич. деятельности и мышления, не поддающихся рациональной (сознательной) рефлексии. В узком смысле: сфера индивидуальной или коллективной психики, в крой осуществляются неосознаваемые психич. процессы. До формирования теор. психологии и психиатрии (конец XVIII — начало XIX вв.) проблема Б. решалась в религ.-мистич. и филос. учениях. В первом случае акцентировалась его связь с «неисповедимой» волей богов, сверхъестеств. основаниями бытия в целом. Наиболее существенны проявления Б. в религии и оккультно-магич. практике (см. Деятельность) — это мистич. опыт (созерцательное переживание тождества субъекта познания и божеств. сущности), экстаз (деятельное переживание того же рода) и сама вера как фундаментальный опыт сопричастности сверхъестественному. В ранних традициях филос. мысли Б. рассматривалось с близких позиций; особенно характерны в этом плане др.-вост. и раннесредневековая философия. В европ. философии XVII— XVIII вв. Б. соотносилось прежде всего со сферой непознанных маргинальных феноменов чел. психики и мышления, к-рые сами по себе рациональны. Декарт полагал, что за пределом сознания как всей совокупности действительных мыслительных процессов может осуществляться только чисто физиол. деятельность мозга и др. органов высшей нервной системы, к-рая не имеет позитивного значения и, подобно «животным инстинктам», должна преодолеваться метод. усилиями разума. Эту традицию продолжают Спиноза в своем учении об «аффектах души», преодолеваемых посредством познания всеобщей разумной необходимости, и Гоббс, предрекающий рассеяние «призраков сознания» в свете естеств. разума, поддержанного экспериментальной практикой. Т.о., Б. рассматривается как совокупность предрассудков, к-рые м.б. преодолены той или иной познавательной практикой или посредством просвещения. Мыслители, выдвигавшие иррационально-интуитивные аспекты миропонимания на первый план (Я.Беме, Б.Паскаль), занимают в философии того времени маргинальную позицию. В классической немецкой философии Б. уже не изгоняется из сферы рациональности, а включается в нее как один из диалектич. моментов саморазвивающегося разума. Напр., в философии И.Канта априорные основания познания, обеспечивающие его дискурсивность, сами по себе остаются вне рассудочной рефлексии, как и «трансцендентальная интуиция», позволяющая достичь целостной и непротиворечивой схемы действительности. В системах Гегеля и Шеллинга, к-рые считаются эталоном «панлогизма», развертывание рациональности бытия дано как восхождение его бессознательной и недифференцированной формы к высшим ступеням самосознания и самоопределения. Наследники и критики классич. идеализма по-своему воспроизводят эти мотивы. Так, в соц.-филос. учении Маркса важное место отведено концепции диалектич. восхождения от «пролетариата-в-себе» к «пролетариату-для-себя» — от аморфной «соц. материи» к оформленному, сознательному и самодеятельному бытию класса, от полубессознательной вовлеченности в классовую борьбу — к сознательной революционной деятельности. Аналогично объективнозакономерная эволюция об-ва и культуры в позитивизме Конта есть восхождение от бессознательнофантазийного производства «фикций» к полностью осознанному познанию и преобразованию физ., соц. и интеллектуальной реальности «избранными народами» Европы. Особое значение Б., истолкованное в онтологич. смысле, приобретает в концепциях филос. иррационализма XIX—XX вв., где оно выступает как определение универсальной основы бытия (волюнтаризм, философия жизни) или как фундаментальная характеристика персональной экзистенции, основа личностного бытия (персонализм, экзистенциализм). Хотя «культ Б.» характерен для философии второй половины XIX в., сама традиция его «онтологизации» восходит к идеям европ. романтизма конца XVIII — начала XIX вв. С начала XX в. проблема Б. получает интегральную разработку в рамках психоанализа. Психоаналитич. теории раннего (фрейдистского) типа рассматривают его как субстанциальную часть чел. психики, содержание и действие к-рой детерминируют практически все сознательно-рациональные формы жизни, соц. деятельности и самосознания индивида. Классики психоаналитич. традиции (З.Фрейд, К.Г.Юнг и др.) придают Б. статус, аналогичный статусу духовной субстанции в классич. филос. идеализме и материи — в материализме. Более поздние, или «неклассич.», концепции психоанализа, как правило, рассматривают Б. как процесс, свойство чел. мышления и деятельности, неотделимое от его рационально-логич. аспектов, или отождествляют Б. со сверхиндивидуальными явлениями соц. и культ. сферы (язык, нормативная система об-ва и т.д.). Е.В.Гутов
  найдено в  "Энциклопедии Кольера"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕв психологии - вся совокупность содержания психической жизни, которая недоступна непосредственному осознанию. Это понятие не следует смешивать с отсутствием осознания вследствие нежелания индивида разобраться в себе (т.е. заниматься интроспекцией). Кроме того, бессознательное (подсознание) отличается от предсознания (включающего, например, воспоминания), содержание которого может быть легко осознано. Бессознательные процессы невозможно выявить простым усилием воли; их раскрытие требует использования особых приемов, таких, как свободные ассоциации, интерпретация сновидений, различные методики целостного изучения личности (в том числе проективные тесты) и гипноз.Многие века мыслители, изучавшие человеческую природу, считали, что понятие бессознательного внутренне противоречиво. Однако некоторые философы - Августин, Г.Лейбниц, И.Гербарт, а также Г.Фехнер и Г.Гельмгольц, занимавшиеся экспериментальной психологией, отмечали, что психологические операции могут производиться без их осознания субъектом действия.Роль бессознательного в развитии психических расстройств была продемонстрирована в трудах психологов и психиатров. Так, Ж.Шарко показал, что симптомы возникшего в результате травмы невроза являются результатом не поражения нервной ткани, а бессознательных воспоминаний о перенесенной травме. П.Жане применил понятие "бессознательных идей фикс" к анализу истерии и пришел к выводу, что травматические представления, хотя и отделенные от сознания, проявляются в форме истерического синдрома. Жане сообщил об излечении нескольких больных истерией с помощью гипноза, который он применял с целью обнаружения первоначальной травмы и вторичного переживания ее пациентом. Й.Брейер лечил больную истерией путем введения ее в гипнотическое состояние с последующим разъяснением обстоятельств, связанных с ее трудностями. Как только ситуация травмы оказалась раскрытой, симптомы истерии исчезли.Фрейд заменил гипноз особыми методиками свободных ассоциаций и толкования сновидений. Он утверждал, что содержания бессознательного не только сами уходят, но и "вытесняются", т.е. насильно изгоняются из сознания. Невротические симптомы выражают конфликт между вытесняющими силами и вытесняемым материалом, и этот конфликт вызывает сопротивление, с которым сталкивается психоаналитик, когда пытается раскрыть вытесненный материал. Кроме случайных психических травм, вытесняется целый период раннего детства, включая эдипову ситуацию (бессознательное влечение к родителю противоположного пола). У нормального человека эти события раннего детства незаметно для него самого воздействует на мысли, чувства и поступки; у невротика они определяют широкое разнообразие симптомов, которые психоаналитик старается проследить вплоть до их бессознательных источников. Иррациональные установки пациента по отношению к психоаналитику во время психоаналитического лечения получили название "переноса" или "трансфера"; они являются возрождением старых забытых установок по отношению к родителям. Задача психоаналитика - вместе с пациентом проанализировать его сопротивление и "перенос", с тем чтобы пациент мог полностью осознать свою бессознательную мотивацию.Юнг считал, что бессознательное - это независимая часть психики, обладающая собственной динамикой и дополняющая ее сознательную часть. Он различал индивидуальное и коллективное бессознательное, считая последнее вместилищем "архетипов" - универсальных символов, заряженных психической энергией. В качестве нового способа исследования бессознательного Юнг предложил тест словесных ассоциаций, как спонтанных, так и направленных, и свой собственный подход к толкованию сновидений. Целью его терапевтического метода было воссоединение сознания и бессознательного, через которое, как он считал, человек может достичь "индивидуации" - полноты раскрытия своей личности.Концепции бессознательного Фрейда и Юнга предлагают ключ к трактовке не только многочисленных данных, полученных психологией, психиатрией, этнографией и социологией, но и к интерпретации произведений литературы и искусства. Исследование бессознательного было также обогащено применением экспериментального гипноза и проективных психологических тестов. См. также НЕВРОЗ; ПСИХОАНАЛИЗ; ФРЕЙД, ЗИГМУНД; ЮНГ, КАРЛ ГУСТАВ.
  найдено в  "Сверхкратком философском словаре"
лишенность сознания, или то, что мы не осознаем, но можем осознать. Второе значение приложимо только к человеку. Гипотеза о бессознательном изложена Лейбницем в первой главе «Новых опытов о человеческом разуме» (1703) в качестве логической гипотезы: «Чтобы услышать шум волны на берегу моря, нужно сначала услышать шум каждой капли воды. Если же шум каждой капли был равен нулю, мы никогда не услышим волну». Лейбниц использует термин «малые восприятия», но это еще не бессознательные восприятия. Гипотеза психологического бессознательного разрабатывалась Бергсоном, размышлявшим о феномене памяти (мы действительно осознаем лишь бесконечно малую часть наших воспоминаний) и феномене привычки (мы действуем, не осознавая этого). «За воспоминаниями, покрывающими ваши насущные заботы и возникающими в зависимости от них, существуют и другие, там, в глубине, под освещенной сознанием сценой. О да, я верю, что наша прошлая жизнь именно там, сохраненная вплоть до мельчайших деталей, и что мы ничего не забываем, что все то, что мы воспринимали, думали, хотели, начиная с момента первого пробуждения сознания, продолжается бесконечно» («Духовная энергия», Эссе и Конференции, 1919). По фрейдистской теории, бессознательное — часть латентной психики, состоящее из желаний, импульсов, наклонностей, которыми мы не можем распоряжаться по той причине, что они находятся вне поля зрения нашего сознания. Вытесненные за пределы сознания контролирующей властью — так называемой «цензурой» — бессознательные силы тем не менее находят способ проявить себя в «упущенных актах» повседневной жизни (забывание, оговорка), в снах или поведенческих отклонениях (заикание, заторможенность, неспособность завершить начатое действие). «У человека, как у здорового, так и у больного, нередко имеют место психические акты, для объяснения которых нужно предположить другие акты, в которых сознание не принимает никакого участия. И это не только «упущенные акты» или сны здорового человека или все так называемые психические симптомы или феномены отклонения у больного; наш самый что ни на есть личный повседневный опыт раскрывает перед нами идеи, о которых мы сами не знаем, откуда они к нам пришли, или результаты мысли, развитие которой представляет для нас загадку» (Фрейд, «Метапсихология, Бессознательное», 1915). В бессознательном — истинном субстрате психической жизни —; рождаются желания и фан-тазмы, формируются межчеловеческие связи и линии поведения (например, совместимость или несовместимость людей). Возможные методы анализа бессознательного — это метод релаксации и свободной ассоциации идей, анализ «упущенных актов» и изучение снов. В последнем случае психоанализ, или анализ психики, предоставляет субъекту возможность рассказывать свои сны: за «явным содержанием» сна, часто бессвязным, он пытается найти глубинную логику, относящуюся к области чувства («латентное содержание» сна). Осознание глубинных мотиваций нашего поведения, которые мы, сами того не зная, подавляем и которыми управляем (комплексы), позволит личности избегать парализующих ее чувств, таких как чувство вины, и быть в большем согласии с самой собой и окружающим миром. Существование бессознательного было поставлено под вопрос: бессознательное, считают некоторые мыслители (бихевиоризм, экзистенциализм),—лишь гипотеза и ни в коей мере не констатация: мы можем знать лишь сознание и т.д. Однако эта гипотеза, по-видимому, прочно у нас обосновалась, судя по успеху психоанализа, часто заставляющего индивида осознавать некоторые вытесненные наклонности, в которых он действительно «узнает себя». Этот феномен узнавания и доводом существования бессознательных феноменов. См. Психоанализ.
  найдено в  "Философском словаре "
лишенность сознания, или то, что мы не осознаем, но можем осознать. Второе значение приложимо только к человеку. Гипотеза о бессознательном изложена Лейбницем в первой главе «Новых опытов о человеческом разуме» (1703) в качестве логической гипотезы: «Чтобы услышать шум волны на берегу моря, нужно сначала услышать шум каждой капли воды. Если же шум каждой капли был равен нулю, мы никогда не услышим волну». Лейбниц использует термин «малые восприятия», но это еще не бессознательные восприятия. Гипотеза психологического бессознательного разрабатывалась Бергсоном, размышлявшим о феномене памяти (мы действительно осознаем лишь бесконечно малую часть наших воспоминаний) и феномене привычки (мы действуем, не осознавая этого). «За воспоминаниями, покрывающими ваши насущные заботы и возникающими в зависимости от них, существуют и другие, там, в глубине, под освещенной сознанием сценой. О да, я верю, что наша прошлая жизнь именно там, сохраненная вплоть до мельчайших деталей, и что мы ничего не забываем, что все то, что мы воспринимали, думали, хотели, начиная с момента первого пробуждения сознания, продолжается бесконечно» («Духовная энергия», Эссе и Конференции, 1919). По фрейдистской теории, бессознательное — часть латентной психики, состоящее из желаний, импульсов, наклонностей, которыми мы не можем распоряжаться по той причине, что они находятся вне поля зрения нашего сознания. Вытесненные за пределы сознания контролирующей властью — так называемой «цензурой» — бессознательные силы тем не менее находят способ проявить себя в «упущенных актах» повседневной жизни (забывание, оговорка), в снах или поведенческих отклонениях (заикание, заторможенность, неспособность завершить начатое действие). «У человека, как у здорового, так и у больного, нередко имеют место психические акты, для объяснения которых нужно предположить другие акты, в которых сознание не принимает никакого участия. И это не только «упущенные акты» или сны здорового человека или все так называемые психические симптомы или феномены отклонения у больного; наш самый что ни на есть личный повседневный опыт раскрывает перед нами идеи, о которых мы сами не знаем, откуда они к нам пришли, или результаты мысли, развитие которой представляет для нас загадку» (Фрейд, «Метапсихология, Бессознательное», 1915). В бессознательном — истинном субстрате психической жизни —; рождаются желания и фан-тазмы, формируются межчеловеческие связи и линии поведения (например, совместимость или несовместимость людей). Возможные методы анализа бессознательного — это метод релаксации и свободной ассоциации идей, анализ «упущенных актов» и изучение снов. В последнем случае психоанализ, или анализ психики, предоставляет субъекту возможность рассказывать свои сны: за «явным содержанием» сна, часто бессвязным, он пытается найти глубинную логику, относящуюся к области чувства («латентное содержание» сна). Осознание глубинных мотиваций нашего поведения, которые мы, сами того не зная, подавляем и которыми управляем (комплексы), позволит личности избегать парализующих ее чувств, таких как чувство вины, и быть в большем согласии с самой собой и окружающим миром. Существование бессознательного было поставлено под вопрос: бессознательное, считают некоторые мыслители (бихевиоризм, экзистенциализм),—лишь гипотеза и ни в коей мере не констатация: мы можем знать лишь сознание и т.д. Однако эта гипотеза, по-видимому, прочно у нас обосновалась, судя по успеху психоанализа, часто заставляющего индивида осознавать некоторые вытесненные наклонности, в которых он действительно «узнает себя». Этот феномен узнавания и доводом существования бессознательных феноменов. См. Психоанализ.
  найдено в  "Новом философском словаре"
лишенность сознания, или то, что мы не осознаем, но можем осознать. Второе значение приложимо только к человеку. Гипотеза о бессознательном изложена Лейбницем в первой главе «Новых опытов о человеческом разуме» (1703) в качестве логической гипотезы: «Чтобы услышать шум волны на берегу моря, нужно сначала услышать шум каждой капли воды. Если же шум каждой капли был равен нулю, мы никогда не услышим волну». Лейбниц использует термин «малые восприятия», но это еще не бессознательные восприятия. Гипотеза психологического бессознательного разрабатывалась Бергсоном, размышлявшим о феномене памяти (мы действительно осознаем лишь бесконечно малую часть наших воспоминаний) и феномене привычки (мы действуем, не осознавая этого). «За воспоминаниями, покрывающими ваши насущные заботы и возникающими в зависимости от них, существуют и другие, там, в глубине, под освещенной сознанием сценой. О да, я верю, что наша прошлая жизнь именно там, сохраненная вплоть до мельчайших деталей, и что мы ничего не забываем, что все то, что мы воспринимали, думали, хотели, начиная с момента первого пробуждения сознания, продолжается бесконечно» («Духовная энергия», Эссе и Конференции, 1919). По фрейдистской теории, бессознательное — часть латентной психики, состоящее из желаний, импульсов, наклонностей, которыми мы не можем распоряжаться по той причине, что они находятся вне поля зрения нашего сознания. Вытесненные за пределы сознания контролирующей властью — так называемой «цензурой» — бессознательные силы тем не менее находят способ проявить себя в «упущенных актах» повседневной жизни (забывание, оговорка), в снах или поведенческих отклонениях (заикание, заторможенность, неспособность завершить начатое действие). «У человека, как у здорового, так и у больного, нередко имеют место психические акты, для объяснения которых нужно предположить другие акты, в которых сознание не принимает никакого участия. И это не только «упущенные акты» или сны здорового человека или все так называемые психические симптомы или феномены отклонения у больного; наш самый что ни на есть личный повседневный опыт раскрывает перед нами идеи, о которых мы сами не знаем, откуда они к нам пришли, или результаты мысли, развитие которой представляет для нас загадку» (Фрейд, «Метапсихология, Бессознательное», 1915). В бессознательном — истинном субстрате психической жизни —; рождаются желания и фан-тазмы, формируются межчеловеческие связи и линии поведения (например, совместимость или несовместимость людей). Возможные методы анализа бессознательного — это метод релаксации и свободной ассоциации идей, анализ «упущенных актов» и изучение снов. В последнем случае психоанализ, или анализ психики, предоставляет субъекту возможность рассказывать свои сны: за «явным содержанием» сна, часто бессвязным, он пытается найти глубинную логику, относящуюся к области чувства («латентное содержание» сна). Осознание глубинных мотиваций нашего поведения, которые мы, сами того не зная, подавляем и которыми управляем (комплексы), позволит личности избегать парализующих ее чувств, таких как чувство вины, и быть в большем согласии с самой собой и окружающим миром. Существование бессознательного было поставлено под вопрос: бессознательное, считают некоторые мыслители (бихевиоризм, экзистенциализм),—лишь гипотеза и ни в коей мере не констатация: мы можем знать лишь сознание и т.д. Однако эта гипотеза, по-видимому, прочно у нас обосновалась, судя по успеху психоанализа, часто заставляющего индивида осознавать некоторые вытесненные наклонности, в которых он действительно «узнает себя». Этот феномен узнавания и доводом существования бессознательных феноменов. См. Психоанализ.
  найдено в  "Энциклопедическом словаре Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона"
имеет двоякое значение: метафизическое и психологическое. В метафизическом значении этим понятием пользовался Гартманн для обозначения ("Philosophie des Unbewussten") высшего принципа бытия. В психологическом отношении понятие Б. не вполне твердо установлено и имеет несколько различных оттенков, из которых два главных: 1) безусловно Б., т. е. такие явления психической жизни, которые никогда не становятся объектом сознания, и 2) относительно Б., т. е. такие состояния, которые не опознаны, но могут быть опознаны при известных условиях. Первый психолог, пытавшийся ввести Б. как принцип объяснения психических явлений, был Лейбниц; до него, напр. у Декарта, психическое состояние и сознательное состояние были синонимами. Лейбниц пытается объяснить возникновение сознания из "petites perceptions", которые сами по себе не сознаются, но, суммируясь, вызывают состояние сознания.Таким образом, по Лейбницу, бессознательные представления отличаются лишь степенью ясности и интенсивности; они отличны от сознательных не по своей природе, а лишь количественно. С течением времени это значение понятия Б. перешло в положительное; понятием "темных представлений" стали пользоваться как положительным принципом объяснения. Такое значение Б. мы встречаем у Канта, у Фихте (принимавшего бессознательную деятельность нашего "я"), у Шеллинга, в особенности же у Гербарта и его школы. Гербарт предполагает, что представления могут "опускаться ниже порога сознания", становиться темными и представлять собою лишь "стремление к представлению". Таким образом стремление или предрасположение не есть какое-либо телесное, физическое изменение, а положительное психическое состояние. Многие психологи без достаточной критики принимают бессознательные психические состояния и ими объясняют инстинктивную и привычную, механическую сторону душевной жизни (напр. Маудсли). Факт узости сознания заставляет нас делить всю сумму представлений, имеющихся у человека, на те немногие, которые в каждый данный момент находятся в поле ясного сознания, и обширную область "возможных представлений", т. е. таких, о которых мы говорим, что они хранятся в памяти и могут при известных условиях стать действительно сознанными представлениями. Сознание не может дать нам никаких указаний относительно того, чем являются "возможные представления"; только путем умозаключения от действительных состояний сознания, пользуясь аналогией, мы строим теорию "темных представлений". Имеем ли мы, однако, право подводить состояния, которые никогда сами по себе не могут быть нами познаны, под ту же категорию, что и состояния сознания, нам непосредственно доступные? Чем бы ни были сами по себе "темные представления", несомненно, что они не суть представления: у них отсутствует самый характерный признак представления — а именно, признак, что они суть объект для субъекта, т. е. состояния сознания. В жизни души, бесспорно есть обширная область, указывающая на то, что помимо сознания есть ряд факторов, влияющих на душу; тем не менее эти факторы сами по себе не могут быть названы бессознательными. Та часть фактов, которая относится к области привычек, может найти себе объяснение, как говорили Милль и Спенсер, из законов сознательной жизни. Другая часть фактов может быть объяснена из явлений физиологической жизни. Вообще говоря, вопрос о Б. далеко не закончен; необходимо точнейшее определение понятия Б.
Весьма тонкий анализ понятия Б. можно найти у Brentano: "Psychologie vom empirischen Standpunkte" (I, Лпц., 1874). См. также Е. Colsenet, "La vie inconsciente de l'esprit" (П., 1880).
Э. Р.

  найдено в  "Энциклопедическом словаре"
Бессознательное — имеет двоякое значение: метафизическое и психологическое. В метафизическом значении этим понятием пользовался Гартманн для обозначения ("Philosophie des Unbewussten") высшего принципа бытия. В психологическом отношении понятие Б. не вполне твердо установлено и имеет несколько различных оттенков, из которых два главных: 1) безусловно Б., т. е. такие явления психической жизни, которые никогда не становятся объектом сознания, и 2) относительно Б., т. е. такие состояния, которые не опознаны, но могут быть опознаны при известных условиях. Первый психолог, пытавшийся ввести Б. как принцип объяснения психических явлений, был Лейбниц; до него, напр. у Декарта, психическое состояние и сознательное состояние были синонимами. Лейбниц пытается объяснить возникновение сознания из "petites perceptions", которые сами по себе не сознаются, но, суммируясь, вызывают состояние сознания. Таким образом, по Лейбницу, бессознательные представления отличаются лишь степенью ясности и интенсивности; они отличны от сознательных не по своей природе, а лишь количественно. С течением времени это значение понятия Б. перешло в положительное; понятием "темных представлений" стали пользоваться как положительным принципом объяснения. Такое значение Б. мы встречаем у Канта, у Фихте (принимавшего бессознательную деятельность нашего "я"), у Шеллинга, в особенности же у Гербарта и его школы. Гербарт предполагает, что представления могут "опускаться ниже порога сознания", становиться темными и представлять собою лишь "стремление к представлению". Таким образом стремление или предрасположение не есть какое-либо телесное, физическое изменение, а положительное психическое состояние. Многие психологи без достаточной критики принимают бессознательные психические состояния и ими объясняют инстинктивную и привычную, механическую сторону душевной жизни (напр. Маудсли). Факт узости сознания заставляет нас делить всю сумму представлений, имеющихся у человека, на те немногие, которые в каждый данный момент находятся в поле ясного сознания, и обширную область "возможных представлений", т. е. таких, о которых мы говорим, что они хранятся в памяти и могут при известных условиях стать действительно сознанными представлениями. Сознание не может дать нам никаких указаний относительно того, чем являются "возможные представления"; только путем умозаключения от действительных состояний сознания, пользуясь аналогией, мы строим теорию "темных представлений". Имеем ли мы, однако, право подводить состояния, которые никогда сами по себе не могут быть нами познаны, под ту же категорию, что и состояния сознания, нам непосредственно доступные? Чем бы ни были сами по себе "темные представления", несомненно, что они не суть представления: у них отсутствует самый характерный признак представления — а именно, признак, что они суть объект для субъекта, т. е. состояния сознания. В жизни души, бесспорно есть обширная область, указывающая на то, что помимо сознания есть ряд факторов, влияющих на душу; тем не менее эти факторы сами по себе не могут быть названы бессознательными. Та часть фактов, которая относится к области привычек, может найти себе объяснение, как говорили Милль и Спенсер, из законов сознательной жизни. Другая часть фактов может быть объяснена из явлений физиологической жизни. Вообще говоря, вопрос о Б. далеко не закончен; необходимо точнейшее определение понятия Б. Весьма тонкий анализ понятия Б. можно найти у Brentano: "Psychologie vom empirischen Standpunkte" (I, Лпц., 1874). См. также Е. Colsenet, "La vie inconsciente de l‘esprit" (П., 1880). Э. Р.


  найдено в  "Критическом словаре психоанализа"
UNCONSCIOUS) Прил. Относящийся к психическим процессам, которые субъект не осознает. "Считается общепринятым, что сознательные процессы не образуют непрерывного самодостаточного ряда" - Freud (1940). Психоанализ предполагает, что процессы, заполняющие разрывы в этом ряду, можно обозначить "психическими", в отличие от теорий, утверждающих, что идея о бессознательных психических процессах внутренне противоречива, а процессы, заполняющие разрывы, являются чисто физическими. Другими словами, психоанализ предполагает, что между психическими процессами существует качественное отличие: некоторые из них СОЗНАТЕЛЬНЫЕ , некоторые - бессознательные. Предполагается также существование двух видов бессознательных процессов: тех, которые легко становятся сознательными, и тех, которые подвержены ВЫТЕСНЕНИЮ . Первые являются дескриптивно бессознательными или предсознательными (см. ПРЕДСОЗНАТЕЛЬНЫЙ ), а вторые - динамически бессознательными. ВОСПОМИНАНИЯ , информация, умения и т.п., которые можно вспомнить в случае необходимости, относятся к дескриптивно бессознательным; воспоминания, ФАНТАЗИИ , желания и т.п., о существовании которых можно только догадываться, или те, которые становятся сознательными только после устранения определенного СОПРОТИВЛЕНИЯ , являются динамически бессознательными. Динамически бессознательные процессы соответствуют первичным процессам мышления, тогда как предсознательные и сознательные - вторичным процессам (см. ПРОЦЕССЫ , ПЕРВИЧНЫЕ И ВТОРИЧНЫЕ). Сущ. Бессознательное, или система бессознательного, - та часть психики, в которой, в отличие от СОЗНАТЕЛЬНЫХ , психические процессы являются динамически бессознательными. В 1920-х гг. Фрейд переименовал бессознательное в ИД , а сознательное - в ЭГО . В широком употреблении "бессознательное" является метафорическим, почти антропоморфическим концептом, сущностью, влияющей на САМОСТЬ , но не известной себе самой. В точном значении - это структура со специфическими свойствами. "Резюме: свобода от внутренних противоречий, принадлежность к первичным процессам (мобильность катексиса), вневременность и замещение внешней реальности реальностью психической - таковы характеристики, которые мы ожидаем обнаружить в системе бессознательного" - Freud (1915). Хотя сделанное Фрейдом различие между сознательными и бессознательными (вторичными и первичными) процессами, которые действуют в соответствии с различными законами, можно рассматривать как одно из его основных открытий, оно, тем не менее, вызывает, по крайней мере, два обвинения в свой адрес. Во-первых, его использование приводит к устранению других различий, например: "произвольный и непроизвольный", "неумышленный и преднамеренный", "осознающий и неосознающий". Во-вторых, - к появлению скептического замешательства. Допустим, индивид (пациент) в целом согласен с допущением, что у него могут быть бессознательные мотивы. В этом случае он понимает, что должен согласиться с каким-то сообщением о себе, поскольку тот факт, что это сообщение не соответствует чему-то, что он осознает, не устраняет возможности, что оно правильно отражает то, чего он не осознает. Но при этом он лишь формально может соглашаться с предположениями ( ИНТЕРПРЕТАЦИЯМИ ), в действительности не соглашаясь и не принимая их. Пациенты со спекулятивным складом ума могут, имея неосторожного аналитика, с легкостью принимать любое количество гипотез относительно своих бессознательных мотивов, не имея ни малейшего представления о том, какие из них правильные.
  найдено в  "Психоаналитических терминах и понятиях"
(UNCONSCIOUS) В качестве прилагательного термин относится к психическому содержанию, недоступному в данный момент осознанию, что можно видеть на примерах ошибочных действий, сновидений, бессвязных мыслей и умозаключений. Психика всегда активна, она выполняет множество функций и во время бодрствования, и во время сна, но лишь незначительная часть психической деятельности в каждый отдельный момент сознательна. Аффективные диспозиции, связанные с инстинктивными влечениями, побуждают желания и мотивы, стремящиеся к сознательному выражению, чему, однако, постоянно противодействуют иные силы, концептуолизированные теперь как Я и Сверх-Я. Идея Фрейда о конфликте этих сил обозначила динамический подход к психическим процессам, который во многом опередил психологические воззрения его времени. Все, что исключается из области сознания, даже если частично (предсознательное, Псз) и может быть пробуждено посредством фокусировки внимания, принадлежит сфере, называемой дескриптивное бессознательное (сокращенно Бсз). В качестве существительного термин 'бессознательное' (Бсз) означает одну из динамических систем, описанных Фрейдом (1915) в его ранней топографической теории психического аппарата. Фрейд полагал, что определенная часть психического содержания и психической активности, репрезентирующая влечения, никогда не была сознательной. На их пути стоит жесткая цензура, налагаемая предсознательным на систему бессознательного (первичное вытеснение). Остальное содержание достигло сознания, но затем было вытеснено (собственно вытеснение). Вытеснение осуществляется посредством особой энергии контркатексиса. Концепция распределения и взаимодействия психических энергий составила третий, экономический, подход фрейдовской метапсихологии.Хотя Фрейд полагал, что некоторые аффективные структуры бессознательного могут становиться сознательными, он считал, что бессознательные аффекты несравнимы с бессознательными идеями. Бессознательные аффекты это те, которых избегают, поскольку вытеснены идеи, к которым они привязаны. Такие аффекты могут смещаться на другие идеи, имеющие определенное отношение к вытесненным, но в то же время отличающиеся от них, а потому приемлемые для сознания. Некоторые из этих бессознательных дериватов могут достигать сознания в виде замещающих образований или симптомов; другие же возвращаются в бессознательное, наталкиваясь на второй барьер цензуры, расположенный между предсознательным и сознательным. В области бессознательного, по словам Фрейда, инстинктивные импульсы могут сосуществовать, не оказывая влияния друг на друга. В этой области нет места сомнению, отрицанию или тому, что называется "степень уверенности. Катексисы подвижны, легко поддаются смещению и сгущению; они соответствуют тому, что Фрейд назвал первичным процессом. Бессознательные процессы подвластны принципу удовольствия, безотносительны к реальности и не имеют времени. В частности, в бессознательном представлены детские желания; они постоянно создают сильную мотивацию поиска удовольствия без учета реальности и логики. Содержание бессознательного может быть в целом отождествлено с Оно (в понятиях структурной теории), но некоторые аспекты Я (защитные механизмы, аффекты и др.) и Сверх-Я (моральные стандарты) также носят бессознательный характер. Это открытие привело к тому, что Фрейд разработал вторую топографическую модель, ныне известную как трехкомпонентная модель или структурная теория.
  найдено в  "Советском философском словаре"
в широком смысле совокупность психич. процессов, операций и состояний, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологич. теорий Б.особая сфера психического или система процессов, качественно отличных от явлений сознания. Термин «Б.» используется также для характеристики индивидуального и группового поведения, действит. цели и последствия к-рого не осознаются. Общая идея о Б., восходящая к учению Платона о познании воспоминании (анамиесисе), оставалась господствующей вплоть до нового времени. Идеи Декарта, утверждавшего тождество сознательного и психического, послужили источником представлений о том, что за пределами сознания может иметь место только чисто физиологич., но не психич. деятельность мозга. Концепция Б. впервые чётко сформулирована Лейбницем («Монадология», 1720), трактовавшим В. как низшую форму душевной деятельности, лежащую за порогом осознанных представлений, возвышающихся, подобно островкам, над океаном тёмных перцепций (восприятий). Первую попытку материалистич. объяснения Б. предпринял Гартли, связавший Б. с деятельностью нервной системы. Кант связывает Б. с проблемой интуиции, вопросом о чувств, познании (бессознат. априорный синтез). Своеобразный культ Б. как глубинного источника творчества характерен для представителей романтизма. Иррационалистич. учение о Б. выдвинул Шопенгауэр, продолжателем к-рого выступил Э. Гартман, возведший Б. в ранг универсального принципа, основы бытия и причины мирового процесса. В 19 в. началось собственно психологич. изучение Б. (И. Ф. Гербарт, Г. Т. Фехнер, В.Вундт, Т. Липпс). Динамич. характеристику Б. вводит Гербарт (1824), согласно к-рому несовместимые идеи могут вступать между собой в конфликт, причём более слабые вытесняются из сознания, но продолжают на него воздействовать, не теряя своих динамич. свойств. Новый стимул в изучении Б. дали работы в области психопатологии, где в целях терапии стали применять специфич. методы воздействия на Б. (первоначально гипноз). Исследования, особенно франц. психиатрия, школы (Ж. Шарко и др.), позволили вскрыть отличную от сознательной психич. деятельность патогенного характера, не осознаваемую пациентом. Продолжением этой линии явилась концепция Фрейда, начавшего с установления прямых связей между невротич. симптомами и воспоминаниями травматич. характера, к-рые не осознаются в силу действия особого защитного механизма вытеснения. Отказавшись от физиологич. объяснений, Фрейд представил Б. в виде могущественной силы, антагонистичной деятельности сознания, Бессознат. влечения, по Фрейду, могут выявляться и ставиться под контроль сознания с помощью техники психоанализа. Юнг, помимо личного Б., ввёл понятие коллективного Б., разные уровни к-рого идентичны у лиц определ. группы, народа, всего человечества. Учение Фрейда о Б. получило чисто иррационалистич. трактовку в ряде совр. бурж. филос.-психологич. концепций. В сов. психологии мпогочисл. аспекты проблемы Б. разрабатываются особенно в связи с теорией установки Д. Н. Узнадзе. Психофизиологич. аспекты Б., изучавшиеся Сеченовым и Павловым, исследуются в связи с анализом сна и гипнотич. состояний, корковых и подкорковых образований, явлений автоматизма в трудовой и спортивной деятельности и т. д.
  найдено в  "Оксфордском толковом словаре по психологии"
У этого термина три модели употребления, и каждая из них имеет формы существительного и прилагательного; первая более или менее неспециальная, вторая теоретическая и третья тесно связана с определенной точкой зрения относительно теорий человеческого состояния. Все три, однако, соотносятся некоторым образом с общим представлением об уровне психики, на котором отсутствует осознание. 1а. Существительное. Состояние, характеризующееся отсутствием осознания, бессознательностью; 1б. Прилагательное. Характеристика индивида в таком состоянии. Эти значения, когда они встречаются в специальной литературе, являются приблизительными эквивалентами тех, которые используются в повседневном языке. То есть они относятся к тому полюсу измерения психического возбуждения, примерами которого могут служить кома, обморок, глубокий сон или результат общей анестезии. 2а. Существительное. Состояние, характеризующееся отсутствием осознания действующих внутренних процессов; 2б. Прилагательное. Характеристика этих внутренних процессов, которые протекают неявным образом, вне сознания. В то время как, строго говоря, эти два способа употребления охватывают все процессы, происходящие за пределами осознания индивида, обычно подразумеваются когнитивные, эмоциональные и/или мотивационные процессы. Физиологические процессы, естественно происходят в значительной степени без осознавания их человеком, но они редко подразумеваются теми, кто использует этот термин. Обратите внимание, что в способах употребления 1 и 2 термин бессознательное фактически не был определен. В 1а и 1б он представляет отсутствие осознания; в 2а, 2б он представляет то, что не является сознательным. Этот вид лексикографических трюков не решает проблемы; более подробно об этом см. статьи сознательный и сознание. Дальнейшее обсуждение этих семантических вопросов см. в статьях невыраженный, имплицитный и осведомленность. За. Существительное. В глубинной психологии, особенно в психоанализе – область психики, содержащая вытесненные функции ид, примитивные импульсы и желания, воспоминания, образы и желания, которые являются слишком тревожащими, чтобы быть принятыми в сознание; 36. Прилагательное. Характеристика этих первобытных, вытесненных желаний, воспоминаний и образов. Обратите внимание, что бессознательное (За) считается населенным двумя видами психических явлений, теми, которые когда-то осознавались, но были исключены из сознания, и теми, которые никогда не были осознаваемыми. См. вытеснение (1). Следует различать с предсознательным, областью психики, компоненты которой в данный момент не являются частью сознания человека, но могут быть восстановлены простыми операциями памяти. Обратите внимание, что Фрейд обозначал то, что подразумевается в значении 3 здесь как динамическое бессознательное, возникающее в результате действия вытеснения, и часто использовал термин описательное бессознательное для обозначения подсознания, что вызывало бесконечную путаницу.
  найдено в  "Большом психологическом словаре"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ (англ. unconscious) — понятие, обозначающее совокупность психических образований, процессов и механизмов, в функционировании и влиянии которых субъект не отдает себе отчета. Разработка представлений о Б. в психологии была начата З. Фрейдом, который первым обратил внимание на то, что многие человеческие действия, кажущиеся на первый взгляд случайными, обусловлены глубинными мотивами и комплексами, которые сам человек не осознает. Эти мотивы проявляются также в сновидениях, невротических симптомах, продуктах творчества и др. В дальнейшем различные проявления Б. изучались как в прикладной клинической психологии, так и в экспериментальной психологии. На сегодняшний день выделяются 5 классов проявлений Б.
1. Неосознаваемые побудители деятельности (мотивы и смысловые установки), которые не осознаются из-за их социальной неприемлемости или рассогласования с др. потребностями, мотивами и установками личности (см. Защита психологическая). Влияние такого рода мотивов и установок может приводить к нарушениям адаптации и психического здоровья личности. Коррекция этих нарушений осуществляется посредством психотерапии, в процессе которой клиент приходит к осознанию конфликтных побуждений и получает возможность их сознательного контроля.
2. Неосознаваемые механизмы (в частности, механизмы фиксированной установки), обеспечивающие беспрепятственное выполнение привычных поведенческих автоматизмов и стереотипов, применение в соответствующей ситуации имеющихся у субъекта навыков и умений. Лежащие в их основе операции первоначально осознаны; по мере их отработки и автоматизации они перестают осознаваться.
3. Механизмы и процессы подпорогового восприятия объектов. Объекты, воспринимаемые на этом уровне, не даны в виде образа и не осознаются субъектом, однако они оказывают регулирующее влияние на протекание его деятельности.
4. Надсознательные явления (неосознаваемые механизмы творческих процессов, результаты которых осознаются как художественные образы, научные открытия, проявления интуиции, вдохновения, творческого озарения и др.).
5. Структуры общественного Б. — неосознаваемые языковые, культурные, идеологические и иные схематизмы, мифы и социальные нормы, определяющие мировосприятие людей, принадлежащих к данной культуре (см. Пралогическое мышление).

Неосознаваемый характер функционирования существенной части психического аппарата человека — неизбежное следствие его устройства. Неосознаваемые процессы не требуют контроля со стороны сознания, что позволяет разгрузить его для выполнения др. задач. Вместе с тем возможность осознания (но не постоянная осознанность) движущих человеком мотивов, внутриличностных конфликтов и структур общественного Б. позволяет человеку подняться на более высокую ступень управления своим поведением. (Д. А. Леонтьев.)


  найдено в  "Современной западной философии"
в широком смысле совокупность психических процессов, операций и состояний, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологических теорий Б. особая сфера психического или система процессов, качественно отличных от явлений сознания. Термин *Б.* используется также для характеристики индивидуального и группового поведения, действительные цели и последствия которого не осознаются. В философии и психологии Нового времени идеи Декарта, утвердившего тождество сознательного и психического, послужили источником представлений о том, что за пределами сознания может иметь место только чисто физиологическая деятельность мозга. Концепция Б. была впервые сформулирована Лейбницем, трактовавшим его как низшую форму душевной деятельности, лежащую за порогом осознанных представлений, возвышающихся, подобно островкам, над океаном темных перцепций (восприятий). Кант связывал Б. с проблемой интуиции, с вопросом о чувственном познании. Своеобразный культ Б. как глубинного источника творчества характерен для представителей романтизма. Эдуард фон Гартман, вслед за А. Шопенгауэром, возвел Б. в ранг универсального принципа, основы бытия и причины мирового процесса. В начале XIX в. началось собственно психологическое изучение Б. Динамическую характеристику Б. ввел И.Ф. Гербарт. Согласно его концепции, несовместимые идеи могут вступать между собой в конфликт, причем более слабые вытесняются из сознания, но продолжают на него воздействовать, не теряя динамических свойств. Исследования в области психопатологии, особенно франц. психиатрической школы (Ж. Шарко и др.), позволили зафиксировать психическую деятельность, не осознаваемую человеком. Продолжением этой линии явилась концепция Фрейда, начавшего с установления прямых связей между невротическими симптомами и бессознательными переживаниями травматического характера. Отказавшись от физиологических объяснений, Фрейд представил Б. в виде могущественной иррациональной силы, антагонистичной деятельности сознания. Бессознательные влечения, по Фрейду, могут выявляться и ставиться под контроль сознания с помощью техники психоанализа. Ученик Фрейда, Юнг ввел, наряду с индивидуальным Б., понятие коллективного Б., те или иные образы которого могут быть общими для членов определенной группы, народа, или для человечества в целом. Развитое психоанализом представление о Б. получило дальнейшую разработку в неофрейдизме, шизоанализе, амер. культурной антропологии, современной этнологии, а также литературоведении и теории и практике различных художественных течений (сюрреализм и др.). Д.Н. Ляликов Бессознательное: природа, функции, методы исследования. Т. 1-4. Тбилиси, 1978-1985.
  найдено в  "Новом гипнозе: глоссарии, принципах и методах. Введении в эриксоновскую гипнотерапию"
En.: Unconscious «Восприятие бессознательного зависит от метода, применяемого для доступа к нему» (Vigne, 1991). Именно поэтому Эриксон пользуется собственным определением бессознательного, которому больше всего состветствует название неосознанное. «Оно не является для него (как для Фрейда) импульсом угрозы, перевернувшим сознательную жизнь, который приходится подавлять» (Roustang, 1990). Бессознательное - это тот огромный компьютер, который непрерывно трудится для нашей пользы, обрабатывая данные, постоянно и неосознанно воспринимаемые нами, осуществляя, таким образом, наш личностный синтез. Оно является хранилищем следов всего нашего прошлого опыта, среди которого есть множество неизвестных нам ресурсов (см. Erickson & coll., 1976). Важно отметить, что бессознательное не является для нас неизменным. «Наши повседневные переживания воздействуют на наше бессознательное так же, как и на наше сознание» (Rosen, 1982/1986). Оказывается, что в гипнозе пациенты наиболее близки к тому, что Эриксон называет бессознательным обучением (см. Rosen, 1982/1986). Согласно Эриксону, приближающемуся в этом к концепции Куэ (1915) и Бодуэна (1951), наше бессознательное действует разумно и целенаправленно, но не явно для нас, организуя наше поведение. По Бодуэну и Куэ, для этого в большинстве случаев достаточно способности нашей психики создавать образы. Для нас средством выбора является гипноз. Разумное использование понятия «бессознательное» позволяет изящно разрешить проблему принадлежности гипнотического поведения. Теперь уже не оператор является творцом появляющихся феноменов и не воля пациента. Ответственность за то, что появляется, очень логично приписать бессознательному пациента. Можно ли все, что есть в нас бессознательного, законным образом приравнять к сущности, обозначаемой этим термином? Реальность ли это или только метафора? (См. Erickson & Rossi, 1981.) Эриксона эта проблема интересует не как теоретика, а как практика. Данное понятие служит ему для того, чтобы вызывать гипноз и помогать пациенту совершать психологическую работу (рабочая концепция). Тучный пациент, похудевший на 30 кг, в интервью канадскому телевидению заявил: «Разумеется, я не ем так много, как раньше, но это мне ничего не стоит, так как это мое бессознательное» Мы совершили бы ошибку, обходясь без этого понятия В заключение приведем одну удачную формулу (Sytviane Gamier, личное сообщение): «В традиционном гипнозе бессознательное программировалось как машина; в новом гипнозе к бессознательному обращаются как к высшей сущности, хранилищу возможных программ».
  найдено в  "Введении в эриксоновскую гипнотерапию"
En.: Unconscious «Восприятие бессознательного зависит от метода, применяемого для доступа к нему» (Vigne, 1991). Именно поэтому Эриксон пользуется собственным определением бессознательного, которому больше всего состветствует название неосознанное. «Оно не является для него (как для Фрейда) импульсом угрозы, перевернувшим сознательную жизнь, который приходится подавлять» (Roustang, 1990). Бессознательное это тот огромный компьютер, который непрерывно трудится для нашей пользы, обрабатывая данные, постоянно и неосознанно воспринимаемые нами, осуществляя, таким образом, наш личностный синтез. Оно является хранилищем следов всего нашего прошлого опыта, среди которого есть множество неизвестных нам ресурсов (см. Erickson & coll., 1976). Важно отметить, что бессознательное не является для нас неизменным. «Наши повседневные переживания воздействуют на наше бессознательное так же, как и на наше сознание» (Rosen, 1982/1986). Оказывается, что в гипнозе пациенты наиболее близки к тому, что Эриксон называет бессознательным обучением (см. Rosen, 1982/1986). Согласно Эриксону, приближающемуся в этом к концепции Куэ (1915) и Бодуэна (1951), наше бессознательное действует разумно и целенаправленно, но не явно для нас, организуя наше поведение. По Бодуэну и Куэ, для этого в большинстве случаев достаточно способности нашей психики создавать образы. Для нас средством выбора является гипноз. Разумное использование понятия «бессознательное» позволяет изящно разрешить проблему принадлежности гипнотического поведения. Теперь уже не оператор является творцом появляющихся феноменов и не воля пациента. Ответственность за то, что появляется, очень логично приписать бессознательному пациента. Можно ли все, что есть в нас бессознательного, законным образом приравнять к сущности, обозначаемой этим термином? Реальность ли это или только метафора? (См. Erickson & Rossi, 1981.) Эриксона эта проблема интересует не как теоретика, а как практика. Данное понятие служит ему для того, чтобы вызывать гипноз и помогать пациенту совершать психологическую работу (рабочая концепция). Тучный пациент, похудевший на 30 кг, в интервью канадскому телевидению заявил: «Разумеется, я не ем так много, как раньше, но это мне ничего не стоит, так как это мое бессознательное» Мы совершили бы ошибку, обходясь без этого понятия В заключение приведем одну удачную формулу (Sytviane Gamier, личное сообщение): «В традиционном гипнозе бессознательное программировалось как машина; в новом гипнозе к бессознательному обращаются как к высшей сущности, хранилищу возможных программ».
  найдено в  "Словаре по педагогической антропологии"
совокупность психических процессов, не осознаваемых субъектом*; безотчетные, внерефлективные проявления психики мотивации, мышление, эмоции и др., о которых субъект не может сказать, так как о них не догадывается; или в случае, когда внимание субъекта направлено на осознание других процессов; или происходящие во сне и иных измененных состояниях сознания. В настоящее время психические процессы, функции и состояния не разделяют на сознательные и бессознательные, а говорят лишь о той или иной степени их осознанности в данный момент. Действительность, реальность существования бессознательного заключается в его действенности, результативности, способности производить эффекты. С этой точки зрения бессознательное можно определить как *универсальный внерефлективный регулятор человеческого поведения*. Крупнейший отечественный психолог Л.С. Выготский пишет: *Бессознательное влияет на наши поступки, обнаруживается в нашем поведении, и по этим следам и проявлениям мы научаемся распознавать бессознательное и законы, управляющие им*. Проявлениями бессознательного служат ошибочные действия, оговорки, остроты, навязчивые телесные привычки, сновидения, свободные ассоциации, *беспричинные* ложь и эмоциональные суждения, фантазии, идентификации с литературными и киногероями, метафорические обороты речи и др. Обнаружения бессознательного *можно рассматривать как своеобразные знаки (тексты), замещающие вытесненные переживания и представляющие их в сознании и поведении*. Бессознательное личное и коллективное произведенное швейцарским психологом К.Г.Юнгом подразделение психических явлений, не обладающих свойством сознательности. *Мы можем различать личное бессознательное, охватывающее все приобретения личного существования, и в том числе забытое, вытесненное, воспринятое под порогом сознания, подуманное и прочувствованное. Наряду с личными бессознательными содержаниями существуют и другие содержания, возникающие не из личных приобретений, а из наследственной возможности психического функционирования вообще, именно из наследственной структуры мозга. Таковы мифологические сочетания, мотивы и образы, которые всегда и всюду могут возникнуть вновь помимо исторической традиции или миграции*. Содержания коллективного бессознательного никогда не были в сознании и отражают архетипические процессы.
  найдено в  "Философском энциклопедическом словаре"
психическая жизнь, совершающаяся без участия сознания. С точки зрения Декарта и развивавшихся под его влиянием философских и психологических теорий периода *послекартезианских столетий*, сознание является единственной формой духовной жизни. Философию бессознательного создал Э. Гартман. Новая же психология считает сознательное только островом, окруженным морем *душевного*. Абсолютно бессознательным является макрокосмическое (см. Макрокосмос, Микрокосмос). Бессознательное же в психологическом смысле может быть только относительно бессознательным, т.е. бессознательное для нашего Я не является бессознательным для субъекта, включающего это Я, которого можно назвать также *душой* (или, согласно психологическому учению о слоях см. Учение о слоях, Оно); см. также Коллективное сознание. Как Я представляет собой носитель сознания, точно так же и душа является носителем бессознательного. И действительно, для того чтобы понять феномены бессознательного (особенно память, действие вспоминания и мыслительные процессы), мы должны приписать душе следующие способности: 1) обладать некоторым содержанием, отдельные элементы которого мы можем сознательно переживать только последовательно один за другим; 2) в отношениях между этими элементами должна наблюдаться последовательность, причем отдельные фазы ее входят в наше сознание как результаты (переживания), а прочие остаются (относительно) неосознанными, так что создается впечатление бессознательного процесса; 3) обладать знанием о реальных психофизических связях и об установлении мысленных связей, знанием, которым мы не распоряжаемся сознательно. Для современной глубинной психологии (см. Глубинная психология) и психотерапии бессознательное не является больше результатом вытесняющей деятельности сознания (как это имеет место, напр., у Фрейда и его школы см. Фрейдизм), а представляет собой нечто особенное и творческое, психическую перводействительность, главный источник свойственных всем людям осн. мотивов и первоформ, архетипов переживаний. Согласно К.Г.Юнгу, бессознательное есть не влекущее, а формирующее; оно является источником творческой фантазии духа и чувства ценности, которое не должно затрагиваться разумом.
  найдено в  "Человеке и обществе"
— психическая жизнь человека, которая протекает без участия сознания. Существование бессознательного отрицалось Декартом, но уже Гартман создал философию бессознательного. Бессознательными могут быть и действия человека, и работа памяти, воображения. Например, возвращаясь из школы или работы, индивид может быть погружен в свои мысли, тем не менее, его ноги «сами доводят» до дома. Человек, умеющий писать, озабочен, главным образом, смыслом написанного, не обращая внимания на каллиграфию и грамматику. Бессознательные действия осуществляются автоматически. Они проявляются во время сна, гипноза, при лунатизме и т. д. Особое внимание к проблеме бессознательного проявлял 3. Фрейд и его ученики. С их точки зрения, бессознательное есть истинная сущность человека. В нем мы находим истоки творчества, основные мотивы деятельности людей. Другой известный исследователь бессознательного Юнг ввел понятие «коллективное бессознательное». Коллективное бессознательное в виде архетипа может содержаться у определенной группы людей, у того или иного народа, у всего человечества. Д. Н. Узнадзе в рамках «психологии установки» рассматривал сложные формы неосознаваемой деятельности, в том числе и художественно-творческой. Согласно его идеям, неосознаваемый аспект присущ различным уровням деятельности организма и организму в целом. Он возникает в результате прошлой деятельности и сохраняется благодаря потребности в результатах этой деятельности. Например, психологическая установка на художественное творчество формируется на основе прошлого опыта. Она проявляется в виде постоянной потребности к новому творчеству и соединяет для достижения той или иной цели этого творчества все формы психики художника (сознание, волю, воображение, память и т. д.). На различных этапах создания художественного произведения бессознательное в форме установки действует неравнозначно. На первых норах она проявляется в виде неопределенного по цели стремления к творчеству. Когда замысел художественного произведения уже возник и конкретизируется, то установка становится более активной, динамичной и определенной.
  найдено в  "Толковом словаре психиатрических терминов"
Совокупность психических явлений, процессов и состояний, не осознаваемых субъектом. Б., по П. Жане, рассматривалось как явление, связанное с ослаблением контроля сознания и психической диссоциацией. По З. Фрейду, структура психики включает в себя сознание, предсознание и Б., отделенное от двух предыдущих особой психической инстанцией – цензурой. В Б., как считают последователи З. Фрейда, рождаются неприемлемые для сознания инстинкты, импульсы, которые не пропускаются цензурой, вытесняются ею. Невозможность отреагирования служит причиной возникновения комплексов, лежащих в основе появления психопатологической, в первую очередь невротической, симптоматики. Оставшиеся неотреагированными импульсы проявляются, по З. Фрейду, и в виде описок, обмолвок, ошибок памяти, сновидений. Б., по мнению последователей З. Фрейда, находится в постоянном антагонизме с сознательным, оно не подчиняется каким-либо физиологическим или психологическим законам и познаваемо лишь настолько, насколько мы умеем трактовать его символические проявления, главным образом выводимые из представления о доминирующей роли сексуального фактора в развитии и функционировании человеческой психики. В психоаналитической литературе с Б. часто отождествляют термин "подсознание", "подсознательное". В отечественной психологии и психиатрии термину Б. часто противопоставляется понятие о неосознаваемых формах психической (высшей нервной) деятельности. Отечественная наука не отрицает роли Б. в психической деятельности человека. Изучаются методологические подходы к исследованию проявлений Б. В частности, с этой целью широко привлекается метод изучения установки Д.Н. Узнадзе. Клинический интерес представляет исследование Б. в аспекте изучения механизмов психологической защиты как непосредственной формы его проявления. В качестве материала для изучения Б. привлекается анализ сна, гипноза. Рассматриваются возможности синергизма сознания и Б.
  найдено в  "Толковом словаре психиатрических терминов"
Совокупность психических явлений, процессов и состояний, не осознаваемых субъектом. Б., по П. Жане, рассматривалось как явление, связанное с ослаблением контроля сознания и психической диссоциацией. По З. Фрейду, структура психики включает в себя сознание, предсознание и Б., отделенное от двух предыдущих особой психической инстанцией – цензурой. В Б., как считают последователи З. Фрейда, рождаются неприемлемые для сознания инстинкты, импульсы, которые не пропускаются цензурой, вытесняются ею. Невозможность отреагирования служит причиной возникновения комплексов, лежащих в основе появления психопатологической, в первую очередь невротической, симптоматики. Оставшиеся неотреагированными импульсы проявляются, по З. Фрейду, и в виде описок, обмолвок, ошибок памяти, сновидений. Б., по мнению последователей З. Фрейда, находится в постоянном антагонизме с сознательным, оно не подчиняется каким-либо физиологическим или психологическим законам и познаваемо лишь настолько, насколько мы умеем трактовать его символические проявления, главным образом выводимые из представления о доминирующей роли сексуального фактора в развитии и функционировании человеческой психики. В психоаналитической литературе с Б. часто отождествляют термин "подсознание", "подсознательное". В отечественной психологии и психиатрии термину Б. часто противопоставляется понятие о неосознаваемых формах психической (высшей нервной) деятельности. Отечественная наука не отрицает роли Б. в психической деятельности человека. Изучаются методологические подходы к исследованию проявлений Б. В частности, с этой целью широко привлекается метод изучения установки Д.Н. Узнадзе. Клинический интерес представляет исследование Б. в аспекте изучения механизмов психологической защиты как непосредственной формы его проявления. В качестве материала для изучения Б. привлекается анализ сна, гипноза. Рассматриваются возможности синергизма сознания и Б.
  найдено в  "Кратком религиозно-философском словаре"
в широком смысле совокупность психических процессов, операций и состояний, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологических теорий бессознательное особая сфера психического или система процессов, качественно отличных от сознания. Термин *бессознательное* используется также для характеристики индивидуального и группового поведения, действительная цель и последствия которого не осознаются* (Д.Ляликов). К.Г. Юнг различал как индивидуальное, так и глубже лежащее коллективное бессознательное. Древние религиозные символы и мифы Юнг оценил как важное средство контакта с ним и для объяснения его детерминирующего влияния на мышление и поступки. Но ни Фрейд, ни Юнг не фиксировали связей бессознательного с Высшим. Защищая глубоко личностный характер религиозного опыта, И.Ильин отрицал реальность коллективного бессознательного в виде *единой, сплошной, проходящей субстанции*, объясняя появление такого представления мышлением лиц, *испугавшихся своего одиночества*. Защита достоинства личности, однако, не должна соединяться со столь малообоснованным отрицанием. Христианская вера охватывает всю жизнь души человека, включая и бессознательные ее стороны; она *сознательный акт, и бессознательные элементы соучаствуют в создании веры лишь в том случае, если они приняты в личностный центр, трансцендирующий каждый из этих элементов* (П.Тиллих). Когда силы бессознательного определяют душевную жизнь помимо разума и веры, тогда вместо веры имеет место принуждение. Разум и вера сознательны и ориентируют на будущее, на свободное духовное становление человека под взглядом Высшего, поэтому в известном смысле *сознание - история, а бессознательное судьба*, но их противостояние является одновременно и их единством, если становиться на *позицию, требующую следовать фигурам Духа* и принимать бессознательное как то, с чем надо работать (П.Рикёр). (См. также: ПАМЯТЬ).
  найдено в  "Философском энциклопедическом словаре "
1. Действие, совершаемое автоматически, рефлек-торно, когда причина его не успела дойти до сознания (напр., реакция защиты и т. п.), а также при естественном или искусственном отключении сознания (во сне, при гипнозе, в состоянии сильного опьянения, при лунатизме и пр.). 2. Активные психические процессы, непосредственно не участвующие в сознательном отношении субъекта к действительности, а поэтому и сами в данный момент не осознаваемые (Подсознательное). 3. В совр. философской и психологической литературе термин Б. часто употребляется как обозначение особой области психики, сосредоточившей в себе вечные влечения, мотивы. стремления, смысл к-рых определяется инстинктами и недоступен сознанию. Наиболее полное развитие данное представление о Б. получило во фрейдизме. Согласно этой концепции, психика образуется из трех “слоев”: В., подсознательное и сознание. Б.— глубинный фундамент психики, определяющий всю сознательную жизнь человека и даже судьбы личностей и целых народов. Бессознательные влечения к наслаждению и смерти (инстинкт агрессии) — смысловое содержание всех эмоций и переживаний. Подсознательное (или предсознательное) — это особая пограничная область между сознанием и Б. В эту область прорываются бессознательные влечения, и здесь же особая психическая “инстанция”, порожденная общественной жизнью человека, его “сверх-я” (или совесть), подвергает их строгой цензуре. Сознание — это поверхностное проявление психики на стыке с внешним миром, и зависит оно прежде всего от бессознательных сил. Б. как таинственная причина всех сознательных актов присутствует в концепциях Гербарта, Шопенгауэра и др. идеалистов.
  найдено в  "Словаре конфликтолога"
– 1. Совокупность психических процессов, актов и состояний, обусловленных явлениями действительности, во влиянии которых человек не отдает себе отчета. 2. Форма психического отражения, в которой образ действительности и отношение к ней субъекта не последовательны, а составляют единое целое. 3. Неосознаваемые регуляторы способов выполнения деятельности (стереотипы автоматизированного поведения и т. п.). 4. Проявление субсенсорного восприятия (реакция на изменение магнитного поля, атмосферного давления, низкочастотные звуки и т. д.). С т. зр. эволюции психики ее упрощенная структура включает четыре главных уровня: Б., подсознание, сознание и сверхсознание. Б. – наиболее древний уровень психического отражения. Он существует около 500 млн лет и представлен, главным образом, инстинктами и архетипами. Б. играет исключительно важную роль в возникновении и динамике конфликтов. Многие потребности человека, блокирование удовлетворения которых выступает глубинной причиной конфликтов, самим субъектом могут часто не осознаваться. Стремление к власти, обеспечение безопасности, борьба за социальный статус, стремление к ценностям и ресурсам, самореализация и др. нередко являются неосознаваемыми причинами социальных конфликтов. Противоречие между Б. и сознанием является типичной причиной внутриличностных конфликтов. Значительное число социальных конфликтов на рациональном уровне объяснить очень трудно. Иногда мотивы действий тех, кто этими конфликтами реально управляет, также иррациональны. Без исследования роли Б. в конфликтах ни глубоко понять механизм их возникновения, ни эффективно их регулировать невозможно.
  найдено в  "Педагогическом терминологическом словаре"
   — совокупность психических процессов, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологических теорий Б. рассматривается как особая сфера психического, качественно отличная от сознания. Б. - одно из центральных понятий в психоанализе З. Фрейда и других течениях глубинной психологии. В "аналитической психологии" К.Г. Юнга наряду с личным Б. выделяется коллективное Б. Бессознательным оказывается всё то, что не становится предметом особых действий по осознанию. Экспериментальная разработка понятия "Б." была начата Фрейдом, показавшим, что мн. человеческие действия, в реализации которых человек не отдаёт себе отчёт, имеют осмысленный характер и не могут быть объяснены за счёт инстинктов. Им было рассмотрено, как та или иная мотивация проявляется в сновидениях, невротических симптомах, в творчестве. В дальнейшем понятие Б. было существенно расширено. Выделяется несколько осн. классов проявлений Б.:
   1. неосознаваемые мотивы, истинный смысл которых не осознаётся в силу их социальной неприемлемости или противоречия с другими мотивами;
   2. поведенческие автоматизмы и стереотипы, действующие в привычной ситуации, осознание которых излишне в силу их отработанности;
   3. подпороговое восприятие, которое в силу большого объёма информации не осознаётся.
   (Бим-Бад Б.М. Педагогический энциклопедический словарь. — М., 2002. С. 24)

  найдено в  "Философии науки"
— категория для обозначения одного из уровней сознания, имеющего огромное значение для понимания функционирования сознания как целого, а также для поведения как отдельного человека, так и социальных систем различных масштабов. В научный обиход ввел в научный обиход 3. Фрейд, изучая психоаналитическими методами различные случаи девиантного поведения личности. По Фрейду, индивидуальное бессознательное представляет собой наиболее глубинный и генетически первичный уровень человеческой психики, имеющий частично биологическую и частично социальную природу, основными регуляторами которого являются половой и питательный инстинкты. Формой существования и проявления последних в сознании являются глубинные ценностные ощущения индивида (как отрицательные — дискомфорт, неуверенность, так и положительные — ощущение защищенности, абсолютной уверенности, положительной предрасположенности и др.). Бессознательное оказывает влияние на все другие уровни психики человека и сферы сознания (чувства, волю, познание). По аналогии с индивидуальным бессознательным и в дополнение к нему К. Юнг ввел понятие «коллективного бессознательного» как одного из уровней социального (общественного) сознания. Оно активно используется в философии культуры, философской антропологии, истории. В частности, в качестве его репрезентации в теории этносов может быть рассмотрено понятие «пассионарность». В концепциях философии науки-понятия «личностного знания» М. Полани, «психо-космологоса» Г. Гаче-ва и «неявного знания». (См. сознание, архетип).
  найдено в  "Кратком словаре терминов по гештальт-терапии"
гештальт-терапевты обычно не используют этот термин, предпочитая ему термин неосознаваемое. «...Мы предпочитаем говорить не о бессознательном, а о «несознаваемом в данный момент»; этот термин гораздо шире, чем «бессознательное». Несознаваемое содержит не только вытесненный материал, но также материал, который никогда не сознавался, или исчез, или вошел в более широкие гештальты.   Несознаваемое включает в себя навыки, способы поведения, двигательные и вербальные привычки, слепые пятна и т. п. Поскольку сознание является чисто умственным (mental) по своей природе, таково же и бессознательное. Что касается сознавания и несознаваемого, они не являются чисто умственными. С точки зрения нашего определения их можно рассматривать как свойство чуть ли не протоплазмы, из которой состоят все живые существа» [Перлз (17), с. 72-73]. С другой стороны, понятие «бессознательное» противоречит целостному представлению о человеке в гештальт-терапии, подразумевая дихотомическое деление на психическое и физическое, сознательное и бессознательное. «Концепция бессознательного по-прежнему имеет значение ведущего принципа, однако его изъяны стали очевидными. Во-первых, разделение психики человека надвое на сознательное и бессознательное, делит человека надвое, игнорируя целостность его природы» [Польстер, Польстер (22), с. 43-44]. Литература: [17, с. 72-73; 18, с. 6, 55, 57; 22, с. 43-44; 29, с. 248; 34, с. 108]
  найдено в  "Основах духовной культуры"
это особая самостоятельная сфера психики, автономная от сознательной сферы и качественно от нее отличающаяся. Хотя и принято считать бессознательное низшей и вторичной формой душевной деятельности, оно оказывает существенное влияние на всю жизнедеятельность человека и его развитие. Бессознательное проявляется как неожиданная, неведомая, неосознаваемая, не рефлексируемая и неуправляемая сила, значительно корректирующая сложившийся порядок сознательной сферы человека, иногда в положительную, иногда в отрицательную сторону. Различают высшее бессознательное, как сверхсознание. К нему относят интуицию, вдохновение, эмпатию, предчувствие (предвидение) и др. Есть низшее бессознательное, как инстинкт, страсть, влечение, аффект и др. Многие формы бессознательного вызывают у человека страх, депрессию. Ученые утверждают существование коллективного бессознательного как генетически наследуемое в филогенезе каждым человеком и определенным народом в целом. Бессознательным называют также любые психические проявления (временные или постоянные), в которых он не отдает себе отчета, не осознает их, не контролирует, не направляет своего внимания. Примером может служить автоматическое письмо, автоматические движения. Такое бессознательное может наступать в состоянии внезапного торможения коры головного мозга. В настоящее время «бессознательное» вымещается другим термином «несознательное».
  найдено в  "Новой философской энциклопедии"
понятие, используемое рядом психологических концепций для обозначения мотиваций личности, не проходящих через ее сознание, трансформирующих или искажающих сознательные мотивы, навязывающих человеку некие автоматизмы поведения. 3. Фрейд акцентировал внимание на скрытых, иррациональных силах человеческих действий и переживаний. К. Г. Юнг предложил рассмотрение схем бессознательной мотивации (архетипов), присущих социальным группам и целым народам. В плане социально-философского анализа проблема Б. оказывается частью проблемы детерминации человеческой жизни и деятельности, взаимодействий и поступков человеческих индивидов. Люди *несут* на себе и реализуют связи и зависимости социального процесса. Эти связи далеко не всегда находят себе выражение в сознании людей. Однако они не могут осуществиться помимо людей, их поступков и взаимодействий. Таким образом. Б., не фиксируемое в мотивации человека или находящее там для себя превращенные формы, тем не менее становится предметом человеческого познания. Возникает сложная методологическая задача косвенной интерпретации Б., включения его в теоретические модели социальных процессов. В. Е. Кемеров
  найдено в  "Психологическом словаре"
Категория. Теоретический конструкт, призванный объяснить смысловое многообразие психических процессов. Специфика. Психические процессы, в отношении которых отсутствует субъективный контроль. Бессознательным оказывается все то, что не становится предметом особых действий по осознанию. Экспериментальная разработка понятия бессознательного была начата З.Фрейдом, который показал, что многие действия, в реализации которых человек не отдает себе отчет, имеют осмысленный характер и не могут быть объяснены за счет действия инстинктов. Им было рассмотрено, как та или иная мотивация проявляется в сновидениях, невротических симптомах, в творчестве. В дальнейшем понятие бессознательного было существенно расширено. Виды. Выделяется несколько основных классов проявлений бессознательного: - неосознаваемые мотивы, истинный смысл которых не осознается в силу их социальной неприемлемости или противоречия с другими мотивами; - поведенческие автоматизмы и стереотипы, действующие в привычной ситуации, осознание которых излишне в силу их отработанности; - подпороговое восприятие, которое в силу большого объема информации не осознается.
  найдено в  "Психологии труда, управления, инженерной психологии и эргономике"
структурный компонент психики. Это актуально неосознаваемые действия и психические явления. Примером Б. являются привычки, навыки, некоторые установки, реакции, воспоминания, образы. Б. может стать осознанным, а то, что осознается — стать временно неосознаваемым. Между сознанием и Б. нет особых границ и непреодолимых препятствий. Сознательными установками человек может менять состояние неосознаваемых психических явлений, последние могут способствовать функционированию сознания. Примером является связь кратковременной и долговременной памяти. Развитие проблемы Б. связано с психопатологией, изучением влияния неосознаваемых в гипнозе внушений на сознательное поведение. В настоящее время исследуется роль и место Б. после чрезвычайных событий в направленности личности, ее поведения.
  найдено в  "Евразийской мудрости от А до Я"
лишенность сознания, или то, что мы не осознаем, но можем осознать. Второе значение приложимо только к человеку. Понятие, имеет очень широкий спектр толкования, начиная от автоматических действий человека и кончая особой сферой психической реальности, в основном определяющей жизнь и поступки людей. Термин *бессознательное* применяется также для характеристики группового поведения, цели и последствия которого не осознаются членами и лидерами группы. По фрейдистской теории, бессознательное – часть латентной психики, состоящее из желаний, импульсов, наклонностей, которыми мы не можем распоряжаться по той причине, что они находятся вне поля зрения нашего сознания.
  найдено в  "Глоссарии по политической психологии"
совокупность психических процессов, актов и состояний (обусловленных внутренним состоянием человека и/или его реакцией на внешние обстоятельства), в которых индивид не отдает себе отчета. В английском языке употребляется термин "subconscious - подсознательный", точнее передающий суть явления. Представляется более обоснованной позиция тех авторов, которые предпочитают пользоваться термином "неосознаваемое психическое", допускающим возможность перехода неосознаваемого в осознаваемое и наоборот: термин "бессознательное" в русском языке категоричен и, в строгом его смысле, вообще исключает сознание. (Косолапов Н.А., с.102)
  найдено в  "Глоссарии по политической психологии"
совокупность психических процессов, актов и состояний (обусловленных внутренним состоянием человека и/или его реакцией на внешние обстоятельства), в которых индивид не отдает себе отчета. В английском языке употребляется термин *subconscious подсознательный*, точнее передающий суть явления. Представляется более обоснованной позиция тех авторов, которые предпочитают пользоваться термином *неосознаваемое психическое*, допускающим возможность перехода неосознаваемого в осознаваемое и наоборот: термин *бессознательное* в русском языке категоричен и, в строгом его смысле, вообще исключает сознание. (Косолапов Н.А., с.102)
  найдено в  "Психоаналитической теории развития"
(UNCONSCIOUS) Психические содержания и процессы, которые в любой момент времени находятся вне пределов сознания и не могут быть осознаны. В психоаналитической теории признается два вида бессознательного. Описательное бессознательное – это любой материал, недоступный осознанию. Динамическое Бессознательное (которое отличают в написании по заглавной букве *Б*), относится к психическим содержаниям и процессам *системы* Бессознательного топографической модели, которые недоступны сознанию и не могут его достичь из-за противодействия вытеснения и других защит.
  найдено в  "Морфемном разборе слова по составу"
приставка - БЕС; корень - СОЗНА; суффикс - ТЕЛЬН; окончание - ОЕ;
Основа слова: БЕССОЗНАТЕЛЬН
Вычисленный способ образования слова: Приставочно-суффиксальный или префиксально-суффиксальный

¬ - БЕС; ∩ - СОЗНА; ∧ - ТЕЛЬН; ⏰ - ОЕ;

Слово Бессознательное содержит следующие морфемы или части:
  • ¬ приставка (1): БЕС;
  • ∩ корень слова (1): СОЗНА;
  • ∧ суффикс (1): ТЕЛЬН;
  • ⏰ окончание (1): ОЕ;
  найдено в  "Энциклопедии социологии"
- англ. unconsciousness; нем. Unbewusstes. Совокупность психических процессов, не осознаваемых субъектом. По 3. Фрейду - Б. включает в себя: а) латентные, временно неосознаваемые и б) подавленные, вытесненные за границы сознания процессы и состояния психики. По К. Г. Юнгу - наряду с индивидуальным Б. выделяется коллективное Б., выражающееся в форме архетипов, коллективных символов. см. ПОДАВЛЕНИЕ, ПСИХОЛОГИЯ АНАЛИТИЧЕСКАЯ, ПСИХОЛОГИЯ ГЛУБИННАЯ, СУБЛИМАЦИЯ, ФРЕЙДИЗМ. Antinazi.Энциклопедия социологии,2009
  найдено в  "Теории и практике детского психоанализа"
— совокупность психических явлений, процессов и состояний, не осознаваемых субъектом, Согласно Фрейду, неприемлемые для сознания инстинкты, импульсы, мотивы, которые не пропускаются особой психической инстанцией — цензурой, вытесняются ею. Таким образом, не получившие выражения импульсы, будучи неосознанными индивидом, проявляются в сновидениях, в виде оговорок, описок и других ошибочных действиях, невротических симптомах, продуктах творчества, а также оказывают влияние на человеческое поведение в целом.
  найдено в  "Современной энциклопедии"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ, совокупность психических процессов, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологических теорий - особая сфера психического, качественно отличная от сознания. В "философии бессознательного" Э. Гартмана бессознательное - универсальная основа бытия. Одно из центральных понятий в психоанализе З. Фрейда (и других течениях так называемой глубинной психологии); в "аналитической психологии" К.Г. Юнга наряду с личным бессознательным выделяется коллективное бессознательное.
  найдено в  "Современном энциклопедическом словаре"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ, совокупность психических процессов, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологических теорий - особая сфера психического, качественно отличная от сознания. В иррационалистической "философии бессознательного" Э. Гартмана - универсальная основа бытия. Одно из центральных понятий в психоанализе З. Фрейда и других течениях глубинной психологии; в "аналитической психологии" К. Г. Юнга наряду с личным бессознательным выделяется коллективное бессознательное.


  найдено в  "Большом Энциклопедическом словаре"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ - совокупность психических процессов, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологических теорий - особая сфера психического, качественно отличная от сознания. В иррационалистической "философии бессознательного" Э. Гартмана - универсальная основа бытия. Одно из центральных понятий в психоанализе З. Фрейда и других течениях глубинной психологии; в "аналитической психологии" К. Г. Юнга наряду с личным бессознательным выделяется коллективное бессознательное.
  найдено в  "Энциклопедическом словаре естествознания"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ , совокупность психических процессов, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологических теорий - особая сфера психического, качественно отличная от сознания. В иррационалистической "философии бессознательного" Э. Гартмана - универсальная основа бытия. Одно из центральных понятий в психоанализе З. Фрейда и других течениях глубинной психологии; в "аналитической психологии" К. Г. Юнга наряду с личным бессознательным выделяется коллективное бессознательное.
  найдено в  "Большом энциклопедическом словаре"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ, совокупность психических процессов, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологических теорий - особая сфера психического, качественно отличная от сознания. В иррационалистической "философии бессознательного" Э. Гартмана - универсальная основа бытия. Одно из центральных понятий в психоанализе З. Фрейда и других течениях глубинной психологии; в "аналитической психологии" К. Г. Юнга наряду с личным бессознательным выделяется коллективное бессознательное.
  найдено в  "Большом толковом социологическом словаре"
- - англ. unconsciousness; нем. Unbewusstes. Совокупность психических процессов, не осознаваемых субъектом. По 3. Фрейду - Б. включает в себя: а) латентные, временно неосознаваемые и б) подавленные, вытесненные за границы сознания процессы и состояния психики. По К. Г. Юнгу - наряду с индивидуальным Б. выделяется коллективное Б., выражающееся в форме архетипов, коллективных символов. См. ПОДАВЛЕНИЕ, ПСИХОЛОГИЯ АНАЛИТИЧЕСКАЯ , ПСИХОЛОГИЯ ГЛУБИННАЯ , СУБЛИМАЦИЯ , ФРЕЙДИЗМ .
  найдено в  "Иллюстрированном энциклопедическом словаре"
, совокупность психических процессов, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологических теорий - особая сфера психического, качественно отличная от сознания. В "философии бессознательного" Э. Гартмана бессознательное - универсальная основа бытия. Одно из центральных понятий в психоанализе З. Фрейда (и других течениях так называемой глубинной психологии); в "аналитической психологии" К.Г. Юнга наряду с личным бессознательным выделяется коллективное бессознательное.
  найдено в  "Большом энциклопедическом словаре"
- совокупность психических процессов, не представленных всознании субъекта. В ряде психологических теорий - особая сферапсихического, качественно отличная от сознания. В иррационалистической""философии бессознательного"" Э. Гартмана - универсальная основа бытия.Одно из центральных понятий в психоанализе З. Фрейда и других теченияхглубинной психологии; в ""аналитической психологии"" К. Г. Юнга наряду сличным бессознательным выделяется коллективное бессознательное.
  найдено в  "Началах современного естествознания"
психическая жизнь, совершающаяся без участия сознания; совокупность психических процессов, не представленных в сознании субъекта. В философии Э. Гартмана — универсальная основа бытия, одно из центральных понятий в психоанализе 3. Фрейда, в «аналитической психологии» К. Юнга к личному бессознательному добавлено коллективное бессознательное. Начала современного естествознания. Тезаурус. — Ростов-на-Дону.В.Н. Савченко, В.П. Смагин.2006.
  найдено в  "Материалах к курсу «Психология личности»"
понятие, обозначающее совокупность психических образований, процессов и механизмов, в функционировании и влиянии которых субъект не отдает себе отчета. Разработка представлений о Б. в психологии была начата 3. Фрейдом, который первым обратил внимание на то, что многие человеческие действия, кажущиеся на первый взгляд случайными, обусловлены глубинными мотивами и комплексами, которые сам человек не осознает.
  найдено в  "Базисном руководстве по психотерапии"
Один из топосов, систем психического аппарата топографической теории. Содержит в себе вытесненное, которому цезурой запрещен доступ к предсознательному и сознанию. С момента появления структурной теории понятие выражается лишь при помощи имени прилагательного, используясь для обозначения психического качества, которое свойственно как Ид, так и компонентам Эго и Суперэго.
  найдено в  "Философии - конспекте лекций и словаре терминов"
в ряде психологических теорий (в психоанализе – З. Фрейд и его последователи) совокупность психических процессов, операций и состояний, не представленных в сознании субъекта; часть структуры психики, качественно отличающаяся от явлений сознания; характеристика индивидуального и группового поведения, действительные цели и последствия которого не осознаются.
  найдено в  "Русско-английском психологическом словаре"
в грам. знач. сущ.
(the) unconscious
- абсолютное бессознательное
- динамическое бессознательное
- индивидуальное бессознательное
- коллективное бессознательное
- личное бессознательное
- описательное бессознательное
- социальное бессознательное
  найдено в  "Большой психологической энциклопедии"
В гештальте не отрицается значение феномена бессознательного, хотя оно и не является главной отправной точкой для терапевтического действия, которое организуется на основе актуальных телесных, эмоциональных или ментальных проявлений. В практике гештальт-подхода сознательно идут от видимого на поверхности к более глубоким неосознаваемым уровням.
  найдено в  "Социологии"
Мотивы и идеи, лежащие за пределами сознания индивида. Основным психологическим механизмом бессознательного являются импульсы и желания, отнесенные индивидом на бессознательный уровень. Согласно теории Фрейда, неосознаваемые импульсы и желания, возникшие в детстве индивида, продолжают играть важную роль на протяжении всей его взрослой жизни.
  найдено в  "Толковом словаре живого великорусского языка"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ состояние, беспамятное, бесчувственное, напр. обморочное, болезненное, безумное и пр. забытье. - поступок, невольный, безотчетный, невменимый, без разумного понимания цели и последствий. - движенье, невольное, неумышленное, автоматическое. Бессознательность, состояние или свойство по прилаг.


  найдено в  "Сексологической энциклопедии"
совокупность психических процессов, не представленных в сознании субъекта. Одно из центральных понятий психоанализа. см.: оно.
(Источник: Словарь сексуальных терминов)
  найдено в  "Словаре по конфликтологии"
совокупность психических Процессов, актов и состояний, обусловленных явлениями действительности, во влиянии которых субъект не отдает себе отчета. Бессознательными могут быть психологические процессы, свойства и состояния человека, а также его взаимоотношения с людьми.
  найдено в  "Словаре-справочнике по философии"
совокупность психических процессов, операций и состояний, не представленных в сознании субъекта. В теории З. Фрейда представлено в виде мощной иррациональной силы, определяющей поведение человека. К.Г. Юнг ввел понятие «коллективного бессознательного».
  найдено в  "Философии - словаре основных понятий и тестах по курсу «Философия»"
совокупность глубинных пластов и процессов человеческой психики, несознаваемых человеком. Различают индивидуальное бессознательное, изучавшееся в теории психики З. Фрейда, и коллективное бессознательное, изучавшееся его учеником К.Г. Юнгом.
  найдено в  "Психологии сознания"
то, что не имеет возможности быть в сознании: любая обработка, информация или существо, не имеющие ни феноменального сознания, ни доступа к феноменальному сознанию ни при каких обстоятельствах, полностью лишенные субъективных переживаний.
  найдено в  "Глоссарии к "Теории личности" Л. Хьела"
(Unconscious). Аспект психики, содержащий социально неприемлемые конфликты и желания. Последние могут быть переведены на уровень сознания благодаря использованию таких методов как свободная ассоциация и интерпретация сновидений.
  найдено в  "Тематическом философском словаре"
учение З. Фрейда, которое рассматривает глубинный фундамент человеческой психики, определяющий всю сознательную жизнь и судьбу человека, являющуюся основной интуиции при решении задач, и всех актов человеческой деятельности.
  найдено в  "Психологическом словаре"
Бессознательное - теоретический конструкт, обозначающий психические процессы, в отношении которых отсутствует субъективный контроль. Бессознательным оказывается все то, что не становится предметом особых действий - по
  найдено в  "Естествознании. Энциклопедическом словаре"

совокупность психич. процессов, не представленных в сознании субъекта. В ряде психол. теорий - особая сфера психического, качественно отличная от сознания. Одно из центр. понятий в психоанализе 3. Фрейда.


  найдено в  "Психологии развития"
(unconscious mind). Согласно Фрейду, часть личности, управляющая большей частью нашего поведения без нашего непосредственного осознания этого.
  найдено в  "Общей психологии"
(unconscious) глубоко скрытая масса воспоминаний, переживаний и импульсов, считающихся по теории Фрейда источником паталогического поведения.
  найдено в  "Современном образовательном процессе"
совокупность психических процессов и механизмов, функционирование и влияние которых человек не осознает [26, c. 35; 80, c. 49].
  найдено в  "Прикладных аспектах современной психологии"
совокупность психических явлений, не осознаваемых личностью. Б. – близкий (или отождествляемый) к термину *подсознательное*.
  найдено в  "Словаре медицинских терминов"
бессознательное — совокупность психических процессов и состояния вне сознания субъекта.


  найдено в  "Медицинской энциклопедии"
совокупность психических процессов и состояния вне сознания субъекта.
  найдено в  "Юридической психологии"
психические процессы, которые осуществляются без сознательного контроля, т.е. на инстинктах.
  найдено в  "Новом толково-словообразовательном словаре русского языка"
бессознательное ср. разг. То, что не контролируется сознанием.


  найдено в  "Большом медицинском словаре"
совокупность психических процессов и состояния вне сознания субъекта.
  найдено в  "Толковом словаре русского языка"
БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ ср. разговорное То, что не контролируется сознанием.
  найдено в  "Большом итальяно-русском и русско-итальянском словаре"
с. inconscio m Итальяно-русский словарь.2003.
  найдено в  "Большом немецко-русском и русско-немецком словаре"
бессознательное с психол. Unbewußte sub n
  найдено в  "Лексиконе нонклассики"
см.: Фрейд
T: 164 M: 0 D: 0